Цитадель Теней. Пробуждение (СИ) - Тор Алексо - Страница 18

— Лучше уж стать нормальной кагэми.

— Вот тут-то и пррроблема, — Гебура смотрел прямо в глаза т'эрки. — Для трррениррровок тебе нужно находиться вне своих комнат. Там, где дррругие смогут тебя достать. Они пррросто не дадут тебе возможности научиться хоть чему-нибудь.

— А вы не можете обучать меня? — умоляющие нотки просочись в голосе девочки. Она боялась. Боялась других кагэми. И перспектива остаться одной, снова попасть под атаку, пугала её до чёртиков. Но ни в фурри, ни в денром она не чувствовала угрозы. Даже старый ящер не внушал ей столько доверия, как эти три огромных существа, которые любого из Пятёрки могли порвать на кусочки. Чему она была бы несказанно рада. Мелькнувшая кровожадная мысль заставила девочку сжаться в комок.

Фурри переглянулись. Осторожно подбирая слова, Гебура произнёс:

— Не уверррен, что мы сами достаточно подходим для этого.

— А Харита? — малышка пыталась ухватиться за любую соломинку, лишь бы не подвергать себя опасности.

— НЕТ! — рявкнул Хесед.

— Я защищу Мялгину, — на миленькой, но обиженной мордочке денром стали проступать шипы.

— Ага. Защитишь так, что Монады потом будут ррразбиррраться, кто поубивал пятерррых кагэми, — Хесед опустил уши и угрожающе навис над столом. — Ты не можешь контррролиррровать свой нрррав.

— Не тебе ей об этом говорить, — заступилась за денром т'эрка.

— Я тебе шею ещё не перррекусил, значит контррролирррую, — чёрный фурри даже не пытался скрыть своей неприязни к человеку.

— Но все же, это рррешение пррроблемы, — тихо произнёс Гебура, но его слова повисли напряжённой тишиной над столом.

— Своядж! — радостно воскликнул Хесед. Его хвост подёргивался в предвкушении. — Ты, наконец, одумался?!

Кровь отлила от лица девочки. Такого поворота событий она не ожидала.

— Что? Нет! — отмахнулся белый фурри от брата. Тот разочарованно вздохнул и продолжил поедать личинки. — Я пррро обучение. Ты могла бы прррисутствовать пррри наших физических упррражнениях. А остальное вррремя пррроводить у себя. Еду мы будем тебе пррриносить поочеррредно. Харррита же составит тебе компанию. Все ррравно её виа ещё не выбррран.

Лицо т’эрки сияло. Она была в безопасности. Да, под постоянным присмотром, без возможности свободно передвигаться, но все же! Цитадель не являлась роскошным музеем и отсутствие прогулок по ней она сможет пережить. Главное, пережить нахождение здесь. И как можно подальше от Пятёрки и Шрама.

***

Прошло больше недели после того разговора в столовой, результатом которого стала круглосуточная охрана т'эрки. Каждое утро денром приносила завтрак в комнату юной кагэми и составляла той компанию до самого вечера. Химера развлекала девочку всевозможными перевоплощениями. Как рассказала Харита, их вид имел способность превращаться в любое существо, виденное ими хотя бы раз. И облик химер в момент перевоплощения был настолько похож на копируемые оригиналы, что их нельзя было отличить ни при каких условиях, так как даже уникальные особенности существ химеры перенимали абсолютно идентично.

Химера меняла свой облик, принимая обличье маленького лампадника, весело скачущего по комнате и ударяя маленькими разрядами, по всему, что попадало в радиус досягаемости. Невольными «жертвами» таких молний стали очередные туалетный столик и шкаф, так услужливо заменённые Цитаделью. И если старые, разлетелись на множество щепок благодаря физической силе, то на новых разряды оставили обугленные чёрные узоры, которые теперь красовались на древесной поверхности. Следующими примерами для подражания денром послужили существа, которые обитали на территории Цитадели. Кагэми всевозможных видов то появлялись, то исчезали в комнате т'эрки, добровольно согласившейся на заключение.

Хотя абсолютным заточением это нельзя было назвать.

Время от времени фурри приходили за девочками и брали их на тренировки. Местом для них служил участок территории граничащий с искусственным садом. Братья устраивали спарринги, сражаясь в полную силу, не жалея друг друга. Отрабатывая удары и скорость, они не переставали внимательно следить по сторонам. Пятёрка так ни разу ещё и не появилась, но терять бдительность не следовало. Иногда к их тренировкам присоединялась Харита. Каждый раз оглядываясь по сторонам, прежде чем принять свой истинный облик, денром перекидывалась, и спарринги начинали больше походить на выяснение отношений между чёрным фурри и рогатой ипостасью химеры. В такие моменты Гебура занимал своё место около сидящей на земле т’эрки и начинал ей объяснять тонкости рукопашного боя на примере сражающихся в этот момент двух кагэми.

Вечера же неизменно проходили в комнате фурри. Удобно устроившись на мягкой подстилке, т'эрка выслушивала новости о происходящем за пределами комнатных стен. Харита вместе с Хеседом и Гебурой делились всем, чем только могли. Не упускали ни единой мелочи. Особенно детально проходило обсуждение Гремучей Пятёрки. Те делали вид, что им плевать на отсутствие, в пределах досягаемости, юной кагэми, но их глаза непрестанно искали свою цель. Но даже если они и догадывались о причастности фурри к её отсутствию, то поделать ничего с этим не могли. Даже пятеро представителей виа Сацуи не могли в открытом столкновении ничего противопоставить двум крупным кагэми виа Декен. А атаковать из-за спины кагэми не было смысла — все равно почувствует приближение своего собрата.

— Вы слышите это? — прервала девочка очередной спор Хеседа и Хариты.

— Что именно? — Гебура поднял голову, которая до этого покоилась на коленях девочки.

— Музыку. Я слышу её с первой своей ночи.

— Не только ты. Эти мелодии звучат каждую ночь в Цитадели, — Хесед запустил колючкой в макушку химеры. — Никто не знает её источника. Может это сама Цитадель её игрррает.

Разговор вернулся в прежнее русло, а девочка, прикрыв глаза, стала наслаждаться музыкой. Каждая нота несла больше, чем могло показаться на первый раз. Это была очень эмоциональная мелодия. Она затухала, точно музыкант был на грани смерти, то тут же снова возвращалась к живительным аккордам. Тональность менялась настолько непринуждённо, будто разницы между минором и мажором не было в природе. Малышка словно впитывала в себя каждый звук. Ах. Как же давно это было.

Девочка резко открыла глаза и подскочила с настила. Друзья удивлённо смотрели на т'эрку.

— Что-то случилось? — Гебура встал в полный рост.

— Мелодия… — отрешённо произнесла юная кагэми.

— Что?

— Мелодия! Я знаю её! — с этими словами малышка выскочила из комнаты-пещеры и помчалась вниз по ступеням. Выскочив из помещения, девочка направилась на звуки мелодии. Ей было плевать встретит ли она сейчас на своём пути Пятёрку или ещё кого хуже. Единственная вещь, которая волновала её сейчас — источник мелодии.

Подбежав к главному зданию, кагэми огляделась. Где же искать таинственного музыканта? Тут, словно ответом на её невысказанный вопрос, мелодия зазвучала с новой силой и ветер принёс её звуки со стороны деревьев. Девочка метнулась туда. Подбежав к краю сада, она лишь на мгновение остановилась перевести дух и начала пробираться вглубь. Сейчас она не смотрела по сторонам, не пыталась разглядеть чудесные растения. Её путь лежал дальше и глубже. Через некоторое время, малышка заметила впереди проблески света. Свет был слишком ярким для глубокой ночи и необычным. Чрезмерно… белым. Пройдя ещё немного, она замедлила ход от изумления. От яркости увиденного, ей пришлось прикрыть глаза. Перед ней предстали деревья, которые в прошлый раз казались девочке мёртвыми. Сейчас же они пылали жизнью. Причём, буквально. Стволы и ветки этих таинственных деревьев украшали наросты, которые больше походили на неоновые лампочки, нежели на живые листья. Их количество было столь велико, что освещало площадку перед ними, как при дневном свете. Пройдя сквозь светящуюся стену, кагэми вышла к небольшому озеру. Края его были выложены огромными валунами, а вода поступала благодаря импровизированному водопаду, представляющего собой холм из камней, высотой в три человеческих роста. На его вершине девочка и увидела исполнителя мелодии. От злости она сжала кулаки.