Там высоко, высоко (СИ) - Варко Эн - Страница 2

— И когда я смогу поговорить с ним? — Денди был сама любезность, но каждое его слово вызывало внутреннюю дрожь.

— Зачем разговаривать? — не дала мне ответить Лис. — Пусть эта особа вернет деньги, и дело с концом. Лоран, дорогой, какой ты, право, еще ребенок! Разве можно что-либо покупать в столь сомнительных заведениях?

Она тесно прижалась к молодому человеку, но тот не обратил на девушку внимания. Я попыталась открыть книгу, и она поддалась. Это было очень добротное издание, на прекрасной бумаге, с чудесными иллюстрациями… но самое обычное. С первой картинки мне улыбалась девушка, такая же рыжеволосая, зеленоглазая, как и я. Только с обычными ушами и прозрачными как у стрекозы крылышками за спиной.

— Боюсь, разговор с мистером Бесоном вас разочарует. — Я захлопнула книгу и почувствовала, что начинаю злиться. — Эта книга уже не подлежит возврату.

— На каком основании? — вкрадчиво осведомился Лоран.

— На основании здравого смысла, милорд. Вы пользовались ею, и она утратила волшебство…

— Какое волшебство? — опять встряла девушка. — Лоран, что за глупости она несет? Какое волшебство?!

Но тот опять проигнорировал свою спутницу.

— Или вы скажете, что и пыльцы никакой не было? — перешла я в наступление.

— Частично. Я не смог разглядеть в подробностях ритуал обращения фей в волшебные цветы.

— Лоран, феи вымерли. Их нет! Соответственно, и ритуалы с ними связанные, теряют всякий смысл. Это глупейшая книга, — топнула разозленная невниманием жениха девушка. — Милочка, если ты немедленно не вернешь деньги, я буду вынуждена обратиться в полицию.

— Описание ритуала много места занимало? — я решила не обращать на истеричку внимания.

— Одну страницу. А что?

От испытывающего взгляда Лорана меня пробрал озноб. Словно он узнал нечто компрометирующее меня. А такого не могло быть, потому что не могло быть никогда. Я вздернула подбородок и заученно отбарабанила (вот уж никогда не думала, что мне так скоро пригодится нуднейший курс юридического права, который я сдала летом):

— Согласно закону о правах потребителей, вы можете потребовать деньги назад, если количество бракованных страниц превышает один процент. В этой книге (я заглянула в ее конец) — 1025 страниц, а, по вашим словам, бракованная лишь одна…

Пока выдавала эту тираду, разнервничалась ужасно. Особенно нервировал марш, который девушка принялась выбивать по столешнице. Пальцы у нее длинные с аккуратными, не в пример моим, ноготками, а на одном из них перстень. Из тех, которые лишь адепты смерти носят: с огромным аметистом и магическим огоньком внутри. Мне не повезло разговаривать с некроманткой. Кстати, по-моему, я ее где-то видела. Да и денди, при здравом размышлении, тоже. Причем не только в нашей лавке. Скорее всего, в университете… Вот не случайно мистер Бесон пенял, что у меня отвратительная память на лица. Это непростительный недостаток для продавца. Да и для магодизайнера, которым я мечтала стать, тоже. Клиента нужно помнить и чтить как родную маму или отца.

— А ведь я тебя знаю, — вдруг сказала Лис. — Ты дотациошка с третьего курса.

— Уже с четвертого, — машинально поправила я.

Вообще-то я училась на факультете магических искусств. Он выпускал магоискусников самых различных направлений. Студенты впоследствии становились косметологами, модистками, парфюмерами, ювелирами, дизайнерами. И пусть эти профессии не самые денежные, зато всегда востребованные, а главное, освоив одну из этих специальностей, вместе с дипломом можно было получить вольную и статус полноправного гражданина королевства. Собственно, ради таких, как я, факультет и организовался, а спонсировала обучение сама Королева Илрисс Светозарная. И так как далеко не все хозяева были готовы вкладываться в своих рабов, многим из нас приходилось усиленно работать, чтобы оплатить учебу. Поэтому по университетскому городку большинство из нас не ходило, а ползало, засыпая на ходу. Студенты с других факультетов над нами посмеивались, но больше всего нам доставалось от некромантов. Они и придумали для нас эту обидную кличку — «дотациошки».

«Закрою магазин пораньше и куплю себе пирожное, — решила я. — Нет, два пирожных». После сегодняшней беседы одного будет недостаточно. Я слегка улыбнулась, представив, как разожгу камин, заберусь с ногами в кресло. В одной руке ароматный кофе, в другой хрустящая трубочка с моим любимым мятным кремом…

— Короче так, нищебродка, — прервала мои мечтания девица, — или ты сейчас забираешь назад книгу, или я посылаю запрос в миграционную службу о наличии у твоего хозяина лицензии на использование труда эмигрантов. Ты какой расы? Можешь не отвечать. И так вижу по ушам, что Эльфозиана. А чтобы простому лавочнику разрешили иметь в услужении эльфийку — это нонсенс.

Я не знала, есть ли у мистера Бесона лицензия на меня. Никогда не задумывалась над этим. Но сделалось вдруг страшно. С миграционной службой шутки плохи.

Ее появление связано с историей дьюингов, к которым относился мой хозяин. Изначально эти людские племена ютились на каменистых землях в Горах Отчаяния, что на северо-западе нашего континента. Дьюинги не жили, а выживали. И дело было не столько в суровом климате, сколько в том, что их окружали завистливые и кровожадные соседи. Так продолжалось до тех пор, пока двенадцать вождей-магов не объединились, избрав свою первую Королеву — Ириду Грозную. В ходе кровопролитных войн королевство быстро расширилось, а непокорные народы были укрощены. Правда, не все. Орки, гномы и эльфы, например, оказались практически стерты с лица земли. Восемнадцать лет назад рухнул последний оплот сопротивления не-людей — грозный Эльфостан. Все взрослое население погибло. В живых остались лишь младенцы в возрасте до трех лет. Их решили пощадить и распределили среди наиболее зарекомендовавших себя в борьбе с не-людьми ветеранов. Цель прежней королевы была благородной: попытаться восстановить популяцию не-людей, но воспитать из них мирных граждан Королевства дьюингов, без былой агрессивности. И так как на содержание таких, как я, выделялось хорошее пособие, разобрали детей охотно. Впоследствии, если у воспитанника обнаруживались магические способности, то ему предоставлялась возможность приобрести магическую специальность, а его хозяин получал приличный бонус в виде королевской премии по окончанию его воспитанником высшего заведения. Такая политика привела к тому, что нелегальный рынок продажи детей инородцев расцвел буйным цветом. Пираты, не боясь штормов Океана Скелетов, бороздили его грозные воды в поисках заселенных не-людьми земель. И хоть у островитян магический дар практически отсутствовал, охотников стать их хозяевами было предостаточно. Тем более что предприимчивые работорговцы научились подделывать королевские лицензии. Это позволяло нечистоплотным хозяевам получать государственное пособие на своих воспитанников вплоть до их совершеннолетия. Для борьбы с мошенниками и создали миграционную службу. Методы этой борьбы были весьма суровы: вплоть до тюремного заключения хозяина с полной конфискацией имущества и умерщвлением его питомца.

Поэтому я скрепя сердце вытащила из сейфа бархатный мешочек, где лежали вырученные за книгу деньги.

— Пересчитывать будете? — угрюмо поинтересовалась я.

Лис открыла рот, но Лоран опять перебил ее:

— Нет. Но разговор, как понимаешь, еще не закончен.

Он несколько раз подбросил мешочек, слушая звон златонов, а потом галантно предложил своей спутнице локоть.

— Ну, двигаем громить ювелирную лавку, дорогая?

Они ушли, а я заглянула в кассу. Там лежал десяток медняков и три сребрала. Похоже, пирожного мне сегодня не видать. Расстроившись, я раскрыла злосчастную книгу о феях, поспешно перевернула первую страницу, где на меня с безмятежной улыбкой смотрела фея, а на следующей прочитала:

«Феи — один из самых бесполезных народцев на земле. Их магия направлена на то, чтобы кружить голову мужчинам. Невоздержана, как фея — худшего оскорбления нельзя нанести эльфийке…»