Второй легион (ЛП) - Швартц Ричард - Страница 18

— Я вам верю, — сказал я.

Зокора посмотрела на меня.

— Ты да. Другие, возможно, нет.

— … при контроле… голубой… груз… склад… база… буря… портал… голубой грибок… обнаружила шесть тел… подняла тревогу… провиант заражён… предотвратить…, - запинаясь читала Лиандра.

— Это всё, что я смогла разобрать.

Зокора протянула руку, и Леандра вернула ей книгу. Тёмная эльфийка поднесла её ближе к фонарю и принялась читать.

— Во время моего ночного контроля склада я почуяла споры голубого грибка. Я последовала за запахом до погрузочной площадки. Не хватало одной повозки с провиантом, я узнала, что она была на пути к базе. Так как после бури портал больше не работает, мы снабжаем базу и войска в ней провиантом из наших запасов. Руководитель погрузочных работ сообщил, что ему не знакома сопровождающая повозку команда. Я отправила моих кошек, чтобы они обыскали склад.

Они нашли шестерых убитых. Руководитель погрузочных работ идентифицировал их как сопровождающую команду. Я пришла к выводу, что провиант заражён спорами голубого грибка. Я подняла тревогу. Если провиант достигнет наших войск, они заснут вечным сном и будут для варваров лёгкой добычей. Я выступаю, чтобы предотвратить эту катастрофу. Слава императору. Джарана окт Тализан, — она опустила книгу. — Тализан был легендарным эльфийским правителем. Никто не верит, что он действительно существовал. Но она принадлежит к его племени, — впервые я увидел в её глазах что-то вроде благоговения. — Могу я оставить книгу себе? — спросила она.

Я кивнул.

— Голубой грибок? Вы о нём рассказывали. Его споры усыпляют и человек засыпает навсегда, верно? — спросил я.

— Да, — она посмотрела на Лиандру. — Избавься от перчатки. Осторожно. Закапай её, — затем она снова обратилась ко мне.

— Я похороню Джарану одну, а не вместе с этими собаками. Также мы не можем сжечь повозку, потому что тогда споры высвободятся. Поэтому я похороню её под камнями, по обычаю людей, — она посмотрела на Яноша своими тёмными глазами. — Видишь, Янош, она не была предателем. Как думаете, что случилось бы, если бы этот провиант достиг базы? Возможно, варвары всё-таки одержали бы верх.

Она развернулась и ушла прочь. Поппет и Варош последовали за ней.

Я аккуратно положил моих три камня на плоский могильный холм и отошёл в сторону, чтобы пропустить вперёд Зокору. Она разместила последние три камня на могиле; её камни были теми, что спрятали лицо мёртвой. Затем она встала и помолилась.

Язык был мне непонятен, но в этот раз голос Зокоры был настолько полон эмоций, что я почти мог угадать, что она говорит. Я уже давно отказался от молитв, но молитва была не для меня, а разве Джарана виновата, что я живу в разногласии с моим богом?

Сольтар, прими её душу. Хотя говорили, что у эльфов нет души, но я в это не верил. Позаботься о ней.

Зокора опустилась перед могилой на колени и склонила голову. Она просидела там добрый час. Варош попытался помочь ей встать, но её взгляд остановил его. Все молчали, пока её конечности стали снова повиноваться ей. Тогда она взяла свою котомку и посмотрела на нас.

— Чего мы ждём?

И мы отправились в путь.

— Редко можно встретить такие явные следы старых войн, — немного позже произнёс Янош. — Любая война кажется по прошествии времени такой бессмысленной?

Я немного подумал и кивнул.

— Подождите, пока пройдёт достаточно времени, и так и будет.

8. Защитный ров

— Я нашла вход в крепость, — сказала Зокора, когда вернулась из следующей разведки. — К сожалению, он будет для нас бесполезен.

— Почему? — спросил я.

— Это мост, ведущий через пропасть. Но это подъёмный мост. Он на другой стороне и поднят вверх. Я должна найти другой выход из пещер. Ждите здесь.

— Подождите, — позвал я, когда она уже хотела отвернуться. — Мы должны взглянуть на этот мост.

Она подняла на меня взгляд.

— Это будет потраченное в пустую время.

Я пожал плечами.

— Пара часов больше или меньше не имеет значения. Мы с таким же успехом могли бы сделать там привал, пока вы ищите выход.

— А что, если выхода нет? — спросил Янош.

Зокора посмотрела на него.

— Этот горный массив пронизан пещерами. Какой-нибудь выход да будет, и я его отыщу. А если нет, тогда вернёмся назад и пройдём по поверхности.

— Тогда я за то, чтобы ты нашла дорогу, — сказал Янош и улыбнулся. — Там наверху слишком холодно.

Холодно было и здесь визу, зато не дул ветер. И мы не утопали в снегу. Да, уж я точно предпочитал идти под землёй, чем постоянно вдыхать снег.

— Хорошо, тогда следуйте за мной.

У меня болела спина и левая нога. То, чего пехотинец желает в жизни больше всего, так это лошадь. Как только она у него появляется, он больше не желает ходить пешком. Слишком долго лошадь была в моём распоряжении.

Поппет шла впереди меня. Её ноша казалось ещё тяжелее моей. Но она не отставала. Действительно ли это было так легко, как казалось, или у неё просто не было выбора? Последнее, предположил я. Она будет идти, пока не рухнет. Когда мы садились за еду и Зокора разрешала ей поесть — конечно же самой последней — она проглатывала всё, что ещё оставалось.

И Зокора боится людей?

До входа в крепость было ещё больше часа ходьбы. Не считая встречи с Глубинными ползунами и драконом, дорога прошла без происшествий. Я был уверен, что мы смогли бы победить и Глубинных ползунов, например, бомбами с горючим маслом. Только у нас было с собой слишком мало масла. Но если бы можно было подготовиться, это казался мне один из способов.

Дракон… Позже Зокора рассказала мне, как нам повезло. Без таланта Поппет он бы не появился так быстро, возможно, не появился бы совсем. Собственно говоря, шанс был совсем небольшим привлечь такого дракона.

— Они исчезающий вид, — сказала Зокора, — Но я слышала, что один живёт здесь в пещерах.

— А вы не боялись, что он нападёт на нас?

— Такая опасность существовала. Но он думал не о еде, — она широко ухмыльнулась. — Самцы любого вида в этом похожи.

Я часто вспоминал то, как он меня спросил. Это было не только желание, но и отчаяние. Я опасался, что он напрасно будет искать самку. Я слишком хорошо мог его понять. Я посмотрел вперёд на Лиандру, которая оживлённо беседовала с Зиглиндой. Да, я хорошо его понимал.

— Ничего себе! — вырвалось у Яноша, когда Зокора зажгла перед нами свет, направив его вверх. — Кто бы что не говорил об империи, но строить они умели!

И правда.

Наш путь пересекала расщелина, шириной она была определённо около пятнадцати длин, равных росту человека. Справа и слева от дороги инженеры старой империи выравняли и опустили землю, так что к краю пропасти она вела по наклонной плоскости.

Со сталактитов на потолке пещеры вниз постоянно капала вода, замерзая на земле в толстый ледяной покров, превратив долину в опасную горку, которая заканчивалась обрывом.

Сама дорога становилась таким образом платформой, шириной около четырёх длин, равных росту человека, которая на хороших две длинны, равных росту человека, выступала над пропастью. Одна ступень показывала, куда обычно опускался подъёмный мост.

На другой стороне пропасти, блестя в свете Зокоры, из камня выступала сторожка с подъёмным мостом. Бойницы, закрытые тяжёлыми железными ставнями, угрожали плато. Из каменной стены выступали две платформы, слева и справа от тяжёлого подъёмного моста. На них были расположены странные, скрытые льдом конструкции, смысл которых я не мог понять.

— Скажите, Зиглинда, Серафина знает, что это такое?

Зиглинда кивнула.

— Она ещё никогда не видела этот путь, но ей знакомы подобные конструкции. Это большие лампы.