Коварные умы (ЛП) - Жермэн К. Ф. - Страница 49

— В этом парке есть хорошие маршруты, — сказал я, доставая с заднего сидения флисовую кофту.

Сидни улыбнулась и отстегнула свой ремень.

— Постой, — сказала она, порывшись в своей футболке. — Отлично, мой перцовый баллончик при мне. Кто знает, что там в лесу. Там могут водиться медведи.

Скрепя зубами, я вышел из машины. Как я мог забыть о грёбаном перцовом балкончике?

— Мне, вероятно, следует оставить записку. — Я начал рыться в своей сумке. — Смотрители парка хотят знать, когда люди идут здесь в поход. Ну, ты понимаешь, кто они и когда начали маршрут. — И чтобы они смогли найти моё тело, когда Зловещая оглушит меня перцовым баллончиком и столкнёт со скалы.

Чёрт. На этом маршруте есть обрыв, она может инсценировать всё так, что будет выглядеть как несчастный случай. Я написал краткую записку, упомянув, что все несчастные случаи, имеющие отношение к скалам, это на самом деле не несчастные случаи и их нужно тщательно расследовать, и засунул её под дворник.

— Вот, давай я оставлю номер своего телефона. — Сидни подошла к записке, но я покачал головой.

— Я уже оставил там оба наших номера, красотка. Не утруждай этим свою прекрасную головку.

— Прекрасную головку? — Сделав круглые глаза, она вскинула голову, говоря мне, что её это не развлекло. — Мне не нравится, когда ты начинаешь сыпать комплиментами, Грей. От этого я нервничаю. А у меня есть причина нервничать?

— Не-а, конечно нет. — Я схватил её за руку и потянул к началу маршрута. — Теперь расскажи мне, почему ты выбрала Грея Питерса, чтобы потерять с ним девственность?

— Ну, во-первых, мне понравилось, что ты не говорил о себе в третьем лице, как большинство качков, — сказала она, качая головой.

— Извини, скажи, почему ты выбрала меня.

— Потому что ты был честен.

Я посмотрел на вершины хвойных деревьев, ожидая, что Бог сбросит ветку на мой толстый череп.

Я честный.

Я честно был в двух секундах от того, чтобы наделать прямо в штаны. Сидни считала меня хорошим человеком и возненавидит, когда правда всплывёт наружу. Что и случится, как только мы найдем безопасное место на поляне, где мы сможем сразиться с ней, и где я первым делом смогу отнять её перцовый баллончик.

— Это Ангел смерти, — прокомментировала Сидни, указывая на скопление высоких белых грибов на стволе ели. — Они убьют тебя. Ага, смерть наступит из-за отказа печени в срок от шести до десяти суток после употребления. — Она повернулась ко мне лицом, идя спиной по тропе. — Мне известны все ядовитые грибы в лесу. Папа научил меня и Джека. Первые симптомы – диарея и рвота. Потом бредовое состояние и припадки. Потом впадаешь в кому и умираешь, — сказала она с ослепительной улыбкой.

Я добавил зону, свободную от грибов, к быстро растущему списку того, что не должно быть в зоне доступа, когда сообщу новости Сидни.

Глава 39

Грей продел пальцы в петлю ремня моих штанов и притянул меня к себе. Обняв меня за плечи, он прошептал мне на ухо:

— Сидни, я привёл тебя сюда, чтобы кое-что сказать.

Любовь.

Он собирался признаться мне в любви. Но что было ещё более нереально, я думала, что была готова сказать ему то же самое в ответ. Мой друг, но и мой товарищ, а теперь единственный человек, которого я хотела видеть рядом по ночам.

Он заставлял меня смеяться. Он заставлял меня усомниться во всем, что думала и знала о людях – особенно о нём. Он был добрым, забавным и ужасным танцором, но он был настоящим, и я думала, что любила его. Так сильно, что, возможно, даже посещу футбольную игру. Нет, не настолько сильно, но очень близко к этому.

Я повернулась к нему лицом, и он опустил глаза на грязную землю леса, пиная открытый корень дерева.

— На знаке говорится, что через полмили будет обрыв. — Я подпрыгивала рядом с ним, пытаясь успокоить нервы. — Может, нам подождать и поговорить там?

— Нет, — быстро ответил Грей, вытирая ладони о свою куртку.

Боже, он так нервничал. Я знала, что будет дальше. Он почти сказал это вчера на ужине и прошлой ночью на пляже. Едва ли в состоянии спать, я всю ночь думала об этом – я любила Грея.

— Я знаю, Грей.

— Знаешь? — Он поднял взгляд на меня, на его лице отразилось облегчение, вернув его щекам их нормальный оливковый оттенок. — О, слава Богу, Сидни.

Он раскрыл свои объятия, и я поспешила в них.

— Я тоже тебя люблю, — прошептала я ему в грудь, и он отодвинул меня, чтобы смотреть мне в лицо. Его глаза блестели, слезились от эмоций. Он собирался сказать мне эти же слова в ответ.

— Сидни, я...

— Вы, ребята, должны уйти. — Смотритель парка, одетый в зелёную униформу, появился позади Грея, и мы оба подпрыгнули. — Маршрут закрыт на сезон для ремонта. Там, впереди, наверху оползень. — Он вытащил лист бумаги из нагрудного кармана. — Я пришёл осмотреть место у скалы, потому что в записке сказано...

Грей вырвал из его руки записку и сунул в свой карман.

— Мы знаем, о чём там говорится, — прошипел он, схватив меня за руку. — Мы уходим. Не заметили знак.

— Я видела, — признала я. — Но следовать правилам не в моем стиле.

Смотритель нахмурился и мотнул головой в сторону начала маршрута.

— Если не следовать правилам, вы можете пострадать.

Грей едва ли разговаривал всю дорогу домой. Я была уверена, что он чувствовал то же самое, что и я, но что-то было не так, и я не могла понять, что именно. Когда я спросила, он просто поднял наши переплетённые руки и положил их себе на колено.

— Что ты хотел мне ответить там, в парке? — спросила я, стараясь не звучать как неуверенная в себе девушка, но именно такой я и была. Мне не нравилось это чувство. Я чувствовала себя открытой и уязвимой. Грей знал о моих чувствах и не сказал ничего в ответ. — Чёрт, я не должна была говорить тех слов.

Выронив его руку, я положила свою обратно себе на колено.

— Нет, Сидни, — сказал он, когда мы въехали в кампус. — То, что ты сказала... было прекрасно. Это было здорово. Я просто не мог сказать то же в отв...

— Почему? — умышленно прервала я, обрывая его слова.

Они были бы смущающими и болезненными, и я тут же пожалела, что открылась. Хоть наши жизни и пересекались последние шесть недель, для такого чувства как любовь было ещё слишком рано. О чём я думала?

Он тяжело вздохнул.

— Не потому, что я этого не чувствую. — Он остановил машину перед моей общагой. — Я должен поговорить с тобой после всей той ерунды, которой ты должна заняться сегодня. Пожалуйста, приходи к моему дому.

— Грей, я не пони...

Грей схватил меня за подбородок и притянул для долгого отчаянного поцелуя. Этот поцелуй был достоин романтического фильма, и я не могла оторваться от Грея. Он тоже не мог, но когда притянул меня ближе, я увидела время на приборной панели.

— Чёрт. Уже полпятого. Я опаздываю. — Вырвавшись из его объятий, я открыла пассажирскую дверь. — Я закончу в десять тридцать, — сказала я, и он выдал мне угрюмую полуулыбку. Я бы с удовольствием подвергла эту улыбку тщательному анализу, если бы не опаздывала на выпуск Сандэй Лэйн.

Я перепрыгивала через ступеньку, спеша в свою комнату. Когда вошла и закрыла дверь, в крошечной комнате было темно, и я шарила рукой по стене, пытаясь нащупать выключатель.

Подождите... Я знаю, он где-то здесь... Всё, что я нащупала, было похоже на клейкую ленту, удерживающую выключатель в положении вниз.

— Привет, — раздался в темноте тонкий безэмоциональный голос, из-за которого моё сердце резко ударилось о грудную клетку. — Очень мило с твоей стороны присоединиться к нам, — сказал голос, а потом в течение, по крайней мере, десяти секунд были слышны попытки что-то включить, а потом ряд проклятий «Чёрт побери!».