Легенда из подземелий - Реброва Алёна Дмитриевна - Страница 6

   - Шарли, это же все ясно, как летний день, - усмехнулась крашенная блондинка, посмотрев на подругу и закрутив один из вьющихся локонов на палец. - У него приятные черты, потому что его отец-граф в свое время погулял с леннайкой. Открой глаза, милая: он нищий бастард, потому и связался с тобой!

   - Малена! - девушка вспыхнула и поспешила извиниться передо мной. - Леопольд, не принимай это в серьез, пожалуйста! Увы, не все такие добрые и бескорыстные души, как ты... Как же мне стыдно, боги!... - она схватилась за голову и зажмурилась.

   - Нам два лимонных кекса и чая с полевыми травами, - Малена одарила меня издевательским взглядом и пренебрежительно добавила: - И замени нам скатерть, а то я вижу здесь пятно.

   - От вашей ядовитой слюны, полагаю. Она так и брызжет в стороны.

   Не выдержав, я все-таки нахамил этой мерзкой девице и удалился, забрав с собой скатерть, на которой в самом деле было мокрое пятно.

   Обслужив всех остальных посетителей, я отнес заказ к столику, за которым была Шарлотта. К счастью, она уже была одна, ее противная подруга, видимо, обиделась и ушла.

   - Леопольд, вы ведь не сердитесь? - она взглянула на меня глазами, полными сожаления. - Это ужасно, что она сказала, и, если вы подумали, что я с ней хоть в чем-то согласна... Знайте, что это не так!

   - Я не сержусь, конечно, но подруга ваша не самая приятная особа, надо заметить.

   - Она просто не привыкла сдерживаться, да и судит о людях всегда предвзято, во всем видит подвох. А так она очень хорошая, просто общество ее потрепало...

   - Вот ваш заказ, - я поставил на ее столик лимонный кекс и чай, а затем отправился обслуживать других клиентов. У меня не было никакого желания выслушивать оправдания этой мерзкой Малены. Да, она верно сказала, что я нищий бастард, не имеющий и медяка заработанных денег... но что-то подсказывает мне, что сама она за всю жизнь заработала не больше, чем я за этот день.

   В следующий раз я подошел к Шарлотте только когда потребовалось забрать деньги за заказ.

   - Леопольд, вы так и не сказали мне ничего... Я не хотела бы, чтобы наша дружба вот так оборвалась.

   - Что я могу сказать? Я ведь на работе.

   - А когда заканчиваешь?

   - Через полчаса закрытие.

   - В таком случае я подожду тебя здесь... Можно еще малиновое пирожное со сливками?

   - Можно, - я снова заулыбался и, кажется, это привело Шарлотту в восторг.

   После того, как я закончил работу, переоделся и получил свой первый заработок в размере одного с половиной золотого, мы с Шарлоттой снова отправились гулять по улицам города.

   Уже через несколько минут прогулки я и думать забыл про обиду на эту Малену и чувствовал себя прекрасно, несмотря на длинный рабочий день и на адский голод. Девушка, убедившись, что я не злюсь, предложила мне познакомиться с другими ее друзьями, которые, услышав обо мне, захотели пообщаться со мной.

   Пока мы шли на встречу, Шарлотта описывала мне каждого из людей, с которыми мне предстояло познакомиться.

   Одной из них была актриса, которой удалось выйти замуж за драматурга, оба они работали в театре, который открылся совсем недавно и пока только готовился к первому спектаклю. Кроме них там находилось около трех богатых девушек, описания которых были так похожи, что я даже не стал пытаться запомнить, чем они друг от друга отличаются. Два молодых человека моего возраста или чуть старше, один из университета, другой молодой певец, оба прекрасно держатся в обществе и их определенно ждет большое будущее. Главными людьми в компании являются, конечно же, двое, один из них сын мэра, другая его сестра, которая участвует в движениях против чрезмерной трудовой нагрузки на рабочих с фабрик, находящихся недалеко от города и снабжающих его товарами.

   Особенно меня заинтересовала девушка, беспокоящаяся о рабочих, и чета из театра. Они почему-то показались мне более интересными.

   Встреча должна была состояться в десять вечера, в квартире у парня, учащегося в университете. Шарлотта, видимо, сильно нервничала, ведя меня к своим знакомым, я же наоборот, испытывал воодушевление. Я позорился много раз и часто не замечал этого, еще один раз сделать какую-нибудь глупость ничего для меня не значило... по крайней мере, мне хотелось верить в то, что я смогу узнать людей, подружиться с ними и, может, понравится им, а если нет, то ничего страшного все равно не произойдет.

   Квартира, куда мы шли, находилась в трехэтажном кирпичном здании. Мы зашли в подъезд и поднялись по каменной лестнице на второй этаж, а оттуда через плохо освещенный коридор с потрескавшимися досками пола и ободранными стенами уже вошли в квартиру студента. Нас встретила сразу вся компания.

   Несмотря на то, что дом, куда мы пришли, был старый и достаточно мрачный, небольшая квартирка студента оказалась светлой и уютной. Стены были обклеены светлой бумагой - обоями, пол устелен паркетом. Нигде не лежало ковров, зато в главной комнате вся мебель была обита и застелена пышными мягкими тканями. Обстановка была не богатой, но с претензией на стиль. На обшарпанном комоде стояли небольшие картины в позолоченных рамках, старые затертые шторы на большом окне когда-то могли висеть в доме какой-нибудь знатной семьи, к тому же производила немалое впечатление огромная картина, изображающего породистого охотничьего норуша в лесу. Она висела прямо над диваном, занимая почти всю стену.

   Люди, сидящие в креслах и на диване, пили чай. На круглом столе посреди комнаты стоял поднос, а на нем - старый фарфоровый сервиз и вазочка с печеньем.

   - Это Леопольд, я рассказывала вам о нем сегодня утром, - объяснила Шарлотта, беря меня за руку и уводя в комнату, к паре стульев в углу. Только когда она коснулась моей руки я опомнился и перестал смотреть по сторонам.

   - Здравствуйте, - я осмотрел присутствующих и поздоровался со всеми сразу. Они уставили на меня любопытные взгляды своих блестящих в свете люстры глаз.