Академия в Трансильвании (СИ) - Габриева Марина Андреевна - Страница 31

— А ну отойдите от него! — взвизгнула я.

Это было неразумно, но я не смогла пройти мимо уж на столько вопиющего беспредела — трое парней избивали ребенка, а взрослый мужик стоял в стороне и лениво наблюдал за происходящим.

— А вы что смотрите? — окрысилась я на мужика стоящего спокойно в сторонке. — Ребенка бьют, а вы взрослый мужик и пальцем не шевелите.

— А зачем? — флегматично пожал он плечами.

— Как это зачем? — окончательно слетела с катушек я. — Это же ребенок и его убивают.

— Ну и что?

Все приплыли, дальше я действовала на голых инстинктах, ибо разум кричащий, что надо бежать подальше от этих психов, умер в агонии.

Я подлетела к мелкому и за шкирку выхватила его из драки.

— А ты чего молчишь? — обратилась я к нему. — Жить надоело?

— Они мне ничего не сделают, — прохрипел этот балбес. У меня даже слов не осталось после такого заявления, кучка безумцев и я рядом с ними. — И мне не нужна помощь, отстаньте я уже не маленький, сам справлюсь.

— Ага на том свете кому об этом расскажешь, — рыкнула я. — Да а удары ты не чувствуешь? Тебе просто не больно или у тебя день страдания по твоей религии и потому тебе все в кайф? — моя фантазия пошла вразнос. — Али ты решил самоубитца или веришь, что твоя душа тут же возродится в ином теле? В общем я уже поняла, что у вас тут полный мир и согласие. Раз так, то я конечно пойду и не буду вам мешать.

Я демонстративно поставила парня на землю, но на всякий случай в стороне от молодчиков, мало ли что. После чего я подошла к мужчине, которому казалось все равно.

— То что вам не стыдно, не делает вам чести, и если только вы не заказчик этого шоу, то позвольте спросить, кем вы приходитесь этому пацану?

— Да собственно никем, он сам нарвался.

— Тогда зачем вообще тут стоите?

— Любопытно посмотреть чем дело кончится.

— Хм, — я недоверчиво посмотрела на мужика, — Что вот совсем мелкого не жалко, пусть убивают, это для вас шоу? Телевизора мало или реалити-шоу захотелось за неимением подходящих в театре?

— Вам-то что за дело? — удивился он. — Сами-то вмешались зачем или острых ощущений недостаточно после свиданки?

Это он зря сказал, потому как попал в точку со свиданкой.

— Просто в отличие от некоторых, идея "хлеба и зрелищ" никогда не казалась мне привлекательной, особенно в реализации с детьми, — фыркнула я.

— А какая казалась привлекательной? — ухмыльнулся мужик.

— Посадить на кол всех идентиферентных козлов, дабы неповадно маньякам было убивать, — зло сказала я. Странно, но при упоминании кола, парень за моей спиной ощутимо вздрогнул, я это почувствовала даже не оборачиваясь, да и мужик передо мной как-то весь подобрался и уже не стоял словно готов разлиться лужицей по асфальту.

— Да расслабьтесь вы уже наконец, все было под контролем. Они бы с мелким не справились, — успокоил меня этот инфантильный тип.

— А вы значит контролировали чтобы его уж точно запинали до смерти или все же планировали вмешаться, если дело зайдет уж слишком далеко? — уточнила я.

— Вот чего вам неймется? Не вашего ум это дело.

— Не моего, — согласилась я, — Но смотреть как мучают ребенка не могу. Провинился — дали тумака и хватит, решили убить — бейте, а мучить — это удел садистов и маньяков. Вы один из них? — деловито уточнила я.

— Нет.

— А раз нет, берите парня на руки, а то он того и гляди упадет и пошли искать его родных, чтобы передать им блудного сына, — решила я.

Про парней, которые отвешивали тумаки мелкому я так и не вспомнила за все время беседы, не знаю уж куда и почему они исчезли, но тогда меня это не заботило, а потом решила не ломать себе голову, сбежали и ладно.

Мужик взглянул на меня как-то странно, но указания выполнил. После чего последовал допрос паренька, который все отмалчивался и пытался отказаться от помощи, но куда там, если я чего решила, то сделаю обязательно, через два часа кажется они оба это поняли, а потому парень наконец-то сдался и сказал куда его отнести.

Поплутав по городу под четкие указания малыша, запутать он нас хотел или боялся слежки, неважно, но в результате мы таки вышли к красивому особняку, позвонили и когда пред наши очи вышел охранник мальчик потребовал позвать папу, охранник мигом исчез, а через буквально минуту перед нами материализовался мужчина, красивый, забрал у нас паренька, странно посмотрел на мужчину, который был со мной, попросил меня рассказать подробности. Ну я выложила все что знаю, выразила радость, что все хорошо закончилось и отчалила домой. Вот собственно все что помню. Видимо у Эрла была более расширенная версия тех событий. Потому что ни про вампиров-оборотней, ни про встречу с Ильей я ничего не помнила.

Эти события стояли перед моими глазами как живые, а когда потухли, я ответила Эру, который все еще ждал от меня ответа:

— Ну, да, помню, а при чем здесь это, и откуда вы знаете…?

— Это был мой внук.

— Вампир?

— Разумеется, а спасла его ты от вервольфа.

— Ик… — только и вырвалось у меня.

— Ты еще так забавно отчитывала его, что он обижает маленьких, — улыбнулся Эр.

— Ну, да, ведь он был неправ и вроде даже одумался.

— Не знаю уж как, но ты задела его за живое и теперь он один из лидеров движения по созданию союза между нашими кланами.

— Ну, это же хорошо, — улыбнулась я.

— Несомненно. Однако, я напомнил тебе тот случай не поэтому.

Я вопросительно приподняла бровь.

— В то время в моем доме гостил Илья и он был среди тех, кто встретил тебя на пороге и принял у тебя моего внука.

— И что с того?

— Он тогда случайно коснулся твоей руки.

— И?

— И его обожгло, — Эр сказал это таким тоном, словно эти слова все объясняли.

— Но я тогда еще не умела творить огненный шар, — растерялась я.

— Ах, ну, конечно, ты же не знаешь, — вздохнул Эр и начал пояснять мне словно маленькому несмышленышу. — Если мужчину или женщину вампира обжигает рука создания противоположного пола — это значит, что перед ними избранный. Вторая половинка только для него.

— Хм, — протянула я, — А мнение второй половинки спрашивается? Может для нее все не так?

— Видишь ли в чем дело, в таких вопросах для вампира очень важно не упустить свой шанс. Встретить избранного — это безумная редкость. Полюбить — это может почти всякий из нас, но избранный — это нечто особенное.

— И чем же так уникален избранный? — уточнила я. — Жизнь с ним обещает быть сказкой, секс безумный или что?

— Трудно сказать, но с таким человеком вампир обретает и познает себя и становится внутренне человеком.

— Эм, не поняла. Перестает быть вампиром? Но ведь после брака вампиру и так перестает быть нужна человеческая кровь.

— Нет, милая, даже в браке вампир мыслит как вампир, то есть, как существо почти вечное, если не случится беды. А с избранным он познает чувства, доступные лишь обычным людям и такой вампир может достичь много. Но главное он навсегда сохранит эту способность и даже по прошествии столетий сможет любить и не потерять жажды жизни.

— Замечательно, — с моих уст капал яд, — А избранный значит пусть мучается без любви, живя с существом, которое в лучшем случае ему безразлично, а в худшем вызывает отвращение?

— Ну зачем же так грубо? На самом деле каждый из нас, кому посчастливилось встретить избранника, уготованного ему судьбой, старается каждый на свой лад завоевать его любовь прежде, чем вступать с ним в союз.

— А сам вампир-то старается полюбить избранника, или это как выиграть ценный приз? Главное заполучить в руки, а потом гори все синим пламенем?

— Гхм, ты неправильно на это смотришь…

— Я смотрю реалистично. Как человек, если хотите. Если вампир обретя чувства, как у человека, положим поймет, что именно избранника он не любит как супруга, то что? Получается, что это брак по расчету. У вампира хоть бонус, а у избранного что? Я против, если Илья меня искренне не полюбит, то никакого брака не будет, даже если через его, а потом и мой труп, — категорично отрезала я.