Черный Страж - Смит Э. Дж. - Страница 125

– Это слишком далеко на севере, брат, – ответил Падающее Облако, который отличался благоразумием по сравнению с прочими хвастливыми воинами.

– Ты прав, но мне необходимо быть именно там. Алахан нуждается во мне, как нуждался его отец, и я по-прежнему вассал Фредериксэнда и рода Слеза.

Он черпал силу духа в своих представлениях о чести и преданности, и Халлу это больше устраивало, чем его прежние жалобы насчет того, что он позволил убить Алдженона.

– И мне хочется увидеть, кто еще с ним снюхался. Мне очень пригодился бы корабль или два, набитые сумасшедшими берсерками, когда я встречусь с этим предателем и ублюдком. – Он на миг опустил голову. – И еще мне нужно сообщить Алахану и Ингрид о том, что их отец пал в бою.

– Это подождет, Вульфрик, – сказала Халла. – Неужели мы хотя бы один день не можем провести без разговоров о несправедливости и предательстве? У нас есть более важные проблемы – как остаться в живых. Пищи добыть неоткуда, и если мы завтра не доберемся до Ро Хейла, то люди ослабнут и не смогут преодолеть Глубокий Перевал.

Горные перевалы, которые вели от южной страны Свободных Отрядов на север, во Фьорлан, представляли собой природные укрепления, и зимой перейти их было невозможно. Халла знала, что если они не достигнут Глубокого Перевала в течение месяца, то завязнут в снегу и погибнут жалкой смертью.

– Найди тролля и следуй за ним по пятам, – усмехнулся Падающее Облако. – Если сможешь выдержать его вонь…

– А ты когда-нибудь встречал разумного тролля, Рексель? – хмыкнул в ответ Вульфрик. – Я как-то видел, как один из этих тупиц прыгнул со скалы, гоняясь за птицей.

Это вызвало смех среди находившихся поблизости людей, и Халла вновь была поражена способностью воинов смеяться перед лицом превратностей судьбы.

– Я никогда не встречала тролля, – вмешалась Халла, – вернее, видела их лишь издалека, но вблизи – нет.

– Ты немного потеряла, – сказал Падающее Облако. – У нас в Хаммерфолле они время от времени уничтожают целые деревни.

– А как же троллиные колокольчики? – спросил Вульфрик, продолжая этот довольно бессмысленный разговор. – По крайней мере, с ними можно заранее узнать о приближении тролля.

– Для этого сначала нужно выстрелить колокольчиком в тролля, а у нас не хватает баллист, способных пробить их шкуры. Вспомни, что Хаммерфолл – это не Фредериксэнд.

Мать рассказывала Халле об охотниках на троллей, которые забирались на высокогорные перевалы с тяжелыми баллистами, которыми управляли с помощью ворота, и эти баллисты стреляли в троллей огромными стрелами с бронзовыми колоколами. Гигантские стрелы не убивали этих тварей, а тролли были слишком тупы, чтобы сообразить, откуда доносится звон колокола; ходили рассказы о троллях, живших по несколько веков с застрявшими в их толстенных шкурах стрелами из баллист.

– Это уже немного похоже на план, – загадочно произнес Вульфрик.

– Какой план? – спросила Халла.

– Если бы мы смогли загнать стадо троллей на юг, то напустили бы их на ро. – Последовал громкий хохот, и настроение у людей в лагере несколько поднялось. – Бьюсь об заклад, им понравятся вкусные стальные латы.

– А я думаю, костлявые южане будут застревать у троллей в зубах, – не согласился Падающее Облако. – Тролль с расстройством желудка… думаю, зрелище не из приятных.

Они продолжали шутить и смеяться еще некоторое время после наступления темноты, и Халла вдруг обнаружила, что ей нравится общество этих людей. Каждый из них потерял друзей или родичей в бою или после нападения кракенов, но, несмотря на все это, люди Фьорлана сохраняли присутствие духа и просто радовались тому, что остались в живых. Вульфрик уже не напоминал прежнего самоуверенного воина, сейчас он стал более сосредоточенным и целеустремленным, чем неделю назад. Он не переставал говорить о потере своего вождя, но уже не обижался, когда Халла приказывала ему замолчать, и теперь она относилась к нему как к ценному бойцу, а не как к бесполезному полусумасшедшему. Если им суждено вернуться домой и отомстить Рулагу Медведю, отряду пригодится такой могучий воин – никто не отрицал, что Вульфрик с топором представлял собой устрашающее зрелище.

Она также узнала от Олеффа причину, по которой у Вульфрика не было родового имени, – необычное явление среди жителей Фьорлана, очень дороживших памятью о предках. Халла гордилась тем, что происходит из рода Летнего Волка, точно так же как Рексель гордился фамильным прозвищем Падающее Облако. Однако Вульфрик был единственным, кого называли только по имени, и Халле когда-то сказали, что его нельзя об этом спрашивать. Очевидно, история заключалась в том, что Вульфрик Взбешенный, сын Ларса Взбешенного, был предназначен для великих свершений; но так было до того дня, как отец его возглавил неудачный заговор против Рагнара Слезы и его обезглавили. Вульфрику оставили жизнь, но ему пришлось поклясться в вечной верности семье Слезы. Он отказался от родового имени, как бы желая смыть бесчестье. По мнению Халлы, это также объясняло его одержимость в служении Алдженону и его детям и его дикое возмущение предательством Рулага.

Она взглянула поверх пламени костра на обветренное, бородатое лицо церемониймейстера и обнаружила, что не могла бы обойтись без его присутствия. В памяти всплыло произнесенное шепотом замечание, которое она услышала после того, как они покинули побережье. Один молодой воин из Хаммерфолла сказал своему спутнику: «У нас все будет хорошо, потому что с нами Вульфрик». Халла знала, что это мнение разделяют и остальные, и знала, что ее отряд был бы не таким устрашающим без гиганта с боевым топором.

– Завтра потеплеет, – рассеянно произнес Падающее Облако, когда стих смех и наступили сумерки. – Надеюсь, у Отряда Призраков найдется чем накормить нас. Думаю, мой желудок перестанет со мной разговаривать, если я в ближайшее время не запихну в него мяса.

Халла улыбнулась и осознала, что тоже голодна, как никогда.

– Что у нас осталось?

– Немного, – ответил он. – Несколько мешков крапивы и грибов, все это не слишком сытное. Дождевой воды хватает, но мужчины нуждаются не только в питье, но и в еде… и женщины тоже. Ты как?

Она была несколько удивлена его озабоченностью, потому что с момента кораблекрушения к ней уже не относились как к слабой женщине. Она просто была одним из воинов – нет, больше того, она была командиром воинов, и если кто-то и сомневался в ее способности руководить отрядом, то держал свое мнение при себе.

– Не хуже тебя… но спасибо за заботу, – ответила она, почесывая глазницу под повязкой.

Халла обнаружила, что то место, где когда-то был глаз, чешется все сильнее за последние несколько дней, и думала, что это, возможно, нервное из-за неожиданно свалившейся на нее ответственности.

Когда они уже начали располагаться на ночлег среди камней, откуда-то донесся странный звук. Источник его находился далеко, и невозможно было понять, что это такое.

Люди, сидевшие у угасавших костров, подняли головы, и Халла увидела на их лицах озадаченное выражение. Никто сначала ничего не говорил, и все прислушивались; вскоре с той же стороны донесся новый звук. Свист, затем глухой стук. Он был негромким, но в ночи над безмолвным Травяным Морем его было далеко слышно.

– Где Олефф? – спросила Халла у Падающего Облака.

– Он с несколькими людьми отправился на холмы, разведать путь, который нам придется преодолеть завтра. – Он указал на довольно высокий скальный выступ, едва видный в отдалении. – Ушли несколько часов назад. Возвышенные места здесь редки, и, по-моему, он хочет убедиться в том, что нас не подстерегают какие-либо неожиданности.

Халла поразмыслила и решила, что нужно пойти на разведку.

– Падающее Облако, остаешься здесь. Вульфрик, пойдем, посмотрим, что там происходит.

Никто не возражал, и Вульфрик взял свой топор и пошел следом за Халлой. Некоторых раненов разбудил далекий непонятный звук.

– Спокойно, ребята, – сдержанно произнес Вульфрик, когда они проходили мимо людей, собиравшихся надевать кольчуги. – Пока ничего страшного не произошло.