Уничтожить королевство - Кристо Александра - Страница 30

Только Кай знает правду, и это единственный благоприятный аспект его родства с дипломатом, который нам удалось найти. Его отец специализируется как раз на королевских тайнах — точнее на том, как накопать побольше грязи на мировых лидеров, дабы потом поудачнее ее использовать. И Кай, который обычно во всем противоречит своей высококлассной родословной, эту черту перенял. Только ее он от отца и унаследовал.

— Точно пойдешь один? — спросил Кай по дороге к «Счастливому случаю».

Я оглянулся проверить, стоит ли еще Лира посреди рыночной площади, но вокруг царила такая суета, мы шли слишком быстро, да и она умеет ускользать, так что легко растворилась в толпе.

— Мне нужно, чтобы королева Галина мне доверяла. И твое присутствие там не поможет.

— Почему?

— Потому что дипломатам никто не доверяет.

Кай кивнул, будто так и есть, и сунул руки в карманы.

— И все же неплохо бы тебе иметь подкрепление на случай, если Галина не оценит твои попытки манипулировать ее королевством.

— Твоя вера в меня умиляет.

— Твое обаяние неоспоримо, но ты правда думаешь, что она согласится?

— Ты каждым словом оспариваешь мое обаяние. — Я толкнул его плечом. — В любом случае стоит рискнуть. Если есть хоть малейший шанс, что Галина поможет мне избежать брачного союза с женщиной, способной убить меня во сне, я его не упущу.

— Говоришь так, будто Галина не способна убить тебя, когда ты не спишь.

Тоже верно. Кай вообще умеет выдавать разумные мысли, особенно когда дело касается опасных женщин. И все же я оставил его с остальными, ибо, как бы ни нуждался я в подкреплении, Галина никогда не пустит пирата во дворец.

Я на всякий случай проверяю, все ли пуговицы застегнуты — некоторых оплошностей здесь не потерпят, — и немного расправляю плечи. Рукой расчесываю волосы. Я уже скучаю по шляпе, сапогам и прочему, что делает меня частью «Саад», даже когда она пришвартована.

Но Галина действительно ненавидит пиратов.

Она доверяет больше, когда на мне образ золотого принца, а не морского капитана. И хотя я многого в ней не понимаю, но не это. Я и сам едва ли себе доверяю, когда надеваю шляпу.

— Она ожидает вас.

Из тени шагает стражник, с головы до ног прикрытый алыми доспехами, что скрывают каждый кусочек кожи. Глаза его бесцельно дрейфуют средь красного моря ткани. И так здесь выглядит почти каждый стражник и слуга. Ни единого шанса прикоснуться напрямую.

Я осторожно его оглядываю.

— Я тебя ждал. Дверь кажется слишком тяжелой, чтобы открыть ее в одиночку.

Трудно сказать, улыбается он или злобно скалится, но точно не моргает. Секунду поизучав меня, стражник шагает вперед и прикладывает руку к двери.

Комната отличается — не только от остальной части дворца, но и от того, какой была в прошлый мой визит. Мраморные стены превратились в древесный уголь с толстым слоем застывшей золы и запахом гари. Где-то на недосягаемой высоте виднеется потолок, рифленый огромными деревянными балками, а цвета теперь нет нигде, кроме пола — алого, отполированного до блеска.

В дальнем углу на троне в форме кровоточащего сердца с улыбкой восседает королева Эйдиллиона.

— Здравствуй, Элиан.

Стражник закрывает дверь, и Галина манит меня поближе. Ее черные волосы тугими кольцами спускаются по спине и до самого пола, устланного лепестками роз, что облетают с королевы точно маленькие перышки. Атласное платье, укрывшее ее от самого подбородка до кончиков пальцев, прекрасно гармонирует с темно-коричневой кожей.

Королева протягивает мне руку, раскидывая пальцы словно паутину.

Я мгновение ее разглядываю, а затем поднимаю бровь, ибо уж она-то должна понимать. Или хотя бы сознавать, что я понимаю.

Легенда об Эйдиллионе гласит, что любой, прикоснувшийся к члену королевской семьи, мгновенно найдет свою вторую половинку. Тайна Эйдиллиона, в которую посвящены лишь правители ста королевств — и, очевидно, семья Кая, — в том, что все немного иначе. По женской линии здесь действительно передается дар, но он не помогает мужчинам обрести любовь, а полностью лишает их воли. Охваченные неодолимой похотью и преданностью, они становятся безмозглыми марионетками.

Я опускаюсь на бархатную кушетку напротив трона, Галина с улыбкой опускает руку и, откинувшись назад, вытягивает ноги на плитку.

— Раз ты явился с визитом, значит, чего-то хочешь.

— Насладиться вашим обществом.

Она смеется:

— Ни одного из нас не назовешь приятной компанией.

— Насладиться вашим обществом и предложить взаимовыгодную сделку.

Галина выпрямляется:

— Тебе нужна сделка или одолжение? Я предпочитаю второе. Особенно когда в долгу у меня оказываются принцы.

Перед глазами предстает лицо Сакуры, и вспоминается заключенная с ней сделка. Мое королевство в обмен на победу над сиреньей чумой.

— У меня достаточно долгов перед королевскими особами, — говорю я.

— Вредина, — поддразнивает Галина. — Я же не попрошу много. Один или два клочка земли. Ну и, может, поцелуй.

Обычно я куда дольше развлекаюсь этой игрой в кошки-мышки. Позволяю королеве забавляться завуалированными угрозами, словно она и правда когда-нибудь осмелится превратить меня в одну из своих кукол. Обычно мы притворяемся. Будто я боюсь ее прикосновения, будто Галине хватит храбрости хотя бы задуматься об этом. Но истина в том, что при всех своих недостатках — а я насчитал их великое множество — она не особо рада этому дару. Из-за него даже король отвернулся от Галины, устав защищать ее секрет ради брака, не предполагающего никакой близости.

Королева не держала супруга за руку, не стояла подле него, чтобы кожа касалась кожи, и не делила с ним постель ни в первую брачную ночь, ни в любую из последующих. Они спали в разных концах дворца, каждый в своем крыле с собственными слугами, и трапезничали в том же духе: на противоположных концах стола, такого большого, что вместил бы человек двадцать. Вообще-то, нам таких подробностей знать не положено, но, выпив, король становится излишне словоохотлив.

В отличие от своих предшественниц, Галина не стала заставлять любимого создавать наследников. Она не хотела, чтобы муж медленно терял рассудок от привязанности к ней, и потому вместо этого он медленно терял рассудок от жадности. Он жаждал большего, чем королева могла предложить, жаждал ее королевства, что привело к перевороту столь кровавому, что большинству войн и не снилось.

После предательства супруга Галина, кажется, выбрала жизнь еще более уединенную. «Второго мужа не будет, — объявила она другим правящим семьям. — Я не желаю снова быть преданной или передать свое проклятие детям». И взамен она взяла воспитанников из Орфаны[17], ставшей приютом для всех нежеланных детей в мире.

Прерванная династия никого не обрадовала, но из-за решения королевы править в одиночку страдает Эйдиллион. Теперь, когда Кардия получила власть, Галине нужен рядом кто-нибудь, кто будет делать все, чего она сама не может из-за проклятья. Например, поддерживать связи с людьми и дарить тепло, которое она так боится выпустить на волю. А мне нужен тот, кто спасет меня от сделки с Сакурой.

Я шагаю к трону и протягиваю королеве кусок пергамента.

Сейчас я слишком взволнован для игр. Нежелание Галины повторно вступать в брак говорит мне все, что нужно знать, и по счастливой случайности оно же может стать интересным решением одной из моих многочисленных проблем. Удача редко оказывает мне подобные услуги.

Галина берет пергамент и читает, сначала растерянно хмурясь, а затем с заинтригованной улыбкой. Именно на такую реакцию я надеялся.

— Принц Элиан, — говорит она. — Где ты достал это?

Я подхожу еще ближе, насколько могу, не рискуя рассудком.

— Там, где вы сможете получить все, о чем когда-либо мечтали.

Дела идут на лад. Хотя все до сих пор очень запутано, я уже близок к тому, чтобы все уладить. И пусть Галина играла скромницу, но глаза ее пылали неоспоримой жаждой, что подарило мне надежду.