Шутка Хаоса (СИ) - Рейнер Анна - Страница 46

Комната была обставлена небогато, но уютно. Кровать застелена чистыми простынями.

— Хейта! Зарина! — во всю глотку закричала хозяйка. — Где вы, бездельницы? А ну живо сюда!

На пороге появились две молодые служанки. Одна держала таз с водой, другая — целый ворох чистых салфеток.

— Позаботьтесь о госпоже, да смотрите, чтобы все было на совесть!

— Аванс, — Эрвин бросил золотой в протянутую руку. — Остальное получите, когда вернусь.

Женщина заулыбалась, показав при этом почерневшие зубы, и слегка прикусила монету, проверяя на подлинность.

— Идет, — она кивнула и, заметив, что эльф направился к выходу, схватила его за рукав. — Что творится на площади? Дым и крики доносятся до наших окон. Как бы чего не случилось, — обеспокоенно закончила женщина.

— В городе восстание, — Эрвин освободился от ее хватки. — Советую запереть двери.

Он выходил из комнаты, слыша перепуганные голоса женщин. Ему отчего-то не хотелось оставлять Керон на попечении незнакомых людей, но иначе Эрвин не мог.

Эльф спустился с лестницы и уже почти был у выхода, когда из дальнего угла гостевого зала раздался голос:

— Куда-то спешишь?

Эрвин резко повернулся. Сидя за столом, спокойно попивал эль Рен Огненный Молот.

— Сидай, есть разговор, — гном махнул рукой в приглашающем жесте.

— Некогда мне с тобой разговоры разводить. Меня на площади ждут…

— Подсобить, ты уже никому не подсобишь, — мрачно утвердил подземный житель. — Скоро все скончится.

Не слушая гнома, Эрвин прошел к двери, дернул за ручку, но дверь не поддавалась, будто на ней висела сеть заклинания. Эльф попытался ее выбить, но и эти попытки не увенчались успехом. Когда же он подошел к окну, гном громко кашлянул.

Лесной житель резко обернулся и негодующим взглядом вперился в Рена.

— И через окно ты тоже не пидешь, — безразлично констатировал гном.

— Кто ты? — нахмурился эльф. — Ты ведь не обычный гном, верно?

— Кто я — тебе не касается. — Хитрый взгляд скользнул по лесному жителю и снова устремился на дно кружки. — Не дурно… Весьма не дурно для мистного розлива. Сидай, побалакаем.

Эрвин медленно направился к столу. Происходящее ему не нравилось, руки так и чесались отделать гнома, но вопреки всему эльф молча опустился на стул рядом с подземным жителем и приложился к элю.

«Скоро все закончится», — словно эхо прозвучало в его голове.

***

Огненный шар мага исчез, словно задутая свеча, но освободить проход сквозь кольцо соргов у него получилось. Йен все тяжелее опирался на посох, сейчас ему было несладко. Это же надо — изменить немудреное заклинание ветра на уничтожающее, несущее смерть всем и вся. Рэль мысленно аплодировала. Она не ошиблась, когда даровала ему Силу Хаоса.

Толпа оттеснила их в сторону от схватки, от пожара, подтолкнув к узкой улочке. Йену становилось все хуже, маг едва влачил ноги. Ему срочно требовался отдых, и Рэль серьезно задумалась об остановке. Взгляд Богини Хаоса наткнулся на распахнутую дверь низкого, непримечательного дома.

— Сюда, — поддерживая мага, Рэль направилась к дому. — Осталось совсем немного.

Дверь оказалась не заперта.

Тишина. Дом был пуст.

Первая комната являлась прихожей: в ней не было ничего, кроме вешалки и старой деревянной кровати. На нее-то Йен и рухнул, посох выскользнул из рук и покатился по полу.

— Йен? — Рэль обхватила его лицо ладонями, с беспокойством заглянув в глаза. — Ты меня слышишь?

— Да, — ответом ей был едва различимый шепот.

— Тебе нужно отдохнуть, — богиня Хаоса убрала прядь волос, упавшую ему на лицо, и уже собиралась подняться, когда взгляд остановился на осунувшемся лице молодого мага.

Под закрытыми веками с неимоверной скоростью двигались глазные яблоки, кожа приобрела землистый оттенок и пугала нездоровым видом.

"Что я наделала? Зачем? Ему не совладать с этим». — Если бы она знала, что значит ощущать раскаяние, то, безусловно, узнала бы в нахлынувших мыслях именно это чувство. Но богине Хаоса не пристало сожалеть о содеянном. Вот только осознание, что однажды глаза этого мужчины могут закрыться навсегда по ее вине, оставляло во рту привкус горечи.

В попытке заглушить чувство вины Рэль склонилась к губам мага, чтобы удостовериться, что тот все еще жив, и на этот раз все закончилось благополучно.

Девушка прислушивалась к дыханию мужчины, когда ее щеки едва коснулись тонкие пальцы, слабо привлекая внимание. Рэль перевела взгляд на лицо мага и заметила скользнувшую по губам мужчины невеселую усмешку. Глаза Йена приоткрылись, и он прошептал ее имя.

— Рэль, — договаривать он не стал, но все сказала промелькнувшая во взгляде страсть.

Эта человеческая наивность должна рассмешить богиню, но ей было совсем не весело. Догадка о хранимой магом тайной привязанности не тешила самолюбия, не вызывала презрения, Рэль с ужасом понимала, что прежде не испытывала подобной теплоты и нежности. Богиня Хаоса с трудом сдерживала обрушившиеся на нее эмоции. Вот только удержаться было невозможно. Как обычная смертная девчонка, она отдалась своему порыву и впервые за бесконечные тысячелетия подчинилась едва уловимому намеку, слабому движению руки человека, которого она же и назначила своей пешкой.

Разве может пешка повелевать королеве? В момент, когда ее губы соприкоснулись с губами Йена, Богиня Хаоса поняла, что пешка может многое, даже это…

Глава 19 Ариакан. Уличные бои

В какой-то момент для Рэль все показалось неважным, ненужным, бессмысленным, захотелось остаться в объятиях этого смертного навсегда, забыть о бесконечных интригах и цели, о неведомом враге, о Ключе — обо всем.

В конце концов, что значит вечность, если ее не с кем разделить?

«Но это неправильно!» — ворвалась неожиданная мысль.

Она резко отшатнулась.

— Мне надо идти на поиски Ташина, — Рэль избегала его взгляда. — Гложет дурное предчувствие. Нужно срочно его найти.

— Что ты носишься с ним, как с маленьким?

— Ты забываешь, что у него Ключ. С бедового мальчишки вполне станется попасть в беду или хуже того — утратить кристалл.

— Мне всегда нравилась твоя храбрость, но там слишком опасно. Подожди немного. Я скоро приду в себя, и мы вместе пойдем его искать.

— Ты не понимаешь — времени нету совсем. Если мы потеряем кристалл…

Она не договорила, просто устало вздохнула и поднялась.

Конечно, оставлять Йена в таком состоянии нельзя — он сейчас и муху не зачарует, что уж говорить о самозащите. Но у нее есть мощный артефакт, способный его защитить.

Рэль сунула руку в карман, пытаясь найти кольцо Хаоса, но оно бесследно исчезло.

Разве она могла его потерять? Исключено. Кольцо ни за что и никогда не покинет хозяина, если только его не украли…

Перед глазами всплыло ребяческое лицо Ташина.

«Найду и собственноручно удавлю», — мрачно решила Богиня Хаоса.

— Оставайся здесь и набирайся сил, — она не хотела оставлять Йена одного в беспомощном состоянии, но между безопасностью мага и Ключа, не колеблясь, выбрала второе. — Скоро вернусь.

Не оглядываясь, Рэль покинула дом, прикрыв за собой дверь. В лицо подул холодный ветер. Мимо нее с диким ржанием пронеслась испуганная лошадь.

Что она делает? Что творит? Совсем рассудка лишилась в этой смертной оболочке? Он — марионетка, она — искусный кукловод. Так и должно остаться! Нельзя идти на поводу собственных желаний — это чревато крахом. Цель останется целью, средства — средствами.

В области груди что-то заныло, причиняя тупую боль.

«Да что это со мной?! — думала Рэль, быстро шагая по улице. — Откуда вообще взялись эти треклятые чувства?»

Да, у нее была душа, вернее, внутренняя суть, что делала ее такой, какая есть, но эта самая суть никогда не испытывала боли, жалости, сострадания и не причиняла ей неудобства.

Зря, ох зря она отдала частицу внутренней сути, видимо, именно эта частица и заставляет тянуться к Йену, открывая ранее неведомые чувства.