Цитадель Теней. Пробуждение (СИ) - Тор Алексо - Страница 63

— Ты прррав. Наши племена в союзе, — Зора смотрел на танцующие языки пламени. — Это пррроизошло больше двадцати лет назад. По началу, союз был тонок, как тина на болоте, но с годами он крррепчал. Все началось с того, что в горррах стало тяжело добывать пррропитание. Тайпаларрр стали спускаться в пррредгорррье и заходить на чужие террритории. Уже тогда пррравящий Амансиз жестоко ррраспррравлялся с чужаками. Наше племя, в этом плане, было куда гуманнее. Возможно, потому что мы никогда не отличались силой и всегда полагались на ррразум, а возможно потому как и у нас начались пррроблемы. И если в горррах пррропало мясо, по нашу сторррону горрр пррропала часть важных для поселения рррастений.

— Но эти рррастения всегда в изобилии были у нас, — Зеленоглазая улыбнулась, протягивая маленькой брюнетке миску с ягодами, похожими на виноград. — Так начался наш союз. Мы меняли мясо на целебные тррравы и со вррременем из вррраждующих племён, косо смотрррящих дррруг на дррруга, мы стали дрррузьями.

— А рррождение перррвого щенка со смешанной кррровью лишь укрррепило союз, — Зора перевёл взгляд на братьев. — Поэтому Игидлик и пррриняла вас.

— Ты знал о нас? — голос Гебуры предательски дрогнул.

— Так же, как и вы обо мне.

Кагэми-фурри молча кивнули, опустив уши.

— Почему вы не взяли себе саженцы? — шиварец с любопытством осматривал пурпурный плод в руках.

— Мы пытались, но земля не пррринимала их, — посетовал белый лис.

— А что мешает вам объединиться полностью? Ведь сейчас часть, по сути единого, племени обитает в горах, другая в низине.

— Это наш дом, Шептун. Мы не можем оставить его. Возможно когда-нибудь, но не сейчас, — Старейшина подкинула в костёр пару веток.

— И когда же? — Ансацу повернулся к фуррийке.

— Тогда, когда вся кррровь станет единой, — усмехнулась пожилая тайпалар.

***

— Куда мы все идём? — т'эрка не отставала от шамана ни на шаг.

Как только село солнце, все жители главного поселения, гости и участники, направились в сторону южного склона гор для проведения последнего испытания. Гремела музыка, слышались песни, дорогу освещали факелы. Больше всего это шефство напоминало маленькой брюнетке какой-то фестиваль или карнавал.

— Мы идём туда, где все рррешится, — Говорящий-С-Духами напряжённо улыбнулся.

Впервые девочка видела шамана в таком состоянии. Всегда неунывающий и верящий в успех братьев, сейчас же старый волк сильно нервничал, постоянно оглядывался по сторонам и то и дело дёргал себя за одно из украшений в шерсти.

Спустя час фурри и кагэми вышли к широкой расщелине в земле. В глубину она была метров пять, а от края до края не меньше двадцати. Протяжённость же расщелины была не меньше нескольких десятков метров, начиная от основания скалы и дальше, вглубь леса.

Фурри обступали расщелину со всех сторон, переходя на противоположный край по подвесному мосту. Зрители занимали места, готовясь увидеть предстоящее испытание. Амансиз, Хэстэ и Гэнс заняли места у основания расщелины, рядом со скалой. Старейшины встали по левую и правую стороны от них. Шаман и четверо кагэми заняли места на мосту, откуда открывался вид на всю расщелину.

— Фуррри, — вперёд вышел Амансиз, — в последнюю ночь Мусабидже, состоится рррешающее испытание. Участники! — двадцать молодых фурри стали у самой кромки расщелины, — Вы уже успели доказать силу своего духа, пррроявить навыки охотников. Сейчас же вам поррра показать, насколько вы сильные бойцы и могучие воины. Сможете ли вы защитить себя и свою стаю. Каждому из вас пррредстоит сррразиться с дррругими. Пррроигррравший выбывает из испытания, ведь слабый не достоин занимать места рррядом с лучшими из нас.

— Сама скромность, — тихо заметила т'эрка.

— То, с кем вам пррредстоит схлестнуться, будет рррешать Бинатанг Бесаррр, — к вожаку подошла Хэстэ. В лапах волчица держала миску, заполненную шерстью. Ещё накануне один из старейшин подрезал с каждого участника по клочку шерсти. Сейчас им предстояло послужить жребием.

Амансиз, не оборачиваясь, запустил когтистую лапу в миску. Поводив в ней немного, он поднял лапу с зажатым кулаком высоко над собой. Толпа выла от предвкушения. Амансиз разжал пальцы. На освещённый факелами участок земли упало два клочка меха.

— Да начнётся тррретье испытание! — проревел вожак фурри.

В расщелину спрыгнули шакал с серьгой и динго с красной лентой. Хищникам хватило пары секунд, дабы оценить друг друга и ринуться в атаку. Первые капли крови окропили камень.

— Не слишком ли они жестоко сражаются? — пораженно спросила малышка.

— Взгляни внимательнее, Шептунья, на камни внизу, — Говорящий-С-Духами указал на стены расщелины. Тут и там можно было заметить тёмные пятна. — Все это следы прррошлых испытаний — каждый из участников готов порррвать соперррника ррради победы. Не ррредки случаи, когда воинам пррриходилось вытаскивать из рррасщелины поррраженного участника. И не всегда он мог пррродолжать дышать.

— Это ужасно!

— Кем бы ты их там ни считала, они просто дикие звери, — пожав плечами, проговорил шиварец. — Ни больше, ни меньше.

Бой длился не более пяти минут, а поверженный шакал уже лежал с перебитой лапой. Победу одержал динго. Он выбрался из ущелья под ликующие крики зрителей и вновь встал у края расщелины. С его морды не слезала ехидная усмешка. Двое воинов вытащили шакала и отволокли его в сторону.

— Мне поррра. Я должен помогать ррраненым на этом испытании, — Говорящий-С-Духами кивнул кагэми и спустился с мостика к побеждённому.

Испытание продолжалось дальше. Пары выходили одна за другой. Немая пятнистая фуррийка сошлась с серой волчицей. Хоть представительница младшей стаи и уступала в размерах, но благодаря ловкости и реакции смогла одолеть противницу. Следующими дна расщелины коснулись лапы двух динго — четырехпалого и с кривой пастью. Они долго рвали друг другу шкуру. Силы самцов были равны. Но во время одного из ударов, Четырёхпалый не рассчитал силы и потеряв равновесие, пал на землю. Этим тут же воспользовался его собрат. Победитель был решён. Следом свои силы испытывали шакал с браслетом и разноглазая фуррийка койот. Маленькая самочка вся тряслась от страха, в то время как шакал гадко ухмылялся. Он приближался к ней, готовый легко выиграть. Но Разноглазка, стоило ему подойти ближе, чем на пару метров, бросилась на него, цепко впиваясь клыками в его лапы. Шакал выл, рычал, отдирая от себя юркую соперницу. Она держалась не отпуская. В конце концов, шакал приложил фуррийку спиной о каменные стены. Потеряв сознание, самка разжала челюсть и осела на камни. Разгневанный шакал попытался перегрызть сопернице горло, но двое воинов успели его оттащить.

— Когда уже очередь братьев? — волновалась юная кагэми.

— Ты, правда, хочешь увидеть своих друзей в таком же состоянии? — кивнул вниз шиварец.

Т'эрка ничего не ответила, лишь крепче сжала поручни моста.

Вниз спустился рыжий шакал. Напротив него стоял коричневый фурри-волк. Он пару раз наклонил голову к плечам, разминая мышцы. Их бой длился недолго. Словно вспомнив старые обиды, волк быстро разделался с шакалом, буквально выбив из того спесь. До шамана шакал шёл с высоко поднятой головой. Иначе он не мог — стоило ему опустить морду и из разбитого носа начинала бежать кровь.

— Я надеялась, что этот встретиться с одним из братьев, — недовольно произнесла малышка.

— Старейшины решили иначе, — пожал плечами Ансацу.

— Что вы имеете в виду? — удивилась его подопечная, но Октуш молчал.

Испытание продолжалось дальше. Судьба решила свести вместе динго с зелёным пучком травы в шерсти и Хеседа. Динго издевательски разминал правое плечо. Именно туда несколько дней назад впились зубами в чёрного фурри он с ещё одним динго Хесед зло опустил уши.

— Смейся-смейся, блохастая шавка, — оскалился кагэми-фурри.

— Смотри-ка, кое-чему этот пёс всё-таки научился, — усмехнулся шиварец.

Т'эрка неодобрительно покосилась на наставника.