Fallout: Equestria (ЛП) - "Kkat" - Страница 363

"Эээ. Како... Че-э... ч-что?" — командующий Тандершир запинался, не веря своим ушам. — "Во имя великих вождей, Айсбрейк, это же бунт! Одумайтесь! Всю же команду пересудят за предательство."

Ответа от командира Айсбрейк или другого Хищника не последовало. Я установила ещё две бомбы и двинулась к третьему боевому фургону.

По ангару заскользили тени. Я взглянула вверх и через окна в потолке увидела, как огромные энергомагические орудия на верхней палубе повернулись влево. Орудия же на днище всё ещё обстреливали город Дружбы.

"Хищник 'Слоистый', это Хищник 'Дождевой'!" — рявкнул командир. — "Вы захватите ваши цели и продолжите стрелять, либо мы откроем огонь по вам!"

Закончив с третьим фургоном, я бросилась к ближайшему стеллажу с бомбами, возводя их так быстро, как только могла. Бросив взгляд на Каламити и Дитзи Ду, я увидела, что один из офицеров Анклава преградил им путь и теперь пытался чего-то добиться от нашей немой гули.

— Она говорить не могёт, — объяснял Каламити, бурно жестикулируя. — Она повредила горло во время битвы. — Позади него Дитзи Ду кивала, подтверждая сказанное моим другом. — Я приглядываю за ней, так что ежли те чё нужно спросить у неё, спрашивай это у меня.

Офицер Анклава, молодой серый пегас с чёрной гривой и кьютимаркой в виде пера посмотрел на двух моих замаскированных друзей испытывающим взглядом.

— На "Дождевом" нету солдат с подобными травмами. — Он уставился на Каламити с подозрением. — И я не могу распознать вашу манеру речи. Напомните-ка мне, откуда вы.

Все пони в ангаре замерли, переводя вгляд наверх, как только "Дождевой" открыл огонь по второму кораблю.

Я вскарабкалась наверх, чтобы разместить самодельные взрывные устройства на втором и третьем стеллажах с бомбами. Я приближалась к тому месту, где офицер допрашивал моих друзей.

Каламити хлопал крыльями в раздражении.

— Послушайте... — ворчал он, — мы со "Слоистого". Там, похож, предательство назревало. Вот мы и свалили оттуда, пока не поздно...

— Что ж, это вам зачтётся, — сказал ему пегас, отрывая взгляд от окон наверху. — Но в сложившихся обстоятельствах, боюсь, я оказываюсь перед необходимостью поместить вас обоих под арест до окончания боя. — Молодой офицер огляделся в поисках солдат поблизости. — Степень вашей преданности будет определена трибуналом, как только мы снова окажемся за облаками.

— Вот чёрт, — прошипел Каламити, отступая на шаг назад и нанося офицеру удар жалом своего бронированного хвоста. Дитзи Ду попятилась, всем своим видом выдавая потрясение.

— Линяем! — закричал Каламити, когда разряды разноцветных молний засверкали по ангару — солдаты и защитные турели среагировали мгновенно. Я левитировала детонатор рядом с собой, бросая мешок со взрывчаткой у основания последнего стеллажа с бомбами, и рванула галопом.

Энергомагические лучи ударили по Дитзи Ду и Каламити, истончая защиту их силовой брони. Одно из попаданий расплавило пластину в броне Дитзи, и болезненный жёлто-зелёный свет её облученного гульего тела пробивался теперь наружу через дыру в чёрном панцире.

Я вышвырнула СтелсБак из моей ПипНоги, давая турелям и солдатам ещё одну цель.

Громовой раскат прорвался в ангар снаружи, когда выстрел одной из пушек "Дождевого" угодил во что-то жизненно важное на "Слоистом".

Каламити и Дитзи Ду выскочили из ангара с несколькими пегасами на хвосте.

Я уже достигла посадочной платформы, когда почувствовала, как жгучий разряд поразил мою Кантерлотскую полицейскую броню, прожигая в ней дыру. Я окутала себя магией, обнуляя свой вес, и прыгнула.

Под нами, извергая дым из зияющих в корпусе дыр, медленно падал с небес перекошенный Хищник "Слоистый". Несколько из расположенных на днище "Дождевого" пушек повернулись к разрушенному кораблю, когда он рухнул на мост Дружбы, и дали последний залп, разнося его в клочья.

Я активировала детонатор. Позади меня с драконьим рёвом из ангара "Дождевого" вырвались свет и жар, порождённые серией взрывов. Стена огня настигла меня, швыряя в бешеном вращении через всё небо и развеивая мою магию, когда стеллажи c бомбами превратились в апокалипсический вулкан, разрывающий пополам боевой корабль Анклава магическим огнём.

На этот раз меня поймала Дитзи Ду. На ней не было шлема, а броня зияла дырами. Светящийся гной сочился из многочисленных ран. Но она улыбалась, и один из её глаз смотрел прямо на меня, когда она издала скрипучий победный клич.

Моё сердце воспарило от её ликования. Но затем упало вновь, когда я взглянула на горящую статую Дружбы, тела убитых горожан и дым от сожжённого города, мрачно сочящийся из зияющих ран, нанесенных разрушительной магической энергией.

* * *

Мы почти добрались до Фетлока, когда Анклав схватил нас.

Был предрассветный час. Грозовые тучи над нами сердито грохотали, предвещая ужасную бурю.

Мы покинули остров Дружбы (чудом прихватив с собой ящик со всем нашим снаряжением), увлекая за собой столько уцелевших солдат Анклава, сколько могли. Большинство из них прекратило сражаться, как только рухнули их боевые корабли, но некоторые определённо были настроены продолжать "зачистку" и были заняты выжившими защитниками города.

С нашей помощью удалось уцелеть чуть больше четверти населения города Дружбы. Но Радара и шефа Лантерна не было среди выживших. Оба погибли, когда "Дождевой" уничтожил их снайперскую позицию. Каламити стал замкнутым и неразговорчивым, узнав эту новость.

Выжившие по-прежнему были заперты на острове. Хищник "Дождевой" уничтожил доки со всеми лодками, а падение "Слоистого" обрушило одну из секций моста. По возвращении в Стойло Двадцать Девять мы намеревались добиться помощи Рейнжеров Эпплджек. А ещё я надеялась, что нужды почти двух сотен несчастных пони сумеют вытащить Вельвет Ремеди из её раковины.

Но Дитзи Ду была ранена. Гораздо сильнее, чем старалась показать. И когда мы пролетали окраины Мэйнхэттена, она начала слабеть. Поэтому мы приземлились в развалинах здания, которое, если верить изображению столовых приборов, всё ещё различимому на сильно повреждённой полусгоревшей вывеске, когда-то было закусочной. (А возможно, исходя из подковообразного орнамента, бегущего по верху одной из уцелевших стен, обувным магазином).

Когда выяснилось, что руины пусты, Каламити, прихватив Гром Спитфайр, перелетел в развалины дома по соседству в поисках еды, Антирадина и прочего, что могло там найтись. Меня он оставил на краю руин, чтобы следить за улицей. Дитзи Ду, сбросив с себя покорёженную броню Анклава, игриво плескалась в светящейся луже радиоактивных отходов, пролившихся из задней части фургона с логотипом М.Т.Н.

Я не могла сдержать улыбку, глядя, как сверкающий гуль кувыркается в отходах, излечивая свои раны. Это не улучшало её общее состояние, но теперь, когда доктора города Дружбы научили её, как быстро очиститься, Дитзи Ду волновалась гораздо меньше.

Поймав мой взгляд, она встряхнулась, забрызгивая светящимися каплями весь фургон и развалины вокруг себя, и потрусила ко мне, закрывая глаза и концентрируясь, как делала раньше. Её тело полыхнуло излучением, отправив мордой прямо на разбитый асфальт улицы. Она тут же поднялась (её глаза опять разъехались в разные стороны) и захихикала над собственной неуклюжестью.

Поравнявшись со мной, она опустила свою доску, написав на ней: "У 'Абсолютно Всего' нет лодок. Нужно исправить".

— Не волнуйся, — уверила я её. — Мы сумеем вывезти этих пони в безопасное место.

Дитзи Ду счастливо кивнула и ударила по доске, закрутив её вокруг шеи на петле, после чего ловко поймала так, что та снова висела напротив её груди.

— Ни с места! — прорезал темноту усиленный бронёй голос. — Вы окружены.