Живой (ЛП) - Уайлд Джессика - Страница 55

Ради чего угодно.

Ради всего.

Я захныкала, когда его руки отпустили грудь, чтобы снять через голову мой топ. Мы оба застонали от облегчения, как только прижались друг к другу, кожа к коже. Мои чувствительные соски скользили по его груди, это сводило меня с ума. Я схватила его за плечи, чувствуя шрамы под правой рукой. Он больше не вздрагивал, когда я прикасалась к нему. Шрамы ни для одного из нас не имели значения.

— Держись за меня, детка.

Я обвила руками его шею и крепко ухватилась за нее. Он повернулся с решительным выражением на лице, пока считал свои шаги. Мы оба засмеялись, когда врезались в стену, но через несколько секунд мы были в его комнате, и он сел на кровать, а я оседлала его.

Нам стало не до смеха, когда он притянул меня за бедра, я тяжело задышала, почувствовав, как он прижался ко мне своим твердым телом. Затем его руки вернулись к моей груди. Медленно. Предвосхищение его прикосновения заставило меня придвинуться вперед, предлагая себя ему. Его голова упала мне на грудь, я задержала дыхание, крича, когда он захватил губами мой сосок.

Его руки все время двигались без остановки. Он коснулся каждого ребра, каждой впадинки и изгиба. Он был везде. Теперь была моя очередь, я провела ногтями по его спине, чувствуя при этом его мышцы.

Когда его руки остановились прямо около моего сердца, он отклонился назад. Мы оба тяжело дышали, неистово желая большего.

— Можно мне это? — спросил он, прижимая руку к моей груди и заставляя меня прерваться.

Счастье, чистое и простое, овладело мной.

Моим сердцем.

Мускул на его челюсти дрогнул, и волнение омрачило его черты лица. Неуверенность за этим взглядом почти разрушила то самое, о чем он хотел попросить.

— У тебя оно уже есть, Меррик.

Он с облегчением вздохнул, глубоко поцеловал меня, затем обнял за талию. Когда он встал, на полпути прервавшись, чтобы поправить ногу, мы ударились грудью друг о друга.

— Будь осторожен.

— Не беспокойся, детка. Я держу тебя. Я не могу упасть с тобой в моих руках. Это просто невозможно.

Мое сердце пропустило удар. Я не думала, что это на самом деле произошло, сердце билось, но все внутри меня замерло.

Это не могло бы на самом деле. Ничто из этого на самом деле не было возможным.

Меррик повернулся, твердо стоя на ногах, и положил меня на кровать. Он двигался на мне, пытаясь поместить свою ногу между моими. Он взял обе мои руки в свои и решительно опустил их над моей головой. Когда он удостоверился, что я не смогу ими пошевелить, он медленно стал скользить пальцами вниз по ребрам.

— Грэйс, я хочу для тебя лучшего. Я знаю, то ты заслуживаешь лучшего, но я слишком тебя хочу, чтобы отпустить. Это стоит риска. Быть способным любить тебя стоит чего угодно.

На мои глаза навернулись слезы, когда я посмотрела на него, увидев искренность у него на лице и желая, чтобы он смог увидеть, какой счастливой он меня делал. Его взгляд был направлен вниз, как будто он смотрел слегка через мое плечо, но по-своему он видел меня. Теперь я это знала.

Он снова поднес руку к моему сердцу и сделал глубокий вдох.

— Если оно мое, я клянусь тебе, я о нем позабочусь.

— Я знаю, Мер.

Я подняла ноги и снова обвила ими его бедра, а он наклонился вперед, поддерживая свой вес левой рукой около моей головы. Рука почти вернулась в нормальное состояние, только создавала ему проблемы, когда он перегружал ее. Я повернула голову, чтобы поцеловать его запястье. Рука над моей головой переместилась к моему лицу, слегка заскользив по моим губам, носу, глазам.

— Я не буду торопиться, Грэйс. Быть рядом с тобой, прикасаться к тебе вот так, стоит наслаждения.

Он начал медленно.

Поцелуи, которые покрывали мое лицо, заставляли меня чувствовать себя красивой. Поцелуи, которые обжигали мою шею, заставляли меня чувствовать себя в безопасности. Затем его пальцы медленно двигались по мне, скользя туда-сюда по впадинкам, я и не думала, что все они были такими интересными.

Меррик считал их очаровательными.

— У тебя самая мягкая кожа, — прошептал он с улыбкой. — И ты пахнешь сахаром.

Я закрыла глаза, когда он водил круги по моей груди.

— Они такие красивые. Они так безупречно помещаются у меня в руках.

У меня глаза закатились, когда он наклонился вперед и коснулся груди ртом. Он слегка щелкнул мой затвердевший сосок языком, затем поднял мою грудь, чтобы поцеловать кожу под ней. Кожу, которой касался лишь край бюстгальтера.

«О Боже».

Это было ощущение, которого у меня никогда раньше не было. Меррик заметил. Он не торопился, как и обещал, и его руки следовали за каждым поцелуем. За каждым укусом. Он считал мои ребра, положив мои руки у меня над головой, когда они инстинктивно опустились.

— Оставь их, Грэйс. Я еще не закончил.

Я захихикала, когда он начал все сначала, щекоча меня самым безумным способом. К тому времени, когда он сделал это с моим пупком, я была не в себе. Все, что я могла делать, — это дышать.

Прикосновение такое сильное. Предвосхищение мощное.

Он поцеловал кожу над моими трусиками, потратив целую минуту, проводя ртом взад-вперед от одного бока к другому. Я судорожно задышала, когда он подцепил пальцами ткань трусиков и медленно стянул их с меня, касаясь моей чувствительной кожи.

Шум в его груди можно было почувствовать в кончиках пальцев ног. Так вот как выглядит настоящее блаженство.

— Обнаженные? — тяжело дыша, спросил он.

У меня глаза чуть из орбит не вылезли, и я подняла голову и увидела его лицо, склонившееся надо мной, плечи, напряженные от усилия, которое не позволяет ему двигаться.

— Это...

— Самая сексуальная вещь на свете? Ммм, да, — зарычал он.

Мой ответ вылетел в окно, когда его губы прижались к обнаженной коже. К черту мою работу. Я ни за что не откажусь от этого.

— Меррик...

Он так быстро поднялся на коленях, что я испугалась, что он собирался остановиться. Затем он снял мои трусики через ноги и отбросил их в сторону. Его глаза были так близко, и я удивилась разочарованию, которое он, должно быть, чувствовал, не имея способности видеть, что он делал.

Я была совершенно неправа, потому что он выглядел более возбужденным, чем я чувствовала. Однако это о чем-то да говорит.

— Я должен тебя видеть, — сказал он, заикаясь.

Всего лишь на долю секунды я пришла в замешательство. Затем его руки скользнули к внутренней части моих ног, так медленно, опустившись за мои колени, чтобы поднять и развести их.

Я знала, что он имел в виду. Я едва могла перевести дух, просто подумав об этом.

От прохладного воздуха, коснувшегося моей горячей плоти, я задрожала, но дрожь быстро сменилась дрожью во всем теле. Как кто-то мог иметь такую власть одним лишь простым прикосновением?

Я начала тяжело дышать, когда он прикоснулся ко мне рукой, нажав как раз там, где мне и было нужно. Это длилось всего момент, затем его пальцы двигались вверх и вниз, туда-сюда. Находя каждый дюйм плоти, которую он не мог видеть. Видя меня по-своему.

Затем он запустил свои нежные пальцы в мою скользкую плоть, и мои бедра оторвались от кровати.

— Ты мокрая, детка.

— Аааах, — я с трудом ловила воздух.

Он не собирался сдаваться, доводя меня до крайности, прежде чем вернуть назад. Он кружил вокруг крошечного комочка нервов, снова и снова, пока я не была готова закричать. Он замедлил движения, но его пальцы не принесли мне облегчения. Если это вообще можно так назвать.

Я открыла глаза и увидела лишь, как его голова слегка опустилась, потом его горячие губы накрыли этот набухший бутон. Его пальцы скользнули внутрь меня, изогнувшись достаточно, чтобы заставить меня увидеть звезды. Я снова закрыла глаза, слишком возбужденная, чтобы на самом деле смотреть, мое тело дрожало от удовольствия. От его низкого, хриплого стона все во мне стало более приятным, вибрирующим, когда он с силой стал сосать.

— Боже. Ты даже на вкус как сахар, — прошептал он, не отрываясь от моей кожи, потом вынул палец, только чтобы добавить еще один.