Тысяча Имен - Векслер Джанго - Страница 16

— Так точно, сэр! — гаркнул капрал. — Добро пожаловать, сэр!

— А вы, значит…

Юноша буквально трепетал от гордости.

— Старший капрал Роберт Форестер, сэр! А это капрал Джеймс Фолсом и капрал Дрейк Графф, сэр. Добро пожаловать в седьмую роту, сэр!

— Ты это уже говорил, — сказала Винтер. — Тем не менее спасибо.

Капрал слегка поник.

— Есть, сэр, — пробормотал он, но тут же просиял. — Желаете проследовать в свою палатку, сэр, или хотите сразу же провести инспекцию личного состава?

— Инспекции, я полагаю, дело лейтенанта, — отозвалась Винтер. — У нас же есть лейтенант?

— Так точно, сэр! Лейтенант Антон Д’Врие, сэр! Я так понимаю, он сейчас с другими офицерами, сэр!

— Что ж, вот он и займется инспектированием. — Винтер глянула на двух других капралов, которые явно испытывали некоторую неловкость от безудержного пыла своего товарища. — Просто проводи меня в палатку, ладно?

— Есть, сэр!

Капрал развернулся кругом, да так четко, что у Винтер от одного этого зрелища заныли суставы, и зашагал к ряду палаток. Винтер и два других капрала последовали за ним.

— Капрал Форестер!

— Да, сэр?

— Можешь немного расслабиться, если тебе так будет удобнее.

— Слушаюсь, сэр! — Юнец оглянулся на нее через плечо и сверкнул улыбкой. — В таком случае, сэр, можете звать меня просто Бобби. Меня все так зовут.

Они подошли к палатке, такой же новехонькой, как и прочие. Через откинутый полог можно было увидеть все, что находилось внутри. Низкий, высотой лишь до коленей, складной стол, армейский вещевой мешок и койка — одна–единственная, с радостью отметила Винтер. Когда полк стоял в Эш–Катарионе, она обеспечила себе отдельное жилье, купив палатку на собственные деньги. После отступления ей приходилось делить палатку с двумя солдатами из роты Дэвиса — обстоятельство, которое их явно не радовало, а ей причиняло немало хлопот. Винтер опасалась, что нечто подобное ждет ее и в новой роте, но, очевидно, сержанту полагалась отдельная палатка. Наверное, быть начальством все–таки не так уж и плохо.

В сопровождении трех капралов Винтер вошла в палатку. Ей и Бобби пришлось разве что слегка наклонить голову, зато капрал Фолсом, рослый широкоплечий здоровяк со светлыми волосами и висячими усами, вынужден был на пороге едва ли не сложиться вдвое, а оказавшись внутри, сразу присел на корточки, чтобы не задевать головой брезентовый потолок. Винтер опустилась на постельную скатку и сделала долгий выдох. Снова наступило неловкое молчание.

— Сержант, хотите, я пошлю кого–нибудь за вашими вещами? — предложил Бобби.

— Э… нет, — отозвалась Винтер. — На самом деле у меня никаких вещей и нет. Пришлось все бросить во время отступления. Правду говоря, было бы здорово, если бы ты мог послать кого–нибудь на склад. Мне понадобятся запасные рубашки, штаны… — она сделала паузу и оглядела себя, — да практически все.

Бобби снова вытянулся по стойке «смирно» — еще сильней прежнего, если такое было возможно.

— Есть, сэр! Займусь этим немедленно, сэр!

— И еще иголку с нитками, — добавила Винтер. Она в совершенстве овладела искусством незаметно перешивать одежду, чтобы скрыть свои подлинные формы, — впрочем, ей и скрывать особенно было нечего.

Бобби старательно отдал честь и вылетел из палатки так стремительно, словно от его скорости зависела собственная жизнь. Воцарилось неловкое молчание. Винтер обвела взглядом оставшихся капралов.

— Капрал… Графф, верно? — проговорила она.

— Так точно, сэр, — откликнулся тот. — Я должен извиниться за Бобби, сэр. Он хороший парнишка, но… чересчур ретив, понимаете? Думаю, это пройдет.

— И я так думаю, — сказала Винтер. — Кроме вас троих, других капралов в роте нет?

— Точно так, сэр. Должно было быть еще трое, но в роте не нашлось больше никого, кто соответствовал бы требованиям.

— Каким требованиям?

— Уметь читать и писать, сэр. И пройти экзамен, как полагается по уставу. Бобби вызвался сам, я уже был капралом, ну а Джима мы уговорили. — Капрал пожал плечами. — Может, теперь, когда нас отправили в действующую армию, лейтенант подберет на эту должность еще кого–нибудь.

Винтер кивнула:

— А что ты можешь сказать о лейтенанте?

— Ровным счетом ничего, сэр, — ответил Графф. — Я его в глаза не видел.

— Но…

— Его назначили перед самым отплытием, — пояснил капрал. — В пути офицеры, само собой, плыли на отдельном корабле. И он к нам до сих пор не заглядывал.

— Понятно, — сказала Винтер. — А сколько у нас всего людей?

В глазах Граффа мелькнула тревога.

— Сто двадцать человек, сэр, — проговорил он медленно и внятно, словно втолковывал азбучную истину слабоумному дурачку. — Ровно столько, сколько должно быть в роте.

Винтер подумала, не сказать ли ему, что ни в одной из старых рот Колониального полка не наберется больше восьмидесяти человек, а в некоторых и того меньше, — но решила, что не стоит. Вместо этого она обратилась к третьему капралу, который до сих пор не произнес ни слова:

— Капрал Фолсом, верно?

Здоровяк кивнул.

— Давно в армии?

Он помотал головой. Столкнувшись с таким непрошибаемым молчанием, Винтер оглянулась на Граффа в поисках поддержки. Тот пожал плечами.

— Джим не любитель болтать, — сказал он.

— Заметно.

Вернулся Бобби, нырнув под откинутый полог, держа под мышкой пухлую кожаную папку. Тут же вытянулся по стойке «смирно» и отдал честь, а затем вручил папку Винтер — с таким видом, точно это были священные дары. Винтер непонимающе воззрилась на него.

— Ежедневные донесения, сэр, — пояснил капрал. — Списки больных, состояние имущества роты, нарушения дисциплины. Я составлял их с тех пор, как мы покинули сборный пункт.

— Ясно. — Винтер приняла папку и постаралась изобразить улыбку. — Я обязательно их все просмотрю.

— Так точно, сэр! А когда подпишете, сэр, я передам их лейтенанту!

— Я должен все это подписать? Почему?

— Ежедневные донесения, сэр, вступают в силу только после подписи старшего сержанта. А вот счета, сэр. Их нужно будет просмотреть и сверить с донесениями.

— А ты разве не можешь заодно делать и это?

У Бобби глаза полезли на лоб.

— Сэр, капралам запрещено просматривать счета!

Винтер окинула папку таким взглядом, словно это была новая и чрезвычайно ядовитая разновидность скорпиона. В Колониальном полку, насколько она знала, не слишком утруждали себя возней с бумажными счетами. Говоря начистоту, вообще не утруждали, учитывая все обстоятельства, вечную нехватку довольствия и задолженности по жалованию — настолько внушительные, что в полку шутили: кабы с этих сумм можно было получать проценты, они все уже стали бы богаче короля. Что ж, похоже, отныне дела пойдут по–другому. Винтер позволила себе минутку тайного злорадства, представив, как Дэвис, неловко зажав в толстых пальцах карандаш, пыхтит над хитросплетениями счетной книги.

— Хорошо, — сказала она вслух. — Я этим займусь.

— Спасибо, сэр! И да, сэр, я передал ваш запрос интенданту!

— Отлично.

Все трое уставились на Винтер. Винтер уставилась на них. Спустя минуту Графф осторожно прокашлялся.

— Сэр, от нас сейчас еще что–нибудь нужно?

— Что? — Винтер покачала головой. — Ах да. Нет, капрал… капралы, на этом все. Благодарю вас. — Она помолчала, смутно чувствуя, что от нее ждут какого–то добавления. — Надеюсь, мы сработаемся.

Бобби вновь отдал честь, исполнительно трепеща всем телом, Графф кивнул, а Фолсом не сказал ничего.