Цитадель Теней. Пробуждение (СИ) - Тор Алексо - Страница 16

— Ты новая кагэми, — заговорил Огненный. Казалось, что обладатель голоса находится где-то далеко. Девочка кивнула. — Не прошло ещё и недели, как ты появилась здесь.

Огненный не спрашивал, он утверждал. И с каждым словом, подходил к малышке все ближе и ближе. Она и не заметила, как компания обошла её по кругу, пока не упёрлась спиной в змееподобного, который тут же крепко схватил её за плечи.

— Может ты поведаешь нам, за какие такие заслуги, ты стала тайро? — Огненный протянул руку к лицу жертвы.

— Я не знаю о чём вы… — панические нотки появились в голосе малышки.

— Ты не знаешь только одного — своего места! — с этими словами Огненный наотмашь ударил т'эрку по лицу. Крик боли огласил двор. На бледной коже ребёнка пылал красный след от ожога.

Огненный наклонился к самому уху девочки и прошептал:

— И это только начало…

— Что здесь происходит?!.

Все обернулись на голос. В тени здания стоял старый шшир. Его глаза внимательно следили за собравшимися. Пятёрка кагэми отступила от т'эрки и низко поклонились.

— Октуш Виссен, — не поднимая головы, тихо проговорил Огненный, — мы всего лишь приветствуем нашу новую сестру как среди кагэми, так и среди виа Сацуи.

— Хм-м-м-м-м, — улыбка расплылась на чешуйчатой морде, но глаза остались серьёзными. — Не слишком ли «тёплое»… у тебя приветствие?.. — Огненный нервно сжал кулаки и бросил уничтожающий взгляд в сторону своей жертвы, сидевшей на земле и прижимавшей руки в опалённой щеке. — Ступайте… Я тоже хочу… поприветствовать одну из нас…

Пятёрка кагэми скрылась за зданием. Ящер неспешно подошёл к девочке и, опустившись рядом с ней, приложил свою лапу к обожжённому участку. Юная кагэми дёрнулась в сторону.

— Не бойся… Чешуя этой дряхлой ящерицы… достаточно прохладна… чтобы залечить твой ожог…

Шшир снова положил шершавую ладонь на ожог. Почувствовав лёгкий холод, уносящий с собой боль, малышка успокоилась.

— За что?..

— Кагэми годами… а то и веками пытаются достичь того… что было дано тебе Цитаделью… — поняв, что имела в виду юная кагэми, пояснил шшир. — Многим это стало… не по нутру… Особенно тем… кто делят с тобой виа… — ящер убрал ладонь от лица т'эрки и помог ей подняться. Ожог прошёл. Лишь лёгкое покраснение напоминало о нём. — Ансацу… единственный Октуш среди вас… и он никогда не берёт себе тайро… Так что те… кто претендовали на твоё место… в бешенстве… — Виссен провёл когтистым пальцем по щеке девочки, стирая дорожки слёз. — Наш горячий и пылкий друг… был прав… То, что произошло сейчас… только начало…

***

1 Аллод — осколок мира, дрейфующий в пространстве.

2 Древо Жизни — священный символ фурри.

3 Демеулик — 0 ранг кагэми. Остаточные воспоминания первых кагэми, появившиеся после их гибели.

4 Чисперия — 1 ранг кагэми. Существа, в организме которых пробудились демеулик.

5 Тайро — 3 ранг кагэми. Могут становиться учениками Октуш.

6 Амо — так же как и Октуш является 4 рангом кагэми. Учителя тайро.

7 Халлар — один из виа. Ищейки и проводники.

8 Декен — один из виа. Стражи и воины.

9 Дэне эшекей — метки/татуировки на теле кагэми. Хранят все знания о носителе. Меняются с каждым событием в жизни кагэми.

10 Монады — три древних кагэми, передающие волю Цитадели. Каждая из них является представителем одного из виа.

— Глава 7 —

***

Виссен неспешно подошёл к двери и постучал по дверному косяку. Дверь бесшумно отворилась, впуская в свои чертоги двух кагэми.

— Вот твоя комната… Советую тебе пока… оставаться здесь… дабы более не привлекать столь «тёплые» компании… наших братьев и сестёр… — ящер улыбнулся и пошёл прочь.

Оставленная в полном одиночестве, девочка вошла в свои покои, покинутые всего день назад. Вот только они уже не походили на строгую монашечью келью.

Пол покрывал толстый ковёр из высокого ворса голубого цвета. Крепкая двуспальная кровать со свежезастеленным постельным бельём. У окна стоял туалетный столик со всевозможными баночками и кремами. Рядом расположилось зеркало в позолоченной раме в полный человеческий рост. Платяной шкаф с танцующими на дверцах журавлями удобно примостился у стены, покрытой бежевыми обоями.

Да, теперь комната абсолютно не напоминала старую келью. Перед взором ошеломлённой девочки предстала спальня её умершей матери. Даже воздух в комнате был пропитан лёгким ароматом духов погибшей женщины.

Малышка медленно подошла к столику и подушечками пальцев пробежалась по каждой баночке и пузырьку. Неспешно приблизилась к шкафу и открыла его. Внутри висели платья, но только не те, что привыкла видеть девочка на матери. Каждое из них было соткано из чёрных лент, подобно её нынешним одеждам.

«Все это было и у нас. Только через некоторое время стало так, как сейчас. Это приходит со временем. Когда Цитадель сможет окончательно понять тебя», — вспомнились маленькой брюнетке слова Гебуры.

Девочка подошла к кровати и упала на постель. Мысли одна за другой блуждали в её сознании, но ни за одну из них она не могла ухватиться. Сама не заметив этого, малышка погрузилась в сон…

***

— Тебе не кажется, что мы слишком часто видим её в таком состоянии?

— Она пррросто не выдерррживает давления Цитадели. Скорррро пррривыкнет.

— Своядж, давай я пррросто перррегрррызу ей глотку и пррривыкать не нужно будет?

— Не тлогай Мялгину!

— Не указывай мне, что делать, химеррра!

— Успокойтесь оба!

Звук удара и шум, раздавшегося от падения чего-то тяжёлого, вывел т'эрку из сна полностью. Сцена, представшая перед её глазами, заставила девочку немного улыбнуться.

Харита, в облике химеры, пыталась высвободить рога из платяного шкафа. Несчастный весь скрипел и кряхтел, но кагэми-денром отпускать не желал. Хесед же сидел на обломках, некогда бывших туалетным столиком, и отплёвывался. Весь он, от макушки до кончика хвоста, был покрыт содержимым склянок начиная с пудры и заканчивая дорогими духами. Гебура, стоявший спиной к кровати, собирался уже отчитывать двух кагэми, когда заметил проснувшуюся девочку.

— Как ты себя чувствуешь?

— Не так плохо, как казалось бы, — девочка села в постели. — Что у вас произошло?

— О, ничего серррьезного, — улыбнулся Гебура. — Пррросто эти два кагэми, не отличающие особым умом и сообррразительностью, не смогли договоррриться. Извини за устррроеный беспорядок.

— Ничего страшного. Мне все равно не нравится, как здесь все было.

— Да? — белый фурри скептически осмотрел комнату. Он точно знал, что Цитадель выбирает условия для своих жителей под стать их мыслям и чувствам и никогда не допускала ошибок. Но судя по лицу т'эрки, старая крепость все же иногда совершала оплошности.

— Возможно, потом комната станет под стать тебе, — заключил Гебура

— Возможно, — тихо произнесла малышка.

— Если вы закончили, аргх, свои бессмысленные, аргх, ррразговоррры, то может уже, аргх, поможете нам? — Хесед продолжал чихать. Попытками стряхнуть с себя «ароматный ужас», зверь лишь усиливал его кружение в воздухе.

— Не знаю как вам, но помощь нужна исключительно тебе, — улыбаясь, т’эрка кивнула в сторону денром. Чёрный фурри глянул на химеру и заворчал ещё больше. Огромная Харита освободилась от оков шкафа, вновь приняв облик девочки-кошки. Она заглядывала в дыры, пробитые рогами, и её хвост увлечённо дёргался.

Гебура подошёл к брату и помог тому подняться. Девочка, не скрывая своего веселья, улыбалась от уха до уха. Уж больно забавлял её вид грозного фурри, сильно смахивающего на выставочного пуделя.

— Пойдёмте в наши покои, — предложил голубоглазый зверь. Он поддерживал за локоть Своядж, неустанного продолжающего чихать. — Хеседу стоит смыть все это.

— Нет! — резкий выкрик т'эрки привлёк внимание кагэми. Девочка сидела на кровати, обхватив колени руками. Гебура прижал уши к голове. Его примеру последовала и Харита. — Ящер сказал, что мне лучше не покидать пока комнаты.