Темная кровь - Смит Э. Дж. - Страница 35

– Как вышло, что аристократия с этим смирилась? – спросил Рэндалл.

Ута пожал плечами.

– Кто знает… Помнишь, какое влияние оказывала Катья на принца и кардинала Северина? – Он говорил про колдунью, которую они встретили в темнице Тириса, женщину, подчинившую себе разум высших аристократов города. – Ну, герцог Вейра полный болван, так что наверняка его было гораздо легче заколдовать, чем старого крепкого мерзавца вроде Северина.

Ута обдумывал их текущее положение, взгляд его метался с армии Псов к дыму над торговым анклавом.

– Нам пора выдвигаться, – произнес он тихо.

– Если мы их предупредим – успеют они подготовиться? – спросил Рэндалл, когда они спешно отступили за деревья.

– Предупредим? – переспросил Ута. – Мы не будем вмешиваться. Нам нужно уйти на юг до того, как эти ублюдки окружат анклав и начнут убивать жителей.

Рэндалл очень удивился.

– Мы не можем позволить им выпотрошить Козз, – сказал он взволнованно.

– Не знал, что ты так беспокоишься о богатых торговцах. – Ута посмотрел на ладонь, которую оруженосец положил ему на плечо, и выразительно приподнял бровь. Рэндалл быстро убрал руку.

– Мне они безразличны, но это не значит, будто я хочу, чтобы их убили или взяли в плен.

Он не привык спорить с Утой и съежился под испепеляющим взглядом розовых глаз.

– Рэндалл, нас разыскивают все официальные лица Тор Фунвейра. Наверняка большинству из них приказано нас задержать, а ты предлагаешь вернуться в город и предупредить маршала? – Священник не поддался его уговорам. – Маршал Вессон – достойный человек. Он не относится к ярым сторонникам короля или церкви, и мне… жаль, что ему придется пережить подобное испытание, но это не наше дело.

Рэндалл нахмурился. Хозяин не был жестоким и злым человеком, но он прагматичен, а это значит, он не будет напрасно подвергать опасности себя или своих спутников.

– Мне кажется, это как раз наше дело, – раздался голос Тир Васира. Высокий доккальфар показался из-за деревьев, и Рэндалл снова вздрогнул от неожиданности.

– Неужели из нас всех только я не двигаюсь бесшумно? – спросил Рэндалл. Ему уже надоело, что все вокруг, кроме него самого, умеют перемещаться так незаметно.

Ута поднял бровь. Васир наклонил голову. Они даже не подозревали, насколько часто пугали юного оруженосца неожиданным приближением. Но сейчас у них возникли более насущные проблемы.

Рэндалл неловко усмехнулся.

– Ладно, это сейчас не главное… извините. Можете продолжать.

Васир подошел к опушке рощи и посмотрел на юг, откуда приближались Псы.

– Видите там клетки, друзья мои? – спросил он.

Рэндалл и Ута посмотрели на стальные клетки, которые ехали среди строя марширующих воинов. Сначала клетки им показались пустыми – возможно, предназначенными для пленных. Но, приглядевшись повнимательней, они увидели, что клетки уже заняты.

– Откуда у них пленники? – спросил Ута. – Между Коззом и Вейром нет больших городов… у них не было причин брать кого-то в плен.

Васир склонил голову и начал тихо напевать. Низкий, отдающийся эхом звук выражал глубочайшую грусть и сожаление. Обитатель леса закрыл глаза и постарался взять себя в руки, прежде чем ответил.

– Всегда доккальфаров рассказывает о даре, который дал нам Огненный Гигант. – Он говорил четко и цитировал какую-то легенду или священную книгу. – Наши тела сгорят… должны сгорать… после смерти.

Ута однажды сказал Рэндаллу, что, когда умирает доккальфар, того охватывает пламя. Что же это означало сейчас, оставалось для них загадкой.

Ута посмотрел на Рэндалла, затем опустил руку на плечо Васира, отчего высокий доккальфар открыл глаза.

– Я знаю, но как это связано с ними? – С этими словами, которые прозвучали одновременно и мягко, и нетерпеливо, он указал на клетки.

– Злобные колдуньи отняли у нас этот дар. Мы больше не сгораем, – ответил Васир.

– И что происходит, если вы не сгораете? – Ута прищурился, а Васиру, казалось, становилось все более неуютно.

Обитатель леса начал покачиваться и что-то бормотать себе под нос. Будто бы заклинание, но слова поначалу тяжело было разобрать. Васир продолжил раскачиваться, а Рэндалл и Ута наконец расслышали, что он говорит.

– Жрец и алтарь, жрец и алтарь, жрец и алтарь… – повторял он снова и снова.

Черный священник и оруженосец отвернулись от Васира и опять посмотрели на приближающиеся клетки. Они все еще находились далеко, но запертые внутри существа были высокого роста, и хотя некоторые сидели – похоже, были в сознании, – другие казались оцепеневшими либо мертвыми. Никто из них ничего не говорил, а у Рэндалла задрожали руки, когда он насчитал около двадцати пленных доккальфаров, которых везли посреди армии Псов.

– Если каждый из них превращается в то странное дерево с щупальцами, которое мы видели в темнице, – произнес Ута тихо, – то дела у Тор Фунвейра обстоят гораздо хуже, чем я думал.

Он на секунду замолчал. Посмотрел на своих спутников, потом в сторону Козза, затем на приближающуюся армию Псов.

– Хозяин… – начал Рэндалл.

– Знаю, знаю, – прервал его Черный священник. Он неожиданно отвесил Васиру пощечину: – Прекрати сейчас же!

Васир быстро заморгал, перестал повторять свою мантру и посмотрел вверх на стоящего над ним Уту.

– Примите мои извинения, Ута Тень, но… превращение – самый большой страх для нашего народа.

Все мысли Рэндалла были наполнены воспоминаниями о дереве. Он не мог понять, как существо, подобное Васиру, превратилось в настолько ужасного монстра.

– Они нам не поверят, – сказал он, отвернувшись от клеток.

– Конечно же, не поверят, – ответил Ута, – но, возможно, Вессон достаточно умен, чтобы осознать, какую опасность несет армия Псов.

Ута надул щеки, и Рэндалл понял, что хозяин собирается поступить таким образом, который он сам считает неразумным.

– Ладно, – произнес он устало. – Васир, придумай, как подобраться к этим клеткам. Рэндалл, а нам с тобой надо пойти поболтать с рыцарем-маршалом.

Рэндалл уже был в Коззе, и воспоминания о торговом анклаве у него остались не слишком хорошие. В последний раз, когда они побывали тут, они шли по следу Бромви Черного Стража, и встреча с ним закончилась смертью брата Ториана от стрелы киринского наемного убийцы. Ута тоже тогда был с ними, но он, похоже, совсем не тяготился неприятными воспоминаниями, пока шагал по ухоженным улицам анклава.

До Козза они добежали за два часа в ровном темпе, и под суровым взглядом Черного священника их пропустили в город без лишних вопросов. Ута почти не пытался скрыть свою личность, и Рэндалла тревожило, насколько идеально подходящим местом мог стать анклав для наемников, чтобы устроить на них засаду. Священник отмахнулся от его подозрений и, очевидно, считал, что торговым королям анклава наплевать на беглеца, скрывающегося в их городе, даже такого, которого обвиняют в убийстве принца.

– Они не отвечают ни перед короной, ни перед церковью, – сказал Ута, когда спутники вошли на широкий рынок в форме кольца, который был основной частью анклава. – Разве я тебе этого не объяснял?

– В последний раз, когда мы здесь были, погиб Ториан. Если честно, хозяин, то я, кроме этого, мало что помню. – Они быстро шагали по городу, и Рэндаллу необходимо было время от времени переходить на бег, чтобы поравняться с Утой.

– Да, но тебе не нужно слишком много думать о прошлых сражениях… победил ты в них или проиграл. В этот раз я без доспехов, и, надеюсь, меня никто не узнает.

Рэндалл удивленно поднял бровь, но ничего не сказал.

На внутреннем рынке размещались торговые агенты и прилавки от богатейших торговцев, их заполняли экзотические каресианские специи и дорогое вино. Внешние лавки были гораздо менее роскошными, с соответствующим снижением качества и цен, хотя и не менее оживленными. Единственное, чего не было на центральном рынке, – это металлических изделий, ими торговали на нескольких открытых кузнечных дворах, на одном из которых встретил свою смерть Ториан.