Темная кровь - Смит Э. Дж. - Страница 109

Несколько секунд понадобилось пауку, чтобы полностью выползти из пещеры. Он подобрал ноги под раздутое черное брюхо, из-за чего не удавалось реально оценить его полные размеры, но, без сомнения, Горланский паук размером был не меньше четырех лошадей.

– Я хочу сбежать, – выпалил Рэндалл, у него тряслись руки.

Когда Горланский паук заговорил, для имитации человеческих звуков он использовал щупальца, которые щелкали друг о друга перед его клыками.

– Нет нужды убегать, человек.

Ута, не отрывая взгляда от чудовища, отпихнул Рэндалла дальше за свою спину.

– Просто потихоньку отступай, – шепнул он Рэндаллу, в защитном движении выставив вперед меч.

Горлан разогнул лапы и опустил громадное тело, вытянувшись так, что сразу стал выглядеть в два раза крупнее.

– Опасность вам не грозит, – произнес паук, его слова казались странно чуждыми для слуха Уты. – Я только недавно насытился.

– Почему Горланский паук разговаривает?! – спросил Рэндалл на грани паники. – Как он может говорить? Это же паук!

Ута не знал ответа. Он много путешествовал по землям, населенным людьми, но никогда не слышал ни историй, ни легенд о чем-то подобном. Существо перед ним размерами намного превосходило всех представителей его вида, которых когда-либо видел Ута, но было слишком трудно поверить в то, что оно разговаривает. Если бы существо не приходило к нему во сне, Ута бы уже атаковал его. Но каким-то образом он знал: эта тварь ему не враг.

– Можешь называть меня Рютула, – сказало существо.

– Имя, у него есть имя, – трясся Рэндалл.

– Если у тебя есть что сказать… говори, – произнес Ута, изо всех сил пытаясь оставаться спокойным. Горлан снова согнул и разогнул лапы. – Я разговаривал с тобой во сне.

– Не со мной, – ответил паук по имени Рютула. – Хотя однажды я заговорю с тобой… из чертогов за пределами мира.

Ута не понимал. Голос из его сна называл себя памятью. Потомок древней крови начал ощущать себя маленьким и невежественным под грузом того, чего не знал.

– Ну, пока еще ты не там, – заметил Ута, не опуская меч. – Так что говори.

Горланский паук снова поджал лапы, будто пытаясь казаться менее ужасающим.

– Тебя ждет долгое путешествие, древняя кровь, – сказал Рютула, – в безмолвные земли далеко на юге.

– Я всего лишь человек, – ответил Ута. – Я не могу даже постигнуть значение того, что меня ожидает.

– Ты не просто человек, древняя кровь, – и твое имя говорит об этом.

Ута невольно подавил рвотные позывы при виде вязкой жидкости, вытекающей изо рта чудовища.

– Тебя беспокоит мой вид? – спросил паук.

– Да, да, очень беспокоит, – вмешался Рэндалл, не отрывая выпученных глаз от чудовища.

– Я думал, вопрос предназначался мне, – заметил Ута, стараясь отгородить напуганного до смерти оруженосца от Рютулы.

– Да, прости… все, я заткнулся. – Рэндалл остолбенел от ужаса.

– Чтобы меня напугать, нужно очень постараться, – ответил Ута. – Ты непостижимое существо… но я тебя не боюсь.

Рютула изогнулся, его глаза блеснули, когда луч заходящего солнца проник сквозь лесной купол.

– Ты не должен бояться меня, ведь я буду твоим проводником, – сказал он, издавая при этом нелепые хлюпающие звуки.

Раздражение Уты на обилие того, чего он не мог понять, начало постепенно одерживать над ним верх.

– Мне не нужен паук в качестве проводника. Пригодилась бы карта или кто-то из местных, кто знает, где находится Орон Каа, но паук? Не думаю, что это хорошая идея.

– Не надо его злить, – посоветовал Уте Рэндалл, пригнувшись за его спиной.

– Я уже устал слышать, что я должен и не должен делать, – ответил Ута. – А если я сам вижу свое будущее и в нем есть таверна и женщина?

Горланское чудовище взрыло траву передними лапами и угрожающе обнажило клыки. Ута поднял меч и оттолкнул Рэндалла подальше.

– Только попробуй, паук, – сказал он бесстрашно.

Рютула изогнулся вперед, пока его раздутое черное брюхо не поднялось высоко в воздух, и выставил клыки. Увидев такое, большинство людей бросилось бы прочь со всех ног или упало, оцепенев от страха, но Ута Призрак не принадлежал к большинству. Он шагнул вперед.

– Убери клыки – или я начну отрубать тебе лапы, – прорычал он.

Рэндалл часто дышал и неотрывно смотрел на паука, который нависал над ними. Ута понятия не имел, легко ли убить подобную тварь…

После секундного молчания Рютула убрал клыки и снова опустился на землю, подобрав под себя лапы.

– Прошу прощения, древняя кровь, – сказало чудовище, – но в гневе я не всегда могу себя контролировать.

– Когда ты в гневе? – переспросил Ута. – Что же тебя так разозлило?

– Ты пренебрег моей помощью. Вот что меня прогневало. – Горланский паук низко пригнулся к земле и казался менее страшным. – Представителям моего вида тяжело смотреть на тебя.

Ута чуть не рассмеялся.

– Ты же огромный паук! По сравнению с тобой я должен выглядеть просто прекрасно.

– Ты не понял меня, древняя кровь. Я Горланская Матерь, а не паук, как ты постоянно называешь меня. Мои собратья почитали Теневых Гигантов намного дольше, чем существует ваша раса, и дольше, чем существуют доккальфары. Мы называли их теми, кого мы любили, задолго до того, как деревья Фелла выросли и окрепли. – Рютула попятилась назад и откашляла сгусток молочно-белой, вязкой жидкости. – Приношу свои извинения, мне тяжело говорить на языке людей.

Ута опустил меч.

– Я даже не знал, что у Горланов есть боги, – произнес он с искренним интересом.

– Не те Горланы, которых ты имеешь в виду, – ответила Рютула. – Не у пауков, живущих на землях людей. Они для нас то же самое, что вы – для Гигантов, которым вы поклоняетесь.

– Сколько тебе лет, Горланская Матерь? – спросил Ута.

– Я не понимаю время людей. Ваши годы не имеют смысла для мира и для тех, кто пребывает в долгих веках Глубинного Времени. Ваша раса – точка, пылинка на ткани вечности.

Ута уже сомневался в том, что его предыдущий взрыв эмоций был уместен.

– Я сказала, мне тяжело смотреть на тебя – ведь ты носишь облик Теневых Гигантов, бледную кожу и розовые глаза тех, кого мы любили.

Ута поднял бровь и попытался показаться учтивым.

– Теневые Гиганты были альбиносами?

Рютула чуть было снова не встала на дыбы, но быстро пришла в себя.

– Нет, не альбиносами. Но у них была бледная кожа и розовые глаза. У всех, кто несет в себе кровь Гигантов, есть какие-то уродства. Отметины Глубинного Времени, если тебе так больше нравится. Твоя отметина лучше многих; я видела потомков древней крови с щупальцами вместо рук и с ротовой воронкой миноги вместо головы.

Уте не понравилось, что его альбинизм назвали «отметиной», но он не стал обижаться на манеру речи чудовища.

– У кого из Гигантов были щупальца?

– У Водяных Гигантов. Бесформенных чудовищ, которые очень давно оставили свои чертоги, – ответила Горланская Матерь. – Ты можешь встретиться с ними, если последуешь за мной и заберешься достаточно далеко.

– А если мы не хотим встречаться с чудовищами? – выпалил Рэндалл, все еще прячась за хозяином. – Ну, может, не знаю, сначала несколько месяцев отдохнем и восстановим силы?

– Рэндалл, просто заткнись, – пробормотал Ута, пытаясь сосредоточиться на том, что ему говорят.

– Твой слуга отправится с нами? – спросила Горланская Матерь.

Ута задрал подбородок.

– Он мой оруженосец и друг, но не слуга. Ни мой, ни твой.

Рэндалл посмотрел на хозяина, признательный за такие слова.

– Он пойдет туда же, куда и я, – добавил Ута.

– Это может вызвать трудности, когда мы доберемся до лабиринта, – ответила Рютула, загадочно ссылаясь на отрывок из сна Уты. Он видел лестницу, лабиринт и стража, но изображения расплывались и казались ему бессмысленными.

– Ты можешь привести нас к лабиринту? – спросил он.

– Могу. И приведу, – ответила Горланская Матерь.

Ута поджал губы, размышляя, каким образом гигантский паук может проводить их в Каресию. Рютула, скорее всего, долгие века прожила в Фелле и не привыкла путешествовать по землям людей.