Доминат (СИ) - Фао Александр Александрович - Страница 47

   - Это рубахи Кирна. Он у нас местный охотник, поэтому может себе позволить хорошо одеваться. Ты не смотри, что одежка потрепанная, зато чистая и без клопов. - приговаривала женщина, натягивая на парня третью рубаху-распашонку - Ты денег то ещё дай, а то он мне оставшиеся зубы выбьет, если увидит, что вещей его нет.

   - Еще никто не продавал мне столько крестьянского потертого белья разом... - пробубнил в ответ Хитрово.

   Поменяв портянки, надев, как капуста, несколько слоев рубах и штанов, путник распрощался с заботливой женщиной и немедля выдвинулся в путь.

   Уже через несколько часов пути падающий с неба снег с дождем сменился простым ливнем. От деревни, что он недавно покинул, не уходила к другим населенным пунктам ни одной дороги или тропинки. Их попросту не было. Ушлая старушка задала напоследок направление, смело махнув рукой на восток.

   "Туды до конца пока не упрешься в Светлый океан. - пояснила на прощанье направление своей руки женщина - А там не заблудишься. На север по пляжу до первых рыбацких холуп".

   Его путь на восток пролегал через мрачные леса и нетронутые плугом небольшие луга, что неожиданно обрывали бесконечные лесные чащи. Нетронутые луга и отсутствие обрабатывающих землю крестьян являлось отличительной особенностью Юрона. Второе, что бросилось в глаза Хитрово это малонаселенность молодой страны. Если в Доминате через каждые несколько километров можно было натолкнуться если не на полноценную деревню, то на парочку одиноко стоящих домов. Здесь же ситуация была иной. Путешественник мог ехать часами и не повстречать на своем пути ни души.

   Старуха очень смело отмеряла расстояние до своих родственников, сказав, что ехать недалеко. Только к обеду следующего дня, замерший и усталый путник выехал на своем верном коне к Светлому океану, омывающем длинное побережье Империи Юрон.

   Невероятная громадина волн завораживала Квинта. Юноша впервые столкнулся с подобной природной стихией, с наслаждением вдыхая потрясающий запах морского воздуха. Ему нравилась бурлящая у берега вода, накатывающая высокими волнами на тонкий, припорошенный снегом, песчаный берег.

   За последние два дня морозы стали крепчать, держась уже до середины дня. Больше всего Хитрово хотел освободиться от лишних слоев одежды. Если раньше его нательное белье было влажным от постоянных дождей, то теперь к этому добавилась покрывавшая тело испарина. Ему остро не хватало ощущение сухости и теплоты.

   Начавшийся позавчера ливень не прекращался, только сменялся с утренним похолоданием настоящим снегопадом. Изменились и тучи. Они стали более плотными и еще более черными. Разыгравшаяся прошлой ночью гроза не дала Квинту спокойно уснуть, разразив пасмурное небо тысячами молний. Пока Хитрово пытался уснуть под ужасные раскаты грома и ослепительные разряды молний, напугавшаяся ненастья лошадь оборвала держащую её веревку и убежала в лес. Заметив в полудреме пропажу, проснувшийся парень был вынужден почти целый час бегать по ночному лесу, освещаемому лишь яркими небесными вспышками, в попытках поймать и успокоить своего коня.

   Постояв недолго на берегу океана Квинт забрал на север и направил своего коня вдоль кромки воды. Легкий, черный снег продолжал медленно падать на одинокого путника и его верную лошадь. Шум волн сбивал с мыслей и очень сильно отвлекал. Парень представлял, как тут красиво летом. Он мечтал о том, как скинув с себя ворох одежды, окунется в прогретую солнцем воду, смыв с себя пыль и пот, полностью очистившись как духовно, так и физически.

   Наблюдая за океаном и мечтая о солнечном отдыхе, Квинт не заметил, как его путешествие закончилось. Конь привел его к небольшой, покоившейся оградке, за которой находилось несколько жалких рыбачьих лачуг. Возле двух хибар были развешаны рыбацкие сети, а на берегу стояли два потемневших от вечной сырости баркаса.

   "Если это весь Приморский, то я просто пропал. - подумал Хитрово - В этой жопе я жить не буду".

   - Эй! Есть, кто живой? - закричал Квинт, подъехав к ближайшей лачуге.

   Из несуразного, кривого домика, вышел странный скрюченный человек. Его лицо было одним сплошным ожогом, а одет он был в какую-то немытую хламиду. Своими ужимками он всячески показывал, как ему холодно на улице. Он был явно недоволен, что ему пришлось покинуть свой теплый дом.

   - Чего орешь то? Чего тебе надо? - спросил местный житель.

   - Это Приморский?

   Обожжённый рыбак снисходительно посмотрел на Хитрово и проигнорировал вопрос юноши. Смачно сплюнув перед собой, он развернулся и пошел обратно в лачугу. Квинт понял, что никто с ним разговаривать не собирается, закричал ему в след:

   - Я твой новый барон! Это вся деревня или есть ещё дома?

   Парню удалось привлечь внимание простолюдина. Тот остановился на середине пути и обернувшись к Хитрово сказал:

   - Слышь! Тут таких баронов как ты только в эту зиму пять было. Каждый мелкий торгаш титул себе покупает. А мы тут как жили в дерьме, так и живем.

   - До остальных мне дела нет. Сколько всего человек тут живет? Где другие дома?

   - А ты чего меня расспрашиваешь? Может ты жулик какой или проходимец? Как я узнаю, что ты наш барон?

   - Подойди сюда.

   Квинт достал из походной сумки верительную грамоту и раскрыв её представил перед подошедшим рыбаком. Его глаза судорожно забегали по листу, не останавливаясь подолгу на одной строчке. Так ведут себя не обученные грамоте люди, когда видят перед собой сплошной массив текста. Рыбак не умел читать, но хотел убедиться в законности слов странного всадника. После непродолжительного ознакомления с письменами, рыбак кивнул думая о чем-то своем и уже с более покладистым тоном удосужился, наконец, ответить на вопросы Квинта.

   - Тут только моя да сына семья живет. Нас десять ртов. Вон видишь тропинку, что с берега на поляну выводит? А-а-а проклятая... занесло всё грязью этой снежной. Она есть вот тут, и ведет в деревню. Только заброшена наполовину она. Живут там человек сорок, и жрут они походу только мою рыбу.

   - Меня зовут Квинт Хитрово, теперь я тут хозяин. Проводи меня к старшему в поселке, мне с ним нужно много обсудить. - сказал рыбаку Квинт.

   - Я Виталь Кироторикс. Только господин барон, старшего то у нас и нет. Я даже и не знаю, как ещё по бумажкам Вашим умным наша деревня проходит. Говорю же, что почти заброшена она.

   - А как вы без старших то живете? Кто за сбор урожая отвечает? Как его собираете? - спросил Квинт.

   - Тут все бедно живут, не дружно и нескладно. Жизнь в этих краях суровая, тут не черта не растет, торгаши не шастают. Денег нет, как и работы какой, даже скотину почти никто не держит.

   - Бери сына своего и пошли вместе в деревню. Будем знакомиться с её обитателями. - устало произнес Квинт.

   - Ещё чего, никуда я не пойду. У меня нет желания по морозу с каким-то щенком шарахаться. Тебе надо сам и иди. - ответил рыбак.

   Квинт стерпел слова своего холопа. Ведь он зависел от него больше, чем могло показаться на первый взгляд. Пока у него нет никакого авторитета перед этими людьми, и каждый его неверный шаг может быть неверно воспринят жителями деревни. Только это останавливало юношу от незамедлительного наказания говорливого рыбака.

   - Я заплачу тебе десять серебряных в качестве щедрого подарка ко дню знакомства с новым бароном. - дипломатично ответил Квинт.

   Всадник и двое рыбаков дошли по снежному насту до деревни минут за пять. По указке Хитрово рыбаки подходили к старым, неухоженным домам и зазывали оставшихся в поселке жильцов выйти на ближайшую поляну для проведения общего схода.

   В ожидании сбора своих подданных новоиспеченный барон объехал все свои деревянные владения. Ситуация была не просто критической, а катастрофой. Деревня вымирала. Половина жителей, это беспомощные, доживавшие свои последние дни старики. Из сорока домов, которых насчитал Квинт, больше половины были заброшены. Оставшиеся же, казалось, никогда не знали хозяйской руки. Съехавшие крыши хибар, кривые стены, забитые окна, завалившиеся дымоходы печек. Все дома были разбросаны хаотично, улиц не было. Больше всего его деревня походила на подземные трущобы Небограда.