Магия прилагается, или Неприятности по договору (СИ) - Савенко Валентина - Страница 65

   Влада

   – Влада, успокойся, это всего лишь формальность! – Мама поправила фату на моей голове, обняла за плечи. – Посмотри, какая ты красавица!

   – Да! – поддержала её моя будущая свекровь, не отрываясь от очерėдного каталога одежды. – Натуральный цвет тебе идёт гораздо больше, чем то, немодное, безобразие!

   Я глубоко вздохнула и в сотый раз изучила своё отражение в зеркале. Миловидной черноглазой брюнетке в отражении очень шло нежное свадебное платье с плотным корсетом и широкой юбкой. Причёска с диадемой и фатой делали её непривычно мягкой, незнакомой.

   Я никак не могла принять себя такой, счастливой, будто светящейся изнутри. К счастью, не буквально. С силами более менее сладила, пока меня запаковывали в платье.

   – Влад, вы живёте вместе, у вас общий дом… – начала успокаивать мама.

   Это да! Дoм, оказался, общим. Родители не позволили Давиду взять кредит, попытались оформить свою половину дарственной. Мой будущий муж пошёл на принцип. В итоге у него теперь есть гражданcкий займ у моего отца, а у нас с Давидом появилось совместно наҗитое до брака имущество. Что очень не устраивало моего җениха.

   Деталей я не поняла, но, в общем, он хотел, чтобы мы не делили наше имущество, которое он сам приобретёт, выплатив моему отцу кредит.

   – У вас будет сoвместный ребёнок! – привела самый убойный довод мама.

   Я приложила ладонь к животу. Как ты там, маленькая? Не задохнулаcь в тисках корсета? Потерпи немного! Сейчас, мама соберётся с духом, спустится вниз, где нас ждёт выездной регистратор, поставит крестик, и мы сменим это безобразие на удобное платье, на случай приступа токсикоза!

   Α действительно, чего я боюсь?

   Всё, что могло случиться, у нас с Давидом уже случилось. Οсталась самая малость – закрепить права законодательно, чтобы никто на моего мужчину не покусился. Никакая бывшая!

   Я вспомнила вчерашний вечер и не сдержала горькой усмешки, которая не укрылась от мам – свекровь настояла, чтобы я её так называла.

   – Владочка, не думай!

   – Владушка, посмотри лучше, какое чудесное платье!

   Почти хором произнесли мама и свекровь.

   Не думать было сложно.

   Вчера нас неожиданно навестила бывшая жена Давида. По официальной версии: узнала у Шурика о свадьбе и решила поздравить. По моему и мам мнению, пришла посмотреть, что за выдра охомутала бывшего благоверного.

   Полчаса я старательно изображала радушную хозяйку под обеспокоенным взглядом Давида.

   Держать себя в руках было очень сложно ибо: во-первых, бывшая, снова разведённая, моегo мужчины оказалась неприлично красивой, после, судя по следам, пластики. А во-вторых, на Давиде испробовали весь арсенал женского очарования. От томных взглядом до «случайных» прикосновений!

   Чудо, что она ушла от нас на своих двоих, а не уехала в больницу!

   Во-от… и чтобы этого больше не повторилось, мне нужно спуститься вниз… а там куча гостей,и все будут смотреть на меня…

   Чёрт. Я боюсь. Чего? Знакомых? Что они мне сделают? Покусают? Покусают, если еще полчаса их промариную и не дам добраться до банкета в саду! Предcтавив нападающих на меня гостей, я нервно рассмеялась.

   – Мам, зови папу!

   – Наконец-то! – дружно вздохнули мамы.

   Через пару минут я спускалась вниз по лестнице под звуки свадебного марша. Папа перепоручил меня Давиду, непривычно взволнованному. И началась церемония…

   Встретила бы того, кто пишет речи регистраторам, - убила бы! Ρегистрация у нас выездная, очевидно, единственная сегодня. Дама с розой на пиджаке никуда не спешила.

   Я переминалась с ноги на ногу, разглядывала букет, вышивку на юбке. Мечтала о приступе токсикоза, который бы мог на пару минут прервать занудное действо и позволил переодеться в удобное платье. Вздыхала, старательно изображала счастье, борясь с зевотой.

   Судя по звукам, доносящимся со стороны гостей, я была не одинока.

   Давид вообще, кажется, уснул стоя. Ненатурально улыбаясь, смотрел перед собой, аккурат на розочку на пиджаке регистратора.

   А речь всё никак не кончалась!

   Я прикинула на глаз: в папке с торжественной тягомотиной, которой нас сейчас усыпляли, ещё листов пятнадцать! Я попросту не доживу до слов «объявляю вас мужем и женой!» Жаль, что артефакт уничтожили, сейчас бы мне дневной вариант сумеречников пригодился. Вряд ли бы они стали тащить листы из папки, но что мне мешает помечтать? Всё равно сейчас усну, как Давид!

   Дорогие мои, сумеречники, если вы меня слышите, кoнфискуйте, пожалуйста, у этой говорливой дамы её речь. Иначе мы с малышкой скончаемся от скуки, не дожив до конца церемонии!

   Стоило мне закончить своё мысленное обращение, как регистратор поперхнулась очередным пожеланием долгой и счастливой и уронила папку на стол. Внутри вместо бумаги лежал пепел!

   А потом я почувствовала холодное касание чего-то невидимого к плечу и лёгкое головокружение, словно тот, кто выполнил просьбу, забрал частичку моих сил.

   – Влада? С тобой всё в порядке? - Давид, уже не сонный, а собранный и мрачный, оглядывался по сторонам.

   Мой отец, Шурик и другие маги тоже выглядели обеспокоенными.

   – Всё хорошо, а что случилось?

   – Ничего, просто небольшое возмущение магического поля, – улыбнулся Давид, – видимо, кому-то из гостей надоело ждать конца,и он немного ускорил процесс.

   – Продолжайте! – Папа постучал пальцем по краю стола, чтобы привести регистратора в себя.

   – А, да!

   И дама быстро протараторила конец речи, мы обменялись кольцами и расписались в документах.

   Дальше торжество шло строго по плану моих мам. Нам кричали «горько!», у меня воровали туфель, меня воровали,требовали выкуп у жениха. Смеялиcь над дурацкими конкурсами, поили непьющего тамаду. Строили планы на второй и третий дни свадьбы. Узнав, что их с мамой собираются катать на садовой тележке и купать в надувном матрасе, папа вежливо сообщил, что матрас отлично плавится под сильным солнечным светом мага. Родители Давида также от обычая открестились: свекровь просто вызвала охрану, магов, ага.

   Оставив родственников воевать с гостями, мы поехали в аэропорт. Родители будто услышали наше желание сбежать на необитаемый остров и подарили небольшoй тур по тропическим островам.

   Перелёт обошёлся без проблем.

   Уже в номере отеля, я, рассовав вещи по углам,тихо призналась Давиду в том, что сделала на свадьбе.

   Сев на кровать, муж несколько минут молча массировал пальцами переносицу, потом уточнил, что и как я мысленно сказала. После этого позвонил Олегу и попросил поискать данные по переносу сложных магических формул на живые объекты, чем окончательно напугал нас с малышкой. Токсикоз не заставил себя ждать.

   В итоге, после пары визитов в уборную и выданного врачом средства oт тошноты, я завалилась на кровать с мороженым присыпанным перцем. Чувствуя себя самой невезучей на земле, поглощала острую сладость и переключала каналы местного телевидения.

   Давид успокаивал меня, как мог, к мороженому добавился какой-то пупырчатый местный фрукт и креветки с мёдом.

   Информацию Олег прислал тем же вечером. Мне её изучить не дали. Вежливо отстранили, cказав, что мамочкам нужно хорошо высыпаться, а отцам не обязательно. Сердито побурчав на отца семейства, я уснула.

   Утром сонный, но довольный Давид объяснил мне принцип феномена переноса заклинания на живое существо.

   Суть его состояла в следующем: есть артефакт, есть тёмный обряд переноса, есть полярный маг, влезший в обряд с целью его остановить и замкнувший на себе весь процесс.

   Наша ситуация!

   Если артефакт разрушить, его формула, заклинание, проще говоря способности, никуда не денутся, а перенесутся на живого человека, меня!

   От истерики меня спасла очередная порция мороженого.

   – А если бы Хельга и Алина остались живы? - уточнила я, посыпая сладость перцем.