Лаки бессмертный. Гексалогия (СИ) - Фирсов Алексей Сергеевич - Страница 263

— Ты-голос Туонга, но генерал не очень то силен в интригах. То что он предлагает кланам — это не очень то их вдохновляет. Больше денег, меньше денег…Стоит ли это возможного хаоса?

— Кланы боятся хаоса при смене власти?

— Кланы ничего не бояться, Лаки. Кланы — это плоть и кровь Нанджонга. Они — настоящая власть.

Ты не о том говоришь с нами. Разве можно соблазнить сытого тарелкой просяной каши?

— Тогда что же нужно кланам? Подскажи, раз ты сам «плоть и кровь»?

Чонг криво улыбнулся.

— Туонг он же солдат, а не политик. Его обидели и он жаждет мести. Военные-обычно люди узкого кругозора. Такова их специфика. Люди с широким кругозором в армию не идут, согласись?

В своих мечтах он отбирает власть у Дракона Туна и устанавливает справедливость так как видит. А как он ее видит? Посадить всюду своих надежных людей? Поддерживать старые традиции? Военные-они же обычно консерваторы.

Лутанг перенаселен. Планета как перегретый чайник на плите с закупоренным носиком. Давление распирает и взрыв неминуем. Нас слишком много в этой системе.

Империум устроил гетто для нашей расы в системе Тубана. Нашим верфям не поставляют двигатели Кирстона. А без них переселить излишки населения в другие миры невозможно.

Дракон Тун-ставленник империума. Он не позволяет лутангийцем вылетать из системы. Ты же знаешь наши законы. Только богачи могут покинуть систему, да еще рабочие команды и то на время. Если Туонг откроет для нас дверь в галактику — то заслужит себе памятники еще при жизни.

— Зачем тебе галактика, Ван? Я открыл ее для тебя, но ты все равно вернулся. На Саве скучно? Может быть потому что там у тебя не было власти?

— В этом ты прав. Власть пьянит как наркотик. Кто ее попробовал-никогда не откажется.

Здесь я глава клана Хутонг, а на твоей Саве-всего лишь командир бригады рубщиков леса.

— Ты со мной откровенен.

— Потому что давно знаю тебя. Ты-иной. Власть тебя не пьянит. Ты или святой или глупец.

Лаки засмеялся.

— Точно не святой, но и глупцом себя не ощущаю!

— Главное не в том, кем ты себя ощущаешь. Главное — кем тебя видят люди. За глупцом никто не пойдет.

— Это намек?

— Это мысли вслух. Еще по глотку?

Они выпили еще виски.

— Туонг не сможет бороться с империумом. Как он добудет двигатели Кирстона для системы?

— Он не сможет. Сможешь — ты.

— За кого ты меня принимаешь?

Чонг посмотрел Лаки прямо в глаза.

— За бессмертного бога…

Тридцать седьмая глава

Лутанг. Нанджонг. Двумя неделями позже.

От настойчивого взгляда даже кожа на затылке зудела.

Лаки ехал на своем байке в плотном потоке по улице Сайонг. Кто следовал за ним по пятам, он не знал. Люди Чонга? Парни из других кланов? А может уже и спецслужбы дракона Туна?

Его плотно опекали и держали под наблюдением круглые сутки.

В одном месте он не ночевал более чем один раз. На этом настоял Чонг.

— О тебе знают слишком многие. Информация просочилась на правый берег. Спецслужбы засылают по районам своих людей.

— Вот как?

— Эмиссар от Туонга ведет переговоры с кланами. От такой информации у многих псов наверху шерсть встала дыбом.

— И?

— Тебе пора покинуть Нанджонг.

— Есть еще парочка дел, Чонг. Еще день или два и я совсем улечу отсюда.

— Не думаю что это хорошая мысль.

Лаки завершил переговоры с кланами и добился существенного прогресса. Кланы обещали поддержку Туонгу в случае если он одобрит их пожелания. Без Чонга миссия бы точно провалилась.

Револьвер в кобуре под рубашкой давил на живот. В кармане брюк палочка парализатора на десять разрядов. Безоруженным и беззащитным себя Лаки не ощущал. До того самого момента когда два байка синхронно притерлись к нему с боков и подмышку уперся холодный ствол револьвера.

Лаки улыбнулся парню с револьвером. Щуплый брюнет с жестким взглядом и приметным шрамом на верхней губе…

— Что такое, дружище?

— Кое-кто хочет тебя видеть, джил! Не рыпайся!

— Как скажешь!

Три байка свернули на боковую улочку и через распахнутые, обшарпанные ворота в ближайший двор пятиэтажного дома.

У Лаки вытащили из кобуры револьвер и забрали парализатор, при двое парней навели на него свои стволы. Он мог бы их разоружить или убить голыми руками. Но его разобрало любопытство. Кто-то решительный и влиятельный желает с ним пообщаться?

Вопреки обыкновению во дворе оказалось пусто. Хлопало на веревках на ветерке сушащееся белье. Ни гомонящих детей, ни ворчливых старух с сигаретами лата на скамье… Не спроста все попрятались…

Лысый мужчина лет пятидесяти, вышедший им навстречу, оказался совершенно незнакомым…Сандалии на босу ногу, цветастая рубаха и синие, ношеные штаны с пузырями на коленях. Лавочник средней руки?

— Жарко сегодня, господин Лонг…Не хотите ли холодного лимонада?

Лысый лавочник коротко поклонился и сделал приглашающий жест в сторону ближайшей двери.

Внутрь Лаки вошел один. Двое парней с револьверами и лавочник остались во дворе.

В комнате пахло какой-то кислятиной. Тускло светила лампа под абажуром, низко спущенная с потолка на витом шнуре.

За пластиковым белым столом под лампой сидел человек.

Лампа освещала только его руки и грудь. Голова пряталась в тени.

— Приветствую, господин Лонг. Лимонад, пиво, лат? — сказал человек на галакте с легким акцентом.

— Ничего, благодарю вас. С кем имею удовольствие говорить?

— Мое имя вам ничего не скажет. Называйте меня просто — лынг.

— О,так вы мой родственник?

— Конечно, мы родственники. Жаль что в первый раз мы не встретились, когда некто Ибрагим Гамид, он же Лу Кван геройствовал на этих улочках.

— Не представляю о чем вы.

— Анализ ДНК подтвердил полное ваше сходство с указанными персонами, дорогой господин Лонг.

Лаки подошел к столу и сел напротив.

Лицо незнакомца уже можно разглядеть. Среднего возраста…морщины… внешность неприметная. Нет, он раньше не встречался ему.

— Вы позвали меня — вам говорить. Может быть начнете с нашего родства?

— Об этом позже. Вы представились людям из кланом посланником генерала Туонга.

— Это вы так говорите.

— Не стоит упорствовать. Я слушал записи ваших переговоров.

— А кого вы представляете?

— Народ.

Лаки вздрогнул.

Алетта-слизень тоже называла свою расу «народом»…

— Вижу, что вы поняли о чем я.

— Может быть.

— Смотрящий в этой системе. Не наместник императора, а именно я. Вы решили с помощью генерала Туонга смести режим дракона Туна. Зачем это вам? Вам лично?

Туонг-понятное дело. Он провел на каторжной планете больше трех лет и не умер только чудом. У него месть на первом месте. Но зачем вам этот далекий и грязный Лутанг?

— А зачем вам?

Смотрящий хмыкнул.

— Мы присматриваем за всеми, не только за Лутангом. Мы-везде. Вы так и не нашли свое место в империуме, юноша?

— Разве смысл жизни — найти свое место?

— Именно так. Есть в империуме такая игра — паззл. Каждое существо — всего лишь кусочек вселенского пазила и пока он не займет свое место, ничего хорошего его не ожидает.

— Эта философия не для меня.

— Очень жаль, Лаки. Пора бы уже повзрослеть.

Лаки отбросил сомнения. Этот незнакомец знает слишком много. Кто бы он ни был.

— Вот как? Вы хотите меня остановить? Здесь, на Лутанге?!

— Вовсе нет. Я — Смотрящий, но не Ведущий. Дракон Тун — проект империума, а не Народа. Хотите покончить с ним-прошу! Любопытно будет посмотреть. Но вы с Туонгом совершаете серьезную ошибку. Вы готовитесь к войне с призраком.

Дракон Тун, тот, самый настоящий, умер двадцать лет назад. Не пережил очередного покушения.

На Лутанге с тех пор правит тайное правительство. Это не только члены госсовета, но также и иные неприметные господа. Дракон Тун — только вывеска. Рекламный щит. Пустышка. Один из десятка двойников. Виртуальный образ. Человек которого нет.