Мертвые Ив (ЛП) - Годвин Пэм - Страница 58

— Тли и нимфы кормятся друг от друга?

— Это нечастое явление, но это случается. Результат — смерть обоих. Их кровь ядовита друг для друга, как и вещества, которые они впрыскивают друг другу при кормлении.

Жаль, мы не могли просто запереть их всех вместе и позволить им убить друг друга. Вот только я не желала такого конца для нимфы, обнаруженной мною в хижине. Если она никогда не будет кормиться от человека, то никогда и не станет тлей. Но как нимфа всего этого избежала? Ее уединенное жилище задержало превращение? Я ведь была там. Она могла на меня напасть. Но тогда мне показалось, что ее больше интересовала защита собственных мертвых детей.

— Как ты думаешь, только лишь сила воли может удержать нимфу от нападения на человека? — спросила я.

— Не знаю. Все, что мы знаем, что нимфы крайне редки. Дрон посылал своих вестников-разведчиков во все уголки планеты на их поиски. А также — на поиски женщин, — он изучал мое лицо. — Ты — единственная женщина, которую он нашел. Твой анализ крови подтверждает высокий уровень тестостерона в организме, который связан с твоим иммунитетом.

Я стиснула прутья решетки возле его лица.

— Мой анализ крови?

Доктор не ответил мне и продолжил:

— Твоя агрессивность — один из симптомов высокого содержания тестостерона. Как и сила твоих мышц. Я полагаю, ты также испытываешь настойчивое половое влечение?

— Какой анализ крови?

— Я взял твою кровь в самолете, когда переодевал тебя.

Напряжение изнуряло мое тело.

— Что еще ты обнаружил?

— Я все еще провожу анализы.

Его монотонный голос царапал мою кожу.

— Что ты и твои садистские братья от меня хотите?

— Изучить тебя.

— Какова ваша квалификация, доктор Нили?

— У меня есть степень по медицине, и моя специализация — молекулярная биология и генетика. Дрон — биохимик. Мы хотим изучить, почему ты выжила и какого рода связь обрела с тлей.

— Так я — лабораторная крыса? Чтобы помочь вам понять, как лучше контролировать свою армию мутантов? — спросила я, начиная злиться.

— Как ты получила шрам? — перебил он меня, его взгляд опустился к моей груди.

Одна моя рука взлетела к шее, прикрытой одеянием. А другая — метнулась сквозь прутья решетки к его челюсти. Но его тело отклонилось назад. Мой кулак ударил воздух.

Доктор отступил назад. Позади него распахнулась дверь.

— Почему она не одета подобающе? — крикнул Дрон через всю комнату.

— Она отказалась, — прозвучал бесстрастный ответ доктора.

— Она отказалась? Ей не дозволено отказываться. Ты заверил меня, что можешь с этим справиться, Мичио. Если ты не способен выполнить даже простейшее задание…

— Со мной не надо справляться, — резко возразила я. — И я решаю, что мне носить.

Дрон неспешно подошел к воротам.

— Открывай, — скомандовал он.

Доктор набрал комбинацию на замке и открыл ворота.

Медный кастет-кинжал появился в кулаке Дрона. Он протянул его Имаго, стоявшему позади него, и вплыл в клетку; соболиный плащ хлопнул по решетке. Солнечный свет, казалось, изогнулся и скользнул в сторону, чтобы угодить его темной ауре. Ворота за ним захлопнулись.

Я приняла устойчивую позицию и посмотрела ему в глаза, хотя каждая мышца в моем теле кричала атаковать.

Дрон указал пальцем на хиджаб и приказал:

— Ты покроешься! Сейчас же!

Адские крылья и капающая с огромных резцов слюна из моих кошмаров были лишь плодом моего воображения. Но я подумала, что его человеческая природа вызывала такой же страх. Его обволакивал зловещий покров, поднявший волоски на моих руках.

Я подняла подбородок выше и отрицательно покачала головой.

Тогда моя спина врезалась в стену. Ногти Дрона вонзились в мою шею, когда он поднял меня и стал удерживать мое лицо на одном уровне со своим. Пока я хватала ртом воздух, я вытягивала пальцы на ногах, пытаясь коснуться ими пола.

Затем холодные губы коснулись моего лица.

— Всего лишь одно движение пальцев, Эвелина, и я выжму твой последний вдох из твоих легких.

Боль обжигала мое горло. Я пыталась бить его ногами, пока он не прижал нижнюю часть моего тела своим. Мои легкие уже с трудом втягивали воздух. Я раскрыла рот, но его кулак пресек мою попытку что-либо сказать. После чего Дрон склонил голову и сместил свою хватку с трахеи на затылок. Я с жадностью вдохнула, наполнила свои легкие воздухом и сквозь жжение прошептала:

— Ладно…

Его зубы вонзились в мою шею.

Глава 27

Возвышение

Огонь хлестнул по моему горлу, а страх прогнал мурашки по моей коже вдоль позвоночника. Руки и зубы Дрона удерживали меня у стены.

Внезапно лицо доктора заполнило мой обзор, его глаза были темными и непроницаемыми.

— Отпусти ее, — сказал он низким голосом. — И не глотай. Нам неизвестно, как ее кровь может повлиять на тебя.

Рычание Дрона вибрацией отдалось в моем горле. Он отпустил мою шею — его улыбка была полна окровавленных зубов — и сморщился, чтобы сплюнуть солидную порцию крови к моим ногам.

Я быстро поднесла руку к ране и накрыла ладонью болезненный укус. Он укусил меня из-за собственного безумия или пытался поглотить нечто из моей крови? Как мне не дать им использовать Рорка в качестве рычага давления? Страх неизвестности собрался в моем животе. Я попыталась уничтожить его фантазиями о голове Дрона, выгнутой под неестественным углом, об его позвоночнике, проткнувшем накрахмаленный воротник его рубашки. Я представила, как его омертвевшие глаза пожелтели, а язык плавает во рту, полном рвоты…

— Ты покроешься. Если нет, твой священник покроется кровью.

Я застыла. Мой кошмар воплотился в точности, вплоть до локонов черных волос, соболиного плаща, даже, мурлыканья его акцента.

Это подняло тревожащий вопрос, как я сумела предвидеть его в своих видениях. Еще сильнее меня беспокоили слова, которые он произносил в этих снах. «Вместе мы заселим мир детьми Аллаха».

Тошнота поселилась во мне, наряду с поднимающимся кровяным давлением, и приправила мой ответ едкостью. Или глупостью.

— Ладно. Я скрою свое тело, чтобы не дать твоему члену салютовать от желания. Так станет тяжелее меня обрюхатить. И под тяжестью я не имею в виду твердость, — я указала взглядом на ширинку его черных брюк.

Все в комнате замерло, словно колеблясь на краю смерти, и как будто даже воздух боялся пошевелиться. Рука Имаго с сигарой остановилась на полпути к его рту. Рядом со мной доктор нервно переступил с ноги на ногу.

Чернота зрачков Дрона поглотила его глаза. Его грудь раздулась от притока воздуха, а лицо превратилось в камень.

— Что тебе известно о моих планах?

Ни за что я не выдала бы свое предвидение, чем бы оно ни было. Так что я пожала плечами и сказала:

— И слепой заметил бы твое нарциссическое подражание Гитлеру.

Тыльная сторона его ладони ударила по моим губам. «Ох, бл*дь. Это было очень умно с моей стороны». Я осталась стоять с вытянутыми по бокам руками и сохраняла невозмутимое лицо, отказываясь выдавать боль, сотрясающую мои губы и челюсть.

— Ты внемлешь прекрасным словам Суры 33:59, — чернота его глаз, такая насыщенная и бесконечная, захватывала меня и удерживала своей силой. — «Скажите своим женам, своим дочерям и женам верующих, что они должны удлинить свои наружные одежды». Ты подчинишься.

«Мало-бл*дь-вероятно». Я моргнула, разрушая влияние его взгляда. Затем скомкала гнетущие одежды и швырнула их. Ткань распласталась на решетках.

Готовая в этот раз, я ожидала грядущую драку. Поднятый подбородок, расправленные плечи, расставленные ноги и «давай-худшее-на-что-способен» взгляд — вся моя поза говорила об этом.

— У тебя кровь течет из множества ран, и ты все равно бросаешь мне вызов?