Кузнец Рун. Отголоски прошлого (СИ) - Федяшин Роман - Страница 2

Собранный на рассвете карательный отряд, рванул в погоню. Первое, что бросилось им в глаза, это две изрядно потрепанные магическими ударами сторожевые крепости. Взяв добычу, на обратном пути степняки уже не таились. Или шаманы рейдеров были довольно могущественны, или их было просто много, но они с ходу обрушили на пограничные укрепления два локальных шторма с градом и молниями такой силы, что защитники даже носа не посмели высунуть из-за стен. И хотя следы уходившего отряда явно читались на земле, все усилия оказались тщетны. Конные кочевники увезли пленников и награбленное добро на поджидавших их одноосных повозках с большими колесами. Проскакав несколько лиг, они достигли редкого в степях, но местами встречающегося скопления камней, расположенного на приличной каменистой пустоши. Здесь следы прошедшего пару часов назад врага, терялись. Высланные на разведку всадники, покружив вдоль границы пустоши, вернулись ни с чем. Точнее они сообщили о двух десятках цепочек следов, расходящихся в разные стороны. Скривившись от досады, барон приказал поворачивать назад. Дальше углубиться в степь и кружить в поисках сбежавших врагов он не рискнул, здраво опасаясь оставленной засады. В умении скрываться в высокой траве и небольших ложбинках, уртакским кочевникам мастерски владеющих короткими луками, равных не было. Фора, которая у них была, позволила степнякам уйти фактически безнаказанными. Вернувшиеся ни с чем воины и ополченцы, скрипя зубами, проезжали через еще дымящиеся окраины иотводили взгляды от плачущих женщин и стариков, бессильно сжимающих кулаки. Чуть позже, по приказу барона на площади перед ратушей, сколотили виселицу, на которой вздернули несколько взятых в ночном бою степняков, большинство из которых были серьезно ранены. Но это было лишь каплей в море. Акто так и остался неотомщенным.

Дом Фелии Граво, тетушки Эзры, старшей сестры его отца сгорел дотла. Даже каменная кладка стен не выдержала жара и рухнула, оставив после себя, только груду бесформенных булыжников. Её муж тоже служил у барона, он погиб в ту же ночь, защищая родной город. Женщина перебралась в жилище своего младшего брата, чтобы поддержать его и присматривать за Эзрой. Своих детей у Фелии не было и нерастраченные материнские чувствадостались племяннику, а постигшие их горести сплотили их семью еще сильнее. Для того чтобы не умереть с голоду, Фелия и едва оправившийся после потери конечности Кранг Танн, отец Эзры, отдали мальчика в подмастерья к соседу каменщику. Тот уже имел одного ученика и поэтому не хотел поначалу брать второго, да еще столь юного. Для этого его пришлось подмаслить. Фелия принесла тому бутылку марочного вина и головку сыра, потратив большую часть своих скромных сбережений, которые удалось с большим трудом отыскать в руинах её дома. Распив бутылку с каменщиком, старший Танн убедил того в необходимости взять его сына на заработки и обучить премудростям своего ремесла. Основным аргументом, в пользу Эзры послужил огромный фронт работ по восстановлению городской стены и домов жителей города. Благодаря этому обстоятельству, к семнадцати годам Эзра имел немалый опыт работы, натруженные сильные покрытые мозолями руки, крепкую спину, широкие как у отца плечи, а также пытливый ум и неиссякаемый оптимизм. А еще, далеко идущие планы на будущее. Жениться, завести детей. Он даже начал присматривать себе невесту. Его смуглая кожа, пышные черные, несмотря на короткую прическу, слегка вьющиеся волосы в сочетании с глазами цвета сочной зеленой травы сводили многих фермерских дочек с ума. Их лукавые взгляды, будоражили кровь, заставляя краснеть от приходящих на ум мыслей. Но при этом, он даже мечтать боялся о том, о чем грезят все подростки княжества. Что в нем проснется магический Дар.

В столицу Эзра ехал впервые. Да и откуда у подмастерья каменщика могли быть время и средства на путешествия по княжеству. Если не будешь вкалывать как проклятый, то недолго и ноги с голоду протянуть. Хотя княжество Такон и процветало, принадлежность к низшему сословию давала о себе знать. Фелия была белошвейкой, но Акто был провинциальным городком, и особых заработков в нем было не найти. Старший Танн был хоть и опытным, но самым обыкновенным солдатом, не блиставшим особыми навыками. Полученное увечье закрыло перед ним большинство способов заработка. Барон, конечно же, выдал ему выходное пособие, но этим и ограничился. Поэтому, самой прибыльной работой для Кранга стал выпас коров и коз, принадлежащих окрестным фермерам. За пару медяков он вставал затемно и возвращался домой лишь под самый вечер. Полученное увечье не смогло сломить его волю. Он и раньше, делал все для благополучия сына, а теперь это и вовсе стало смыслом его жизни. И именно поэтому, он радовался выпавшему его чаду счастливому шансу на безбедное существование, даже больше самого Эзры, который напротив очень боялся оставлять отца-калеку и стареющую тетушку одних. Уезжая, он клятвенно обещал присылать им денег из своей стипендии и регулярно писать им письма.

Всю дорогу от Акто, два мага, которые сопровождали его и младшего сына барона Фикта - Акселя, в основном общались между собой, лишь изредка задавая будущим студентам вопросы. Шесть гвардейцев гарцевавших верхом на гнедых конях, изредка перебрасывались с ними парой фраз. А вознице и вовсе было не до них. Обедали они чаще всего на природе. Всего дважды за всю дорогу, им удалось пообедать в тавернах. А вот на ночь путешественники всегда останавливались в придорожных гостиницах, где их сытно кормили горячим ужином и предоставляли лучшие апартаменты. По утру их ждал сытный завтрак. После чего, один из гвардейцев закупал немного снеди и легкого вина в дорогу. Присутствие магов, заставляло хозяев гостиниц и прислугу из кожи вон лезть, лишь бы угодить им. Эзру такое отношение с одной стороны радовало, а вот с другой... Глядя на лебезящих людей, смотря в их заискивающие глаза, он не испытывал ничего, кроме брезгливости. Его спутники же, воспринимали поведение окружающих как должное. Аксель Фикт, еще в начале пути окинув оценивающим взглядом единственного, исключая магов попутчика, явно принадлежащего к бедному сословию, обмолвился с ним за первые три дня, едва ли парой слов. С солдатами князя, он общался куда более охотно. Но это удавалось сделать только на остановках. Поэтому, почти всю дорогу, Фикт читал какой-то скабрезный роман, а Танн развлекал себя разглядыванием пейзажей, проплывающих за окном их экипажа. Юный барон довольно долго ругался, когда ему велели оставить своего скакуна в родовом замке, но маги были непреклонны, и ему пришлось смириться. Еще Акселя чрезвычайно бесило, что также маги категорически запретили брать с собой в столицу слугу. А попытка возложить эти обязанности на Эзру, была на корню пресечена магистром Довеном, старшим из магов. Вдобавок после этого, оба юноши вынуждены были выслушать получасовую лекцию об иерархии в среде магов. Если вкратце то, по словам магистра, отныне они являлись лишь учениками первого курса. Что ставило их на одну ступень. Маг должен быть абсолютно самостоятелен во всем. Тем более студент. А нанять ассистента, маг мог только после получения диплома об окончании университета. Дослушав магистра, Аксель долго сквернословил себе под нос, не желая мириться с таким положением вещей. Видя, как он дуется словно мышь на крупу, Тален - второй маг, с легкой улыбкой поведал барону, об одной хитрости. Многим родовитым студентам, особенно девушкам, тоже было сложно менять свой жизненный уклад. И они все же привозили в столицу свою прислугу. На территорию университета слуг все равно не пускали, но ведь университет не тюрьма. Никто не запрещал снимать отдельные апартаменты в самом городе. Правда в университете был установлен строгий распорядок дня, и ночевать студентам приходилось все же в студенческом городке. Даже тем, кто был из числа коренных жителей столицы. В противном случае их ожидало наказание в виде дежурств в многочисленных аудиториях университета. По словам Талена, те, кто умудрялся попасться на нарушении распорядока дважды, получали задание произвести уборку в алхимических лабораториях, после чего они становились самыми ярыми блюстителями свода правил Университета. После рассказа мага, настроение Акселя значительно улучшилось. Он в этот же день написал письмо отцу, с просьбой отправить его слугу Партиса в столицу, снабдив его деньгами и подробными инструкциями. Письмо он отправил тем же вечером, передав хозяину придорожной гостиницы, вместе с серебряной рути. Так, сказать для ускорения процесса. Это, никоим образом не повлияло на его отношение к Эзре. Барон большей частью его по-прежнему игнорировал. Впрочем, самого Эзру поведение Фикта трогало еще меньше.