Сбежавшая принцесса (СИ) - Брунс Анастасия - Страница 3

Так оно и произошло. Служанки забежали в первую попавшуюся комнату, а я так же быстро пробежала по коридору до лестницы.

Следующий коридор так же пустым оказался, что не могло не радовать меня. Быстренько побежала, но… Но везти не может вечно. Сразу с двух сторон послышались топот и разговоры. Забежала в первую открытую комнату и затаилась там. Те люди, которые поднялись на этаж остановились у этой комнаты и дернули за ручку. Как же хорошо, что я закрыла ее! Быстро, а самое главное, бесшумно, я забралась под кровать.

— Ты понимаешь, что и ты неправильно поступаешь? — спросил мужчина у вошедшего следом человека.

— А что мне остается делать? Митас воспользуется полным беспамятством Евы. И не удивлюсь, если это он постарался, — ответил до боли знакомый голос, ну как до боли… до шишки на лбу.

— Алмаз, зачем ему проворачивать такое со своей дочерью? Кто-нибудь наслал на нее проклятие…из той же Торлессии, они не заинтересованы в вашем браке.

— На ней нет заклятий, я сегодня сам это проверил. Ева вообще другой стала, ее как подменили. Все с чистого листа. Вообще ничего от нее прежней, только облик, — с тоской проговорил Алмаз. Спасибо его собеседнику, что имя назвал, а то бы он в моей памяти и остался бы тем мужчинкой, что по лбу дверью меня пришиб.

— Дай ей время. Она тут, у себя на родине придет в себя и ты ее уже в уме разуме заберешь к нам, в Норланию, — успокаивающим тоном проговаривал неизвестный.

Хотелось высунуться и посмотреть, кто это, но инстинкт самосохранения был гораздо сильнее любопытства и интереса. А интересно все же было…

— Ага, а потом завербованная уже не моя Ева подольет мне яд в бокал. Митас всегда был подлым, Берхард, он и к власти пришел путем убийства собственного брата, пусть и изображает всепоглощающую скорбь по нему, а все произошедшее выдает за несчастный случай, — насмешливо ответил король.

— Ну да, ты прав… — на выдохе сказал собеседник шатена, — только вопрос: Надо ли ждать до заката? Что если тебя попытаются убить? — не успокаивался собеседник… короля.

— Тоже об этом думал, поэтому пополнил свой резерв, — и со стуком король поставил на тумбочку пустую склянку. — если попробуют напасть — все королевство будет долго скорбеть по заговорщикам и благороднейшему королю Митассу, — опять не без насмешки дополнил Алмаз.

— А что, если Митасс не отдаст свою дочь? Как никак она его дочь. Брат это одно, а вот дочь…

— Берхард, он ее мне продал и не продешевить старался, я не думаю, что он нападет. А все эти словечки о том, что она его дочь и он любит ее до боли в сердце, печени и селезенке — это все тот же способ не продешеветь и побольше стрясти с меня, при этом беспокоясь только о своей дочери, — с насмешкой и в то же время с горечью ответил Алмаз.

Я же для себя еще раз поняла: Надо валить и срочно. Меня продали… простор продали! И не дочь он продал… а меня.

Дальше мужчины говорили о чем-то непонятном для меня, а у меня же все затекло. Слава богу, тут не так много пыли было! А еще я подавлена, ибо они говорили про города, о которых я не слышала, о станах, про которые я так же не слышала, произносили имена, которые мне также были совершенно неизвестны. Где я? Первое, что мне стукнуло в голову на этот раз — я умерла и все это Ад. В раю бы я так не мучилась.

Не знаю, сколько прошло времени перед тем как Алмаз и Берхард покинули апартаменты короля, а я наконец-то вылезла. Размявшись немного, я открыла дверь изнутри и оглядевшись, отправилась дальше.

Еще несколько этажей я спокойно миновала, но на выходе во двор меня поймали. Черт.

— Ева, дорогуша! — крикнула мне расфуфыренная барышня, а потом еще и в обе щеки противно чмокнула. — Как ты, Ева? — писклявым голосом продолжила она.

— Эмм… Да неплохо. Вот прогуляться хотела, — пытаясь сделать свой голос максимально уверенным, ответила я.

— Да не в таком же виде гулять! Пошли, Евушка! Не дай присветлый тебя в этом увидят! — и она, в прямом смысле слова, потащила меня обратно.

Тем, кто пытался обратиться к принцессе Еве она говорила, чтобы они не лезли не в свое дело, а слугам верзила и говорила, чтобы знали, где их место. Хотя дворцовые слуги просто спрашивали про мое самочувствие, а кто-то явно из не прислуги спрашивал про какой-то ужин…

В итоге меня втолкнули в одну из комнат. Затем незнакомка вошла следом за мной и словами «Пошли приведем тебя в порядок!» протолкнула в следующую комнату — гардеробную. Вещей там было… Столько, сколько у меня за всю мою жизнь не было. Причем практически все было ярким, броским… даже глаза резали.

— Эх…я помню, ты просила сходить с тобой по магазинам, ибо тут носить нечего, но не получилось, так что… Выбери что поприличней и сходим по магазинам, твой гардероб давно пора было обновить, это выходит из моды, — пропищала она.

То есть это гардероб Евы… М-да… Весьма так безвкусно и непрактично.

Улыбнулась незнакомке и попросила ее подождать себя за дверью, на что та согласилась. Выбор у меня был только из платий, ибо в таких штанах на улице было бы просто невыносимо находиться. А платья все яркие, пестрые и от части даже вульгарные… Ужас.

В итоге мой выбор остановился на темно-зеленом закрытом платье. Туфли я подобрала черные и самым странным оказалось то, что и размер мне подошел. Ну и чудеса конечно, но, впрочем, чего мне жаловаться? Идти в обуви куда лучше, чем босиком по ледяному каменному полу.

Посмотрела в зеркало. И в таком виде меня видели многие. М-даа… Не сахар. И еще я кое-что отличительного нашла в своей внешности. Во-первых, я стала худее. Конечно и до похищения я была не пышечкой, но лишний вес все же имела. Во-вторых, волосы стали на сантиметров 10 длиннее и их стало больше, ну или они просто пышнее стали. А вот рост, вроде, не изменился. А еще пропал шрам с плеча, жаль, он мне нравился…

— Ева, ты оделась? — спросили у меня за дверью, вот только голос был не той девушки, а… а Алмаза.

По быстренькому рукой расчесала хоть немного растрепанные волосы и крикнула да, поправив платье. Мужчина вошел в гардеробную, явно зная, где и что располагается. Найдя меня, окинул изучающим взглядом.

— Темный цвет? Ты раньше так не одевалась… Хмм, странный выбор, но мне нравится, — с теплой улыбкой вынес вердикт он. — Ты с Кэтрин хотела прогуляться по магазинам? То есть, ты все вспомнила? — с надеждой спрашивал он, подойдя ближе и взяв за обе руки меня.

Я же опустила голову и и отрицательно покачала. На самом деле было действительно печально. Печально то, что все надеялись на принцессу Еву, что все были обеспокоены ее беспамятством, а тут хоп, и ничего не знающая Ритка им попалась. И этот Алмаз, что б его. Глаза грустные, хотя в них плещется любовь к девушке, которая, кажется, слишком уж похожа на меня.

— Ну ничего, — с той же улыбкой проговорил мужчина, приподняв мою голову за подбородок, смотря мне в глаза, гипнотизируя, — Ты не окажешь мне в удовольствии прогуляться с тобой? Я понимаю, что ты не помнишь, но Кэтрин не твоя лучшая подруга… а завистливая сводная сестрица и я бы не хотел, чтобы ты в таком состоянии проводила с ней время, — с тяжестью проговаривал он.

Теперь мне стало понятно, что король действительно питает слабость к этой Еве и все это не фарс. Снова нахлынула немалая печаль, ибо и он надеется и верит, что я — это принцесса Ева, но как бы не так.

Произвольно кивнула и Алмаз, поцеловав меня в руку, сказал, что через полчаса ждет меня в саду, после чего ретировался.

Вышла из гардеробной и Кэтрин, увы, там не нашла. Наверное, Алмаз приказал ей уйти, но и это к лучшему. Бесила меня эта особа. Побродив по комнатам, я наткнулась на зеркало и шкафчики, заполненными тюбиками, расческами, шпильками, гребешками, украшениями… Не долго думая, я подошла и расчесалась. Потом взяла пару шпилек и заколола волосы, которые были у лица. Время у меня было, так что я нашла красивый гребешок с переливающимися во все цвета радуги камнями и вставила его поверх шпильки.

Придворных дам мне уже довелось встречать, да ту же самую Кэтрин и понимала, что моя прическа, если ее можно так назвать, далеко не радужной была. Увидела я на полочках… Тушь! Обрадовалась, взяла ее и накрасила ресницы, которые, кстати говоря, также стали пышнее. Конечно, я не выглядела после одной туши шикарно, как девушки в рекламах, но все же лучше, чем была.