Академия Тьмы и Хаоса. Книга 2 (СИ) - Масалова Екатерина Александровна - Страница 31

— Ну еще чуточку! — напряжено выдохнул светлый асейра.

— Эмили! — выкрикнул Гэлеас.

Но было уже поздно. Светлый прорвался и утянул меня за собой.

— Стой!

Я повисла на руке светлого не дав ему проломить череп проклятой светящимся атералом.

— Грр! Темная не мешай! Сейчас дракон тебе не поможет.

— Эмили, не мешай ему, — гневно из-за барьера потребовал дракон.

— Пусть делает что должен, — заговорила проклятая.

— Вот видишь, она сама не против, — обрадовался светлый.

— Да, что ты такое говоришь? — ахнула я.

— Темная, ты как асейра должна беспрекословно исполнять приказы своих защитников, — разъяснил и напомнил мне светлый.

А да нечто подобное мне уже приходилось слышать. Защитник приказал убить — убей.

— Нет, — твердо проговорила я. — Это защитники приказали тебе убить Лиэль? Это твои защитники, а точнее защитница Ирира виновата в ее проклятии.

— Лиэль? — в черных глазах вспыхнул гнев.

— Причем здесь она? — нахмурился дракон.

— Совсем не причем, — горько прошептала я.

— Ты наивная дурочка, — светлый стряхнул меня как надоедливую букашку. — Я знаю, что Эмили Вайл росла под присмотром папочки, так что ты можешь знать о жизни?

— Может, я и мало знаю, — прошипела я, поднимаясь с пола. — Но становиться убийцей я точно не стану!

— Не зарекайся, рыбка, — Гэлеас криво усмехнулся.

Ни та канувшая в Лету влюбленная жрица, ни ее дочь ничего плохо не сделали светлой защитнице Ирире. И теперь она посылает асейру, чтобы он устранил то, что она натворила.

— Убей меня, — тихо просит проклятая. — Накопившиеся проклятие сжигает меня. Мать, бабка, прабабка сопротивлялись проклятию и умирали при родах. Проклятие проявляется в детстве, на каждое проявление светлой магии тебя словно сжигают изнутри. Я не могу так больше жить.

— Как тебя зовут? — спросила я, представляя жуткую жизнь на светлом материке.

— Сирша.

— Но ведь выход должен быть, его не может не быть, — взмолилась я.

— И я ей его сейчас укажу, — взбесился светлый.

Атерал сверкнул. От него повеяло опаляющим жаром.

— Нет!

— Эмили!

Не разбираясь, я зачерпнула силы темных защитников. Три из них проникли в мое тело, три остальных стремились это сделать. Шесть сил я не смогу выдержать. Но именно шестью силами я не позволила светлому асейре сделать свое черное дело.

Двенадцать сил и одна несчастная девушка. В разные стороны устремилась волна, сметающая все на своем пути. Дракона впечатало в стену, и продолжала впечатывать в нее.

Он пытался ее убить, я защитить. Противоборствующие силы и желания разрывали проклятую на части. С треньканьем рвались узы, связывающие ее с бездной. Нет больше круглого зала, нет и подвала под башней паладинов. Есть огромная яма, из которой изливается во все стороны волны магии.

— Эмили, — прохрипел Гэлеас.

Я чувствовала как каждая магические волны, накатывающие на него, медленно убивают дракона. Может в своем истинном обличии они были бы ему нипочем, но человеческое тело слишком хрупкое, чтобы такое выдержать.

— Гэлеас…

Осторожно по одной отпустила силы.

— Что понимаешь, что против меня тебе не устоять, — усмехнулся светлый.

— Понимаю что если бы не мое состояние и дракон ты так просто не отделался бы, — зло бросила я.

— Эмили, ты как?

Между мной и светлым из облака темноты появился Мрак. Бросил презрительно-предупреждающий взгляд на светлого. Тот буркнул:

— Не сегодня.

И исчез в белой вспышке.

— Уф! — выдохнул Гэлеас и как по горке скатился по стене вниз.

— Вы справились с бездной? Элмарас, у меня не получилось, я не смогла защитить Сиршу! — заревела я.

— Не у тебя, а у вас все получилось.

Мрак притянул меня к себе, гладил по волосам и ждал, когда я проревусь.

— Это как? — шмыгнула я, размазывая по лицу слезы и грязь.

Из-за остаточной нашей магии и появления Элмараса ни я, ни светлый не заметили свернувшуюся калачиком обнаженную девушку. Мрак накрыл ее своим плащом.

— Пусть думают, что она не выжила.

И он исчез вместе с так и не очнувшейся девушкой.

— А про Бездну он так ничего и не сказал.

— Эмили, идем, тебе нужен покой.

Гэлеас принял свою истинную форму. Я, кое-как пошатываясь, взобралась по крылу на спину. Рывок. Прикрываю глаза, чтобы не попал мусор.

С дракона открывался удручающий вид на Илтон. О том, что здесь когда-то был город, напоминали только дворец, шесть храмов защитников и кое-как уцелевший порт, да городская стена. А там притихший пригород. Какие там люди даже собаки попрятались.

— Ну хоть что-то уцелело, — вздохнула я.

Проклятую-то победили, а вот бездна так легко сдаваться не собиралась. И сражение вышло за пределы нашего мира.

Черные ломаные трещинки прорезали яркий чистый голубой небосвод. Они ширились в стороны, преобразуясь в дыры заполненные темнотой, они поглощали солнечный свет. В это тьме взрывались, скручивались, зажигались и гасли мириады огней. Завороженная игрой света я едва не смерзлась с дракона.

— ВОН АРНА.

— А?

Заложив вираж, Гэлеас приземлился.

Ведьма и ее фамильяр лежали бессознания, а Киарта нигде не было.

— Его нужно догнать! — разозлилась я.

— Остынь, — проговорил дракон, приняв человеческий облик. — Он уже далеко, поди.

Вопреки своим словам я не побежала никого догонять и склонилась над ведьмой.

— Арна, очнись, — потрясла я.

Мерное дыхание говорила, что она и Леил просто спят.

— А? — ведьма открыла заспанные глаза, но уже через секунду они вспыхнули колдовской зеленью. — Смылся, гад!

— Не тебя одну, — хмуро бросил Леил. — Если он только попадется мне на глаза…

Я невольно посочувствовала своему фамильяру.

— А это что? — ведьма заметила как разрушается наш мир. — Так они его не спасут, а добьют.

— Плохо дело, — оценил змейкин. — Бездна по максимуму воспользовалась проклятой.

— И как теперь быть? — я и Арна посмотрели на парившего между нами фамильяра.

Ответом на наш вопрос стал столб света. Он был не таким большим и ярким как у защитников. Светлый асейра подпитывал, а точнее светлые защитники брали свою силу из него.

От хоровода белых светлячков уже кружилась голова. Трещины медленно, но верно затягивались. Из самой большой дыры брызнул разноцветный свет. А когда перестали плясать перед глазами алые круги — все исчезло.

— Это что все? — непонимающе спросила ведьма.

— А что ты хотела? — насмешливо фыркнул дракон.

— Ну я думала…

Голос ведьмы становился все тише, меня все больше укачивало на «волнах», пока меня окончательно не снесло.

— Эмили…, — прозвучало уже где-то далеко.

Эмили, Эмили, Эмили — настойчиво звали меня на разные голоса.

С огромным трудом открыла глаза. Надо мной склонилась Эрмиэн.

— Мы уж думали, что потеряли тебя, — на бледных губах появилось подобии улыбки.

— Потерпи еще чуточку, — попросил рядом стоя стоящий Элмарас.

Нет шевелиться, нет сил, говорить. Я лежала, а вокруг меня были мои темные защитники, а вокруг темнота.

Жжение, боль выкрутила суставы, изгибаюсь в крике и распахиваю глаза.

Нет боли, но и нет защитников. Я лежу, надо мной возвышались стебли из позвонков, соцветия из черепов и руки веточки. Тело помнило и ждало недавнюю боль, но ее все не было.

Костяные стебли стукались соцветия черепушек. Но я очень скоро перестала обращать на это внимание пробираясь вперед. Костяной лес кончился как-то внезапно. Шаг и вот я уже в степи. Поникшая жиденькая травка, настолько грязная, что определить ее цвет не представляется возможным.

Я чувствовала что там, в костяном лесу была магия Вараэ, здесь же магия Пустоты — Деаса. А где остальные защитники. Сзади лес Смерти, вперед простирается степь Пустоты. Подняла голову, надо мной колыхалось черное море. Ясно Мрак и Тьма. Остались только Хаос и Разрушение. Иду вперед. Внезапно под ногами появилась тонкая нить тропки. Она привела меня к скалистому пляжу, а дальше было море жидкого серебра силы Хаоса. Тропинка вилась также между огромных валунов вдоль берега, иногда спускаясь к самой кромке «воды». И вот я уже снова в лесу. Мрачный и хмурый, едва только ступила под его сени, как оказалась в непролазной чаще. В темноте что-то поблескивает. Нагнулась, счистила землю. Цепи. Те самые цепи Киарта.