Темная кровь - Смит Э. Дж. - Страница 103

– Ждите здесь, – сказал он Уте и Рэндаллу. – Мне нужно поговорить с Рам Джасом.

Имя вызвало гневное рычание у обоих мужчин.

Нанон тихо встал и спустился мимо помостов с деревянными сиденьями, которые обрамляли зал. На плоской площадке в центре он на секунду остановился, чтобы охватить взглядом всю сцену. Зал для собраний возвышался над лесной землей и висел между двумя стволами огромных деревьев, вокруг массивных колонн вились толстые ветви, обеспечивая прочность. Сердце, поселение далеко к северу отсюда, использовало для перемещения между деревьями лианы и движущиеся платформы, тогда как на Тропе Фелла строили лестницы превосходной конструкции и затейливые арки, соединяющие открытые площадки между деревьями. Это впечатляло даже древнего Тира, каким был Нанон, и он разделял благоговение, которое, вероятно, испытывали здесь люди. На землях, населенных людьми, не встречалось ничего подобного, шпили Ро Тириса и соборы Ро Арнона по сравнению с творениями доккальфаров казались грубыми и уродливыми.

На древнего Тира почти не обращали внимания, пока он пересекал открытое пространство. Несколько Тиров приветственно ему кивнули, другие посматривали на него с выражением, напоминающим благоговейный ужас, но его никто не остановил, пока он шел к противоположным рядам, где находились остальные люди.

Рам Джас сидел между Далианом Охотником на Воров и Кейлом Гленвудом. Каресианец не желал бояться развернувшейся перед ним странной сцены, а скромный мошенник пытался не смотреть на то, чего не мог понять. Нанон послал всем трем людям самую теплую и обнадеживающую из своих улыбок и сел перед ними.

– Привет, остроухий, – произнес Рам Джас, протягивая руку своему старому другу.

– Я надеюсь, тебя это не утомляет, человек-кирин, – ответил доккальфар. Он с энтузиазмом пожал руку Рам Джасу, затем попытался точно так же поприветствовать Далиана и Гленвуда.

– Я не буду, если ты не возражаешь, – ответил каресианец, верный своему холодному нраву.

Нанон улыбнулся и снова подумал, что ему нравится Черный воин. Мошенник из Лейта пожал доккальфару руку, но, похоже, сделал это, не особо задумываясь.

– Не волнуйся, человек из народа ро, – сказал Нанон Гленвуду. – Странные впечатления расширяют кругозор… и ты к ним привыкнешь.

– Что? – спросил Кейл с выражением крайней растерянности на лице.

Рам Джас успокаивающе похлопал спутника по плечу.

– Просто не обращай на него внимания, Кейл, ты никогда к такому не привыкнешь. Тебе лучше смириться с этим.

– Можно я напьюсь? – спросил человек ро.

Рам Джас покачал головой. Кирин и сам часто жаловался на то, что доккальфары не понимают алкоголя.

– У них есть чай, – заметил он. – Не то же самое, но можно притвориться, будто это спиртное.

Далиан Охотник на Воров, менее, чем Рам Джас, склонный к пустой болтовне, подался вперед и вмешался в разговор.

– Я уже устал ждать, – произнес он серьезно. – Мы теряем время. Мы же согласились, что этот человек… – он махнул рукой в сторону наемного убийцы, – должен попасть в Ро Вейр и убить Саару Госпожу Боли.

– Я все еще здесь, Далиан, – тихо напомнил Рам Джас, которому не понравилось, что его назвали «этот человек».

– Тихо, мальчишка, – рявкнул каресианец, и кирин съежился под его гневным взглядом.

– Прости, Далиан, – ответил Рам Джас, словно наказанный ребенок.

Охотник на Воров снова повернулся к Нанону.

– Чего они ждут? В это самое время Псы уничтожают лес.

Нанон улыбнулся настолько по-человечески, насколько мог.

– Они созерцают присутствие Тени – его, – он указал на Уту, который тихо сидел среди обитателей леса, не замечая, какое воздействие он оказывает на доккальфаров. – Он гораздо важнее, чем этот человек-кирин.

Далиан пристально смотрел на Нанона, и обитатель леса смутился, понимая, что за всю долгую жизнь он очень мало провел времени с последователями Джаа. Похоже, они жили в постоянном страхе, пытаясь достичь той степени божественного ужаса, которую требовал от них Огненный Гигант.

– Меня не волнует древняя кровь, – ответил Далиан. – Меня заботит Каресия и Джаа… и убийство Госпожи Боли.

Нанон встретил пристальный взгляд Черного воина и наклонил голову, смущенный тем, что Далиану, очевидно, нужно было постоянно наводить страх на окружающих.

– Все, кто здесь присутствует, уважают Джаа так же, как и ты. Он подарил нам способность к воспламенению после смерти, чтобы мы больше никогда не порождали Темных Отпрысков, – это были искренние слова, и Охотник на Воров оценил их по достоинству.

– Но вы не народ Джаа, – заметил Черный воин.

Нанон пристально смотрел на упрямого человека из Каресии, стремясь найти с ним точки соприкосновения. Древний Тир знал: ему нужно провести с Далианом больше времени, чтобы по-настоящему его понять. Он также знал, что все пятеро людей были чрезвычайно важны – кто-то из них больше, чем другие, но у каждого имелась своя роль в Долгой Войне. Даже у мошенника из Лейта, который находился на грани обморока, было предназначение – хотя Нанон еще не ведал, какое именно.

За его спиной начали вставать с мест собравшиеся доккальфары – значит, их долгая медитация подошла к концу. Нанон приложил палец к губам, показывая людям хранить молчание. На другой стороне зала собраний Ута и Рэндалл с нетерпением ждали речи Витара. Рам Джас и его спутники сидели более спокойно, Далиан и Гленвуд брали пример с легкомысленного кирина.

Витар Ксарис заговорил первым, хотя он был не самым древним и не самым мудрым из присутствующих шаманов. Рядом с ним сидел Витар Лот, доккальфар почти столь же древний, как и Нанон, известный и под другим именем – Отец Деревьев. Он заявлял, что посадил первый куст Тропы Фелла. Скорее всего, это не было правдой, но немногие доккальфары осмелились бы оспорить слова старого шамана.

Ксарис отступил от своего деревянного трона и произнес низким властным голосом:

– Мы приветствуем детей рода человеческого на Тропе Фелла… мы просим их уважать наше всегда, как мы уважаем их сейчас.

Он выпятил подбородок и выпрямился в полный рост. Он был выше семи футов и более худощав, чем любой представитель мира людей.

– Мы находимся в обществе того, кого мы любили, и в объятьях теней, которых послали нам.

Слова звучали сухо и формально.

Витар Ксарис говорил медленно, и его долгие, затянутые фразы эхом отдавались в зале для собраний. Он рассуждал о злобных колдуньях – хотя ничего полезного о них не знал. Он твердил о необходимости противостоять Мертвому Богу – но его слова не несли в себе убежденности. К тому времени, когда Витар обратился к потомку древней крови, сидящему среди них, Нанон уже начал сердиться. Он редко испытывал это чувство, и оно показалось ему очень неприятным.

– Тень, – произнес Витар Ксарис, жестом указывая в сторону Уты, – наше величайшее оружие, и его следует укрывать в Фелле так долго, как только возможно… он будет терпеть, как мы терпим.

Еще одна долгая пауза – и Ксарис вернулся на свое место.

– Сейчас мы будем медитировать, чтобы понять, как ответить на предстоящую угрозу.

Все доккальфары склонили головы и последовали совету Витара. Нанон разочарованно надул щеки, и люди повернулись к нему с вопросительными взглядами.

– Я терпелив, Нанон, – шепотом заметил Рам Джас, – но это становится опасным.

Старый Тир не мог с ним не согласиться, а быстрый взгляд на Уту показал, что и «древняя кровь» думает о том же самом. Нанон неохотно поднялся и приготовился прервать медитацию.

– Что ты делаешь? – спросил Рам Джас, понимая, насколько грубым может показаться вмешательство Нанона.

– Я не хочу положить свою жизнь на «мы будем терпеть», – ответил доккальфар, весело хлопая кирина по плечу. – Я собираюсь оскорбить некоторых своих соплеменников.

Он поднялся, и ему снова стало немного неловко от того, насколько низкого роста он был по сравнению с другими обитателями леса. Выше шести футов, он превосходил ростом всех присутствующих людей, кроме Далиана, но для Тира он был мелковат. Рост стражей, охраняющих людей, превышал семь футов, а у некоторых из стражников – и того выше, и они нависали над низкорослым Наноном. Они взялись за рукояти тяжелых мечей в форме листьев в церемониальном приветствии.