Шутка Хаоса (СИ) - Рейнер Анна - Страница 40

Краем глаза он заметил, как Мессир вздрогнул и попятился.

— Боишься, черный маг? — ему почему-то показалось это безумно смешным.

Его враг что-то попытался ответить, но его рот открывался и закрывался совершенно беззвучно, как будто он резко утратил дар речи.

— Боишься, и правильно делаешь, — сообщил Йен черному магу. — Потому что я… ха-ха… собираюсь устроить такое светопреставление, коего мир прежде не видывал!

Черепа начали неумолимо расти, в пустых глазницах вспыхнуло желтое пламя.

— Умрите! — бросил Йен, охваченный все тем же пьянящим безумием, приводя чары в действие.

Создания, вызванные из Ямы, не кричали, однако их тела распадались: отваливались лапы и клешни, падая под все еще движущиеся конечности. Городская площадь в один миг покрылась отвратительным месивом гниющего мяса.

Расправившись со своими жертвами, черепа двинулись дальше, в толпу людей, алча свежей крови.

Заклинание дало сбой, почти вырвавшись из-под контроля. Несколько человек упали замертво, настигнутые ненасытными созданиями ветра.

— Назад! — выкрикнул Йен, вкладывая в этот короткий приказ всю силу воли, и черепа неохотно отступили, обратив пылающие глазницы к творцу.

«Веди нас, создатель, — раздался в сознании Йена хор бесплотных глоток, полный тоски и такой ненависти к тем, кто до сих пор жив, что маг содрогнулся. — Открой нам путь, мы непобедимы с тобой. Мы отомстим твоим врагам, уничтожим их всех, и они проклянут тот день, когда родились на свет»…

Маг молчал. Да и что он мог ответить? Сила, которой он владел, каким-то образом искажала все его заклинания, постоянно преподносила неприятные сюрпризы. Избавиться, срочно избавиться от этих духов, но сначала…

Белый маг указал пальцем на Мессира и черепа рванули к новой цели. Йен слышал, как трещит барьер его врага, видел, как один из черепов таки прорвался сквозь защиту и вцепился в грудь черного мага. Брызнула густая кровь, но Мессир все еще продолжал бороться, отчаянно цепляясь за жизнь. Крик старика потонул в яростном вое сотен глоток, и Мессир нанес последний удар.

На глазах Йена горели и лопались ветреные черепа и, вспыхивая в последний раз, гасли горящие злобой глазницы.

Старик упал на колени. Он вложил в истребляющие заклинание все силы, и их не осталось даже на барьер.

«Да как же ему удается такое?» — восхищенно подумал Йен.

Белый маг тяжело дышал. Ему сложно далось это заклинание, силы почти покинули чародея. Но на последний удар его хватит. Должно хватить!

Йен простер руку, словно собираясь покончить дело одним ударом.

— Пусть мне предстоит умереть, — хрипло произнес Мессир, — но и вы не спасете свою товарку. — Казнить их! — заверещал он, обращаясь к застывшему неподалеку палачу. Голос старика сорвался, превратившись в жалобный скрип.

— Терен-сот-вэк, — в ту же секунду выкрикнул Йен, и с его указательного пальца сорвалась яркая молния. В груди Мессира образовалась жженая дыра, являя на свет обугленные внутренности. Тело черного мага упало на помост, глаза застлала мутная поволока, лицо напоминало волчий оскал.

Йен покачнулся. Он потратил слишком много сил, но и враг был слишком силен, чтобы пытаться их сэкономить. По телу быстро распространялся холод — вместе с магией ушло и тепло. Так бывает всегда, когда маг тратит последний резерв и отдает часть самого себя, порой даже не замечая, что переступает за грань допустимого. Если бы не Сила — подарок кого-то неведомого, он был бы уже мертв, ибо твари, вызванные Мессиром из глубин Ямы, с легкостью могли разорвать его на мелкие части.

Голова закружилась, в глазах потемнело, ноги подкосились…

И он бы упал, не подхвати его надежные руки Риза.

***

Цета наблюдала за боем двух магов в каком-то странном оцепенении. На ее глазах за спиной Йена разверзлась пустота, из которой полезли невиданные твари, и один только вид их заставлял волосы на голове девушки шевелиться. Мелкая дрожь сотрясала все тело, лоб покрылся испариной. Монстры равнодушно уничтожали оказавшихся рядом людей, перекусывая пополам и отбрасывая в сторону. И это было по-настоящему ужасное зрелище, потому что целью их было не насытиться, а уничтожать просто так, без всяких причин.

Как такое возможно? В искреннем недоумении Цета продолжала смотреть на ползущих существ, отчаянно соображая, чем помочь магу.

А что, собственно, она может? Cтоя с петлей на шее, со связанными руками? Друзья рискнули всем, пытаясь вызволить её с эшафота. Но спасение одной жизни неожиданно превратилось в кровавую бойню — из-за Цеты умирали другие люди! Стоила ли ее жизнь такой цены? Нет, нет и еще раз — нет!

Но ведь она все еще жива, а значит, такова воля богов.

Ужасные существа подползли уже совсем близко к волшебнику, когда Йен привел-таки в действие уничтожающие заклинание. Нет, площадь не озарилась пламенем огнешаров, воздух не вспороли плети молний, земля не взрывалась и не хоронила чудовищ, — нет, их тела просто разлагались на части.

Из этого странного состояния ее вывел предсмертный крик Мессира:

— Казнить их!

Не приходилось сомневаться — старик решил отомстить перед смертью победителю. Палач оказался не из трусливых, иначе давно бы скрылся, спасая жизнь. Вместо этого он стоял, ожидая приказа, и это ожидание оказалось ненапрасным. Но дотянуться до рычага палач не успел.

Словно порыв ветра за его спиной появилась Рэль. Сверкнувший в ее руке ритуальный кинжал с легкостью вспорол горло палача. Брызнула густая и липкая кровь, обильно заливая помост. Тело рухнуло как подкошенное, словно травинка под косой равнодушного жнеца.

Рэль склонилась над поверженным, лениво вытирая об него лезвие кинжала. Капельки крови попали на лицо, испачкали бело-серебристые волосы, и теперь она приобрела поистине кровожадный вид.

— Фу, — она поморщилась и попыталась стереть чужую кровь рукавом. — И угораздило же так обмараться-то…

Затем взгляд полуэльфийки скользнул на Цету, и на тонких губах появилась кривая улыбка.

— Ты как? В порядке? — Рэль перешагнула через бездыханное тело палача, стараясь не наступить в лужу крови, и направилась к подавальщице. Кинжал, недавно лишивший жизни человека, теперь перерезал путы на руках Цеты.

Руки посинели и онемели. С горем пополам девушка стянула с шеи петлю и, найдя в себе силы кивнуть, умоляюще посмотрела на Рэль.

— Спаси его…

Горло пересохло и болело. Цета не узнала собственный голос.

— Разве я похожа на спасительницу всего и каждого? По-моему, на эту роль не нанималась, — недовольно произнесла полуэльфийка, однако же направилась к барду. — Ты вообще кто? Хотя не важно. Живи, я сегодня добрая, — и легким движением перерезала путы на его руках. — Ммм… сейчас что, модно лезть в петлю с личными музыкальными инструментами?

В ее глазах засветился лукавый огонек.

— С некоторых пор, — нашелся парень. Его губы дрогнули в легкой улыбке. — Спасибо.

— Благодари Цету, — нахмурилась Рэль и отвела глаза в сторону. — Если бы не она, я бы и пальцем не пошевелила.

— Не сомневаюсь, — снова улыбнулся бард. — Но все равно примите мою искреннюю благодарность. Если бы не вы — болтаться мне в петле и не видеть белого света, не чувствовать запах цветов, не бродить по зеленым лесам.

— Да ты еще и красноречив…

Она все-таки улыбнулась в ответ, но наткнулась на злой взгляд Йена. Он стоял, тяжело опираясь на посох и надежное плече Риза. Казалось, на лице его жили одни лишь глаза, в которых пылал гнев.

— Йен? — она приподняла одну бровь, пытаясь понять причины такого состояния. — Что-то случилось?

— Случилось, — хрипло прорычал чародей и отвернулся, внимательно вглядываясь в беснующуюся толпу.

Сорги плотно сжимали кольцо, сея все большую панику. Возле помоста невозможно было протолкнуться, а шансы покинуть площадь и вовсе отсутствовали.

Рэль закусила губу, силясь придумать выход. Ее взгляд проникал дальше сквозь плотные стены домов и видел отряд одетых в черную броню лучников, спешащих на помощь змеелюдам.