Печать Тора (ЛП) - Лёвенштейн Карола - Страница 42

— Именно, — подтвердил Адам. — Будем постоянно поддерживать контакт, и только когда Торин подаст вам сигнал, вы вернётесь через проход у Сибилл.

— Всё будет хорошо, — успокоила я. — Если нам не повезёт, то Морлемы не появятся, и вся подготовка была напрасной.

— Я в это не верю, — ответил мрачно Адам. Затем посмотрел на часы. — Вам пора.

Лоренц кивнул и ещё раз крепко обнял Этьена.

— Удачи, — пожелала я, а затем они с серьёзным выражением лица вышли на улицу.

Уже вечерело и потихоньку начинало темнеть. Выпало много снега, погрузив город в белый цвет Рождества.

Адам запер за ними дверь и посмотрел на часы.

— Я всё ещё не могу поверить в то, что мы действительно это делаем.

— Это не опасно, — стоически повторила я. — Мы уже разыграли все возможные ситуации. Даже Торин, в конце концов, одобрил план.

— После того, как мы кардинально его изменили, — напомнил Адам. — И только потому, что Ширли рьяно встала на твою защиту и каким-то образом обвела Торина вокруг пальца.

Я ухмыльнулась, когда одевала куртку и накидывала на плечи рюкзак.

— Ты же знаешь, что Ширли всегда смотрит на такие вещи прагматично.

Адам вздохнул.

— Надеюсь, вы окажетесь правы, и мои опасения беспочвенны, — он одел свою кожаную куртку и натянул на голову шапку. — Я пойду сейчас вперёд. Ты последуешь за мной через пять минут. Если там что-то не так, я предупрежу тебя, и ты пройдёшь мимо туристического бюро госпожи Трудиг и направишься к бабушке в Каменный переулок. Без тебя не будет никаких Морлемов, а без Морлемов никакой опасности, ясно? — он строго посмотрел на меня, и только когда я кивнула, он в последний раз нежно чмокнув меня в губы, вышел из дома в Глиняном переулке.

Ровно через пять минут я ещё раз проверила, что мой кинжал из раниума хорошо спрятан на теле, затем одела шапку и последовала за Адамом. Пока шла по заснеженным улицам, засунув руки глубоко в карманы куртки, чтобы они не мёрзли на морозе, я ещё раз напомнила себе, зачем всё это делаю.

После исчезновения Лидии я была решительно настроена сделать хоть что-то, чтобы вернуть её. Возможно, это решение ослабело бы спустя несколько дней после того, как Адам и Торин не переставая уговаривали меня, пытаясь убедить, что это не верный путь. И я поддалась бы их убеждениям сделать что-то менее опасное. Но когда я на следующий день после исчезновения Лидии встретила в доме в Каменном переулке бабушку и Леандро и увидела отчаяние в их измученных лицах, я поняла, что не могу свернуть с выбранного мной пути. Другого выхода не было.

Леандро понадобилось несколько дней, прежде чем он вообще смог снова со мной заговорить. Он закрылся в своей комнате в Каменном переулке, никого не желая видеть и ни с кем говорить.

С Жизель и Филиппом никто из нас не смог связаться, и это ещё больше обременяло Леандро. На третий день я пошла к нему, села рядом и рассказала всё, что узнала от Гюнтера Блюм о печати Тора и тайном обществе, к которому, по-видимому, принадлежал и Филипп. Затем рассказала ему также о плане, который лелеяла и с помощью которого надеялась выяснить, где прячется Бальтазар.

Когда я закончила, Леандро ещё некоторое время молча на меня смотрел, затем встал и в его взгляде я увидела такой гнев, который был слишком хорошо мне знаком.

— Независимо от того, что ты собираешься предпринять против этого преступника, — сказал он ледяным голосом, — я в деле.

Было похоже на то, будто я своими словами указала Леандро путь, и он смог преодолеть шок. Так же, как и я, он теперь направлял свой гнев и отчаяние в подготовку нашего плана. Он изучил карты, в поисках подходящих укрытий, чтобы спрятаться в окрестностях рядом с Сибиллами.

Нам нужны были такие места, откуда можно было следить за окрестностями, чтобы точно определить, из какого направления появятся Морлемы и куда потом улетят.

Он все уши прожужжал Ленноксу, что лучше всего сможет одолеть Морлемов, если будет сражаться с ними с помощью стрел и лука. Но для этого ему нужны наконечники стрел из раниума. Но даже Рамон и Леннокс не смогли достать так быстро такие необычные вещи.

Неторопливо, будто собираюсь этим ранним вечером кое-что сделать для предстоящего первого воскресенья Адвента, я свернула на рыночную площадь и прогулочным шагом прошла мимо пешеходов к туристическому агентству госпожи Трдуиг.

Даже если до сих пор я всегда была сосредоточенной и пыталась отогнать все сомнения, теперь я явно почувствовала, как растёт возбуждение. Про себя я надеялась, что всё действительно пройдёт по плану, как я всегда всех уверенно заверяла.

— Привет Сельма, — удивилась госпожа Трудиг, когда я вошла в туристическое агентство.

Она сидела за своим письменным столом, и на ней была одета захватывающая, переливающиеся кофта, которая незаметно отвлекала от её полноты. Она, нахмурившись, посмотрела на меня.

У меня возникло подозрение, что ей может показаться странным, что после Лоренца, Этьена и Адама появилась и я. Две пожилые дамы стояли возле стойки с проспектами о тропических круизах и дружелюбно мне кивнули, когда я подходила к госпоже Трудиг.

— Здравствуйте, госпожа Трудиг, — ответила я на приветствие.

— Куда ты собралась направиться сегодня? — спросила она, складывая несколько проспектов на своём столе.

— К Сибиллам, — ответила я тихо, потому что не знала, являются ли две дамы, как раз разговаривающие о карибском круизе, магам или нет.

— Ага, значит тоже к Сибиллам, — ответила тихо госпожа Трудиг.

С одной стороны это подтвердило моё подозрение о том, что обе дамы не являются магическими гражданами, а с другой явно показало, что госпожа Трудиг и впрямь считает странным, что ей опять нужно послать кого-то к Сибиллам.

— Скоро будет выпускной бал, — сразу сообразила я, что сказать. — Очень сложно решить, с кем туда пойти, а с кем лучше не стоит. Мне срочно нужен совет, да и не только мне.

Госпожа Трудиг одно мгновение задумчиво на меня смотрела.

— Значит выпускной бал, — наконец протянула она, так, будто только что прозрела. На её губах появилась улыбка. — Конечно. Я уже удивлялась, кому только сегодня не нужно к Сибиллам.

— Да именно выпускной бал, — повторила я, когда госпожа Трудиг взяла деньги, а затем провела меня в заднюю комнату к двери под номером 27 и пожелала удачи в принятии решения. Наше поведение действительно было настолько подозрительным? В конченом итоге через эту дверь прошли только Лоренц, Этьен, Адам и я.

Чтобы не привлекать внимания, другие специально прошли через проход в доме родителей Адама. Мы выбрали день для нашей миссии, когда родители Адама уехали в Австралию, чтобы изучить возможности расширения бизнеса на этом континенте.

Когда госпожа Трудиг снова исчезал в своём туристическом агентстве, я прошла через дверь и вскоре оказалась на зелёном лугу. Передо мной стоял выпуклый, загадочный и хрупкий цветочный дом Сибилл. Вопреки статике он был похож на цветочный кокон, от которого исходил соблазнительный запах роз и сирени.

Внимательно осмотревшись, я увидела, что я не одна. Передо мной стояли две молодые девушки, которые о чем-то шептались и, кажется, ждали, когда освободится дом Сибилл.

Я встала за ними в надежде, что они быстро зайдут и также быстро исчезнут. Что, если Морлемы, которых я приманю, похитят этих девушек?

Я нервно огляделась и уставилась на ясное небо.

Мне хотелось прекратить страдания, а не вызывать новые.

Я решила оповестить Адама. Он прятался где-то недалеко и внимательно следил за всем.

«Что мне делать с гражданскими?» — нерешительно спросила я.

«Подожди еще», — спокойно и сосредоточенно ответил он. «До сих пор Морлемам нужно было несколько часов, чтобы оказаться рядом с тобой. Они появляются издалека, и, чтобы добраться, им нужно время. Веди себя спокойно и не привлекай внимания. Ты посещаешь Сибилл, как делают многие девушки. Играй свою роль, как договаривались. Если я замечу что-то необычное, мы сразу же прекратим операцию.»