Доппельгенгер (СИ) - Рэйвэн Джонни - Страница 8

***

          Брат, за то время, пока работал в аптеке подмастерьем, часто рассказывал о различных снадобьях, мазях, порошках, декоктах и зельях, что изготавливал его учитель. Также он упоминал один ларец, где старик-аптекарь хранил какие-то особые снадобья, за которыми иногда, по ночам, приходили всякие тёмные личности.

Перевёртыш отправился прямиком к лавке, не забыв закутаться в мешковатую накидку с капюшоном, которую он по дороге стянул с верёвки для сушки белья. По словам Квила, ночных покупателей аптекарь различал условленным стуком в дверь заднего двора. Оказавшись на месте, Трант постучал особенным образом и застыл в ожидании. Вскоре из-под двери показалась полоска света, и на уровне глаз приоткрылась узкая щель.

- Кто? - спросил гнусавый, хрипловатый голос.

- Клеврет... Желающий особых знаний.

- Почто пришёл, клеврет?

- За ценным уникумом, коий негде больше мне сыскать.

          Дверь отворилась. На пороге, держа в руке лампу, стоял сухопарый старец с плешивой макушкой, крючковатым носом и маленькими, бегающими глазками. Сверкнув щербатой улыбкой, он махнул рукой и скрылся в темноте дома. Проведя гостя в глубь помещения, аптекарь остановился подле крепкой двери, долго бряцал ключами, шипел ругательства под нос и, наконец, открыл.

Комната оказалась полна полок и шкафчиков, уставленных банками, склянками, сосудами, коробочками, пучками высушенных трав, вязанками грибов и горшками со странными растениями. Кряхтя, старик опустился к неприметному ларчику, открыл его, достал ещё один - поменьше - и, поставив на стол, явил гостю с десяток одинаковых бутылочек.

- Кому пожалован подарочек? - ухмыляясь, спросил он и уточнил: - Молодому аль почтенному возрастом?

- Молодому.

- Ммм, хорошо. Смерть должна быть явной аль естественной?

- Так, чтоб знали. Все знали.

- Каков, м! - хихикнул аптекарь, и глаза его недобро сверкнули. - Мучительной аль быстрой?

          Трант задумался.

- Не надо мучений. Пускай умрёт и всё. Этого будет достаточно.

- Хм, хм, - старик склонился над ларцом, прищурил подслеповатые глаза. - Дай-ка подумать, мой друг, сейчас, сейчас... Ага!

          Радостно воскликнув, аптекарь извлёк на свет бутылочку размером в полпальца, из черного непроницаемого стекла.

- Вытяжка из Чёрного Аконита с примесью бруцина. Одна капля на чарку вина, и жертву не спасти даже магией. В скором времени после попадания в желудок отравленный почувствует сонливость, затем его разобьёт паралич, а вслед за ним - кома и скорая кончина. На утро кожу бедняги будут усеивать черные, округлые пятна, похожие на бутоны распустившегося цветка. Ни у кого не останется сомнений в причине столь плачевной доли. Прекрасный выбор, мой друг!

          Протянув Трантольстанеру бутылочку, старик ловко отвёл руку, когда доппельгенгер попытался её взять.

- А плата? Такое снадобье стоит не дёшево. Тебя должны были предупредить.

          Перевёртыш протянул забитый монетами кошель, доставшийся ему в наследство от виночерпия, но старик окрысился, сверкнул глазами.

- За дурака меня держишь? Серебра будет мало! Либо добавляй золота, либо уйдёшь ни с чем!

          Жадностью Трантольстанера было не удивить. Подумав, он снял с шеи памятный медальон Вимарка. Аптекарь оценивающе осмотрел украшение, попробовал на зуб и, оставшись доволен, отдал яд.

- Ступай же, друг мой. Да не забудь о том, что ноги твоей здесь не ступало.

          Уже на пороге перевёртыш обернулся, придержал дверь.

- Чего тебе ещё? - прошипел старик.

- Скажи мне, крепко ли ты спишь, зная, что пока светит солнце, людей ты лечишь, однако, когда приходит ночь, ты смерть им продаёшь?

- Самый умный? Убивает не яд, убивает человек. А значит, моя душа чиста. Ступай уже, мозгляк. Да не забудь забыть сюда дорогу.

          Посмеиваясь, он закрыл дверь, и Трантольстанер отправился в королевский замок. Как он и предполагал, со входом проблем не возникло: знакомые гвардейцы, получив по припасённой в сапоге монете, его спокойно пропустили. Благодаря воспоминаниям из медальона перевёртыш отыскал путь в комнатушку, которую Вимарк делил с ещё одним слугой. Там он спрятал бутылочку яда под ворохом будничной одежды в сундуке и, встав напротив зеркала, окинул взглядом ненавистное отражение.

«Трантольстанер. Меня зовут Трантольстанер, - напомнил он себе. - И завтра вечером, наконец-то, свершится моя месть. Вы заплатите, люди. За всё».

V

Проснулся он рано, от сильной тряски. Перед взором оказалось пухлое лицо с мясистым носом и красноватыми, свинячьими глазами.

- Вставай, соня, - низко пророкотал будивший. - Я вымотался, словно пёс! Его величество до самого утра гонял меня за вином. Твой черёд по замку бегать.

          Трант, окунувшись в оставшиеся воспоминания Вимарка, понял, что разбудил его второй виночерпий. Его звали Бавис. По мнению покойного, этот человек был тем ещё пройдохой, шельмой и гадом - короче говоря, обычным представителем людского рода.

- Ох, как же я устал, - пожаловался виночерпий, стягивая сапог и громко пуская ветра. - Сейчас проспать бы до следующего рассвета! Но куда там... Опять всю ночь придётся спину гнуть. Как погулял?

- Прекрасно, - буркнул перевёртыш, прогоняя остатки сна и застёгивая дублет.

- Колись, давай! - хохотнул Бавис. - С кем ночку провёл? Небось, с ушастой, м? Есть там одна эльфка, думаю, слышал ты о ней, Госпожой кличут. Дорогущая, зараза! Но, говорят, такие выкрутасы языком выделывает, что у меня от одной только мысли о ней свербит между ног. Вот сейчас посла проводим, получим жалование, и я на неё все денежки спущу. Как думаешь, не пожалею?

          Трантольстанер покинул комнату, оставив похрюкивающего от предвкушения Бависа в компании его приземлённых желаний. Благодаря воспоминаниям из амулета перевёртыш худо-бедно помнил устройство королевского замка, но всё равно, бывало, путался в переплетениях многочисленных коридоров, залов, комнат и галерей. Весь день прошёл в беготне и прислуживании обитателям дворца. Доппельгенгер надеялся увидеть короля, посмотреть, что из себя представляет правитель людей, но его величество спал до самого заката.

Ближе к вечеру вымотанный доппельгенгер начал понимать, о чем говорил напарник, высокопоставленные лица и приближённые короля измотали его в край: принеси, подай, унеси, убери, позови, отнеси, и так - до бесконечности. Но главное - ни капли благодарности в ответ. Только высокомерие и холод. В итоге у Транта сложилось мнение, что люди, добившись высокого положения, совершенно разучиваются выполнять даже самые простые из своих потребностей и словно бы соревнуются: кому из них придется меньше пальцем шевелить.

          Когда едва переставляющий ноги перевёртыш наконец добрался до своих комнат, его ждал очередной сюрприз в лице пятёрки королевских гвардейцев. Доппельгенгера в миг скрутили. Попытки вырваться пресекли ударом под дых.

          «Неужели попался? - в ужасе подумал он. - Прознали о моей подмене? Но как?!»

- Имя? - поинтересовался командир гвардейцев - высокий, мрачный рыцарь в латах, с накинутым поверх сюрко с королевским гербом.

- Вимарк, сир, - заискивающе ответил Бавис.

- Это - твоё? - рыцарь сунул перевёртышу под нос бутылочку из тёмного стекла. Трант увидел раскрытый сундук, в котором Вимарк хранил одежду, и сразу же всё понял. Рыцарь повторил вопрос. Парализованный от ужаса доппельгенгер не смог выдавить и звука.

- Его, его, - закивал Бавис. - Он спрятал её на самом дне, под вещами, но я нашёл! Там, видимо, яд? Я сразу это понял!

- Заткнись, - махнул рукой рыцарь. - Отраву в замок протащил? Кого хотел умертвить? Говори, не то хуже будет...

          Обмякший в руках гвардейцев Трант висел ни жив, ни мёртв. Ему не верилось, что справедливое возмездие провалилось из-за банальной жадности соседа. Рыцарь схватил перевёртыша за волосы, рванул, заставив его зашипеть от боли. Приблизившись, он тихо произнёс: