Черный Страж - Смит Э. Дж. - Страница 10

Ториан пожал руку священнику, но не улыбнулся; вместо этого он склонил голову в знак глубокого уважения.

– Брат Ута… как давно мы не виделись, – произнес Ториан, отводя взгляд от лица альбиноса.

– Подними голову, Ториан, мы сейчас не в Ро Арноне, и уже много лет прошло с тех пор, когда ты обязан был кланяться хоть кому-нибудь, – отвечал Черный священник, и в голосе его прозвучало искреннее дружелюбие. – А кроме того, если будешь отворачиваться от такого коротышки, как я, у тебя шея заболит.

Ториан рассмеялся, и напряженное выражение исчезло с его лица.

– Входи же, брат. У меня нет вина, но, по крайней мере, здесь имеются стулья, и воздух свежий…

Рэндалл знал, что большинству священнослужителей запрещено пить спиртное, но о Черных священниках ему было ничего не известно – кроме того, что они служили смерти и их окружал страх. Они посвящали себя служению самым темным сторонам Одного Бога и присутствовали на похоронах и на крупных сражениях, где гибло много народу.

Ута осмотрел комнату:

– Насколько я помню, в последний раз, когда мы с тобой встречались, я кое-как примостил свой зад на единственный мягкий предмет, который не причинял особой боли ране от стрелы.

Ториан снова расхохотался:

– Насколько я помню, ты тогда сидел на мертвом наемнике на окраине какой-то деревни поблизости от Ро Лейта.

Ута обернулся к Рэндаллу, несмотря на то что по-прежнему разговаривал с Торианом.

– Да уж, этот поганец угодил стрелой из лука в то место, которое я особенно стараюсь беречь от ран. То, что я разрубил ему череп пополам, было лишь справедливо. Он был всего-навсего киринским бандитом; сомневаюсь, что с тех пор, как я швырнул его тело в костер, хоть одна живая душа в мире вспоминала об этой вонючке.

Рэндаллу показалось, что под пристальным взглядом священника он сделался ниже ростом; он опустил глаза и уставился себе под ноги.

– По-моему, мальчишка нервничает, Ториан. Возможно, лучше будет, если ты отправишь его за вином, чтобы я не сдох тут от проклятой жажды, пока он разглядывает пол.

Ториан кивнул Рэндаллу:

– Да, разумеется. Сходи, принеси пару бутылок, Рэндалл, – приказал он.

Ута следил своими красными глазами за молодым оруженосцем, а Рэндалл быстро направился к двери и выскользнул в коридор. Закрыв за собой дверь, он испустил вздох облегчения; вид и пристальный взгляд Уты внушали ему страх. Рэндалл слышал, что простые люди считают само появление Черных священников дурным знаком. Говорили, что эти Черные чуют приближение смерти, так же как обычный человек чувствует запах пищи или ощущает прикосновение красивой женщины. Рэндалл не стал задерживаться у двери и быстро направился вниз. Таверна эта хорошо содержалась, ее было не сравнить с заведениями, к которым юноша привык в последний год своей службы у сэра Леона. Пол всегда чистый, пыли нигде не видно, на всех дверях имелись замки, и даже в окна были вставлены хорошие стекла, тогда как в дешевых гостиницах они просто закрывались деревянными ставнями.

Рэндалл начал гадать, что могло привести Черного священника в гостиницу к брату Ториану, но быстро решил, что подобные дела выше его разумения. Он дошел до конца коридора и спустился по лестнице, забыв о том, что на поясе у него висит меч. Лестница вела в общий зал с высоким потолком и деревянными сводами, на стенах висели церковные символы. Самым внушительным был символ Красных рыцарей – скрещенные мечи и рука, сжатая в кулак; рядом красовались пурпурные гербы благородных священников и голубь Белой церкви. Рэндалл чувствовал себя в этой таверне не слишком уютно, потому что ее часто посещали Красные рыцари и городские стражники. Даже этим утром несколько групп стражников в доспехах сидели за завтраком – перед ними на блюдах лежали большие куски хлеба из грубой муки, толстые ломти свинины, в кружках дымился крепкий черный кофе. На кухне, расположенной за отполированной до блеска стойкой бара, кипела работа; Рэндалл услышал, как перекрикиваются слуги и повара. Рэндалл прошел вдоль стойки и остановился перед молоденькой барменшей.

– Э… вина, пожалуйста… красного, наверное, – произнес он.

Она, казалось, была удивлена его просьбой и, облокотившись на стойку, оглядела молодого оруженосца.

– Это ты, мальчик, привел в таверну моего отца человека, по пятам за которым ходит смерть?

Рэндалл решил, что девушка моложе его самого, и мысленно возмутился, услышав обращение «мальчик», но промолчал. Несколько слуг, до которых донеслись слова девчонки, смотрели на оруженосца с любопытством. Похоже было, что брат Ута вызвал немалое замешательство, когда несколько минут назад проходил через зал.

– Вообще-то не совсем я… он пришел поговорить с моим господином, – отвечал Рэндалл.

Один из стражников, сидевший за столом неподалеку от бара, заметил:

– Это был Ута Призрак, парень… лучше не говорить с такими существами. Черных священников едва ли можно называть людьми.

Спутники его закивали, и Рэндалл почувствовал себя маленьким и ничтожным. Стражник подошел к бару, бросил на стойку несколько монет и повернулся к Рэндаллу:

– Говорят, что Призрак может узнать день и час твоей смерти и улыбается, когда твоя смерть близка. Он носит боевой топор, потому что Один не разрешил бы ему носить оружие благородного человека. – Стражник взглянул на меч Большого Клыка, висевший на поясе Рэндалла. – И не разрешил бы носить меч жалкому оруженосцу, который якшается со слугами смерти. Я знаю, что ты служишь Пурпурному священнику, мальчишка, но все равно я против того, чтобы ты носил такое оружие. – Человек был высокого роста и смотрел на оруженосца сверху вниз.

К нему подошел второй стражник, помоложе, лет девятнадцати-двадцати; в ножнах у него за спиной висели два коротких меча.

– Оставь его в покое, Робин, у парня и без тебя хватает забот. Теперь ему придется прислуживать уже двум священникам.

Старший стражник рассмеялся и вернулся к своему столу. Тот, который пришел на помощь оруженосцу, остался и прислонился к стойке бара.

– Принеси мне еще кофе, Лидия, – обратился он к дочери трактирщика, затем повернулся к Рэндаллу. – Не обращай на моего приятеля внимания, парень; вид Черного священника лишает людей спокойствия… особенно вид того, кто пришел сюда сегодня.

Рэндалл криво улыбнулся стражнику.

– Я не слышал о нем до сегодняшнего дня. Однако прозвище ему подходит, – сказал он, вспомнив лицо альбиноса.

– Клянусь, больше подходит, чем ты можешь себе представить. Призрак – крестоносец… он охотится за восставшими из мертвых.

Рэндалл ошеломленно посмотрел на собеседника. Ему приходилось раньше слышать о восставших из мертвых, но он считал, что все это просто небылицы. Говорили, что эти существа прежде были людьми, но при жизни совершили страшные преступления, предали своих родных и близких и умерли мучительной смертью; после этого они превратились в чудовищ, которые боялись людей и испытывали к ним отвращение. Еще болтали, что в глухих лесах Дарквальда существовала целая деревня таких тварей, но слухи эти были весьма неопределенными, никто не видел деревню своими глазами, и Рэндалл никогда не задумывался о восставших из мертвых.

– Неужели они на самом деле существуют? – воскликнул он.

– На землях, населенных людьми, есть немало мрачных уголков, парень. Например, на Джекканских пустошах, к востоку отсюда, обитают не только племена кочевников-каннибалов, – сказал воин.

– Кончай языком молоть, Элиот, ты до смерти перепугал мальчишку, – вмешался воин постарше, со значком начальника дозора.

– Да я просто предостеречь его хотел, вот и все, сэр. Если ему придется общаться со служителем смерти, ему следует узнать о них как можно больше, – объяснил Элиот.

– А ты у нас знаток, насколько я понимаю, да? – поддразнил его командир.

Элиот слегка покраснел и улыбнулся Рэндаллу:

– Ладно, ты не слушай меня, оруженосец… все это просто сплетни… сплетни, слухи.

Рэндалл чувствовал себя несколько не в своей тарелке; обернувшись к Лидии, стоявшей за стойкой, он повторил: