Упырёк (ЛП) - Лю Эдвина - Страница 27

***

Праздновать день рождения Солнца решили здесь же, в участке. А что? И караульные всё-таки порадуются, и, если что, всегда можно быстренько подняться по тревоге. Вот в позапрошлом году собирались в «Светлом Сольме» — так, когда рабочие учинили массовую драку в ремесленном квартале — бежать оказалось далеко. Перенеслись всего пятеро, кому достались бирки, а остальные пока прибежали да пока разобрались — основные драчуны уже удрали. А в участке и бирок много, и к «плохим» кварталам ближе. В том году, помнится, вместе не праздновали вовсе, разбрелись все по домам. В зал для докладов, где обычно стояли лишь стулья и трибуна, выставили столы. Каждый притащил с собой пророщенную пшеницу или ростки гороха — как символы весны. Эмили, супруга Криззена, кругленькая низенькая женщина, позвав в помощники старших сына и дочь, накрыла и украсила столы. Постелила цветные бумажные скатерти, поставила на столы едва распустившиеся крокусы в горшочках, обмотанных разноцветной тонкой бумагой и блестящей тесьмой. Множество маленьких круглых пирожков с дырочкой посередине лежали на разномастных тарелках и блюдах. Шипучий ирнар из прошлогоднего ирна — тёмный и светлый, зелёный и красноватый — ждал своего часа в бутылках с пружинными пробками.

Магда Вендела прислала два отличных запечённых с пряностями и чесноком окорока речного кабана — в подарок за спасение дочери. О подробностях ей никто не рассказывал, о том, что один из настоящих спасителей Кэри бежал из-под ареста, а второй томился в темнице, Магда не ведала. Для неё спасителями дочери были её же сослуживцы.

Чашки и стаканы всех мастей расставили напротив каждого. Патрульных выпроводили на обход, снабдив пирожками на дорогу и сладким чаем во фляжках. Чтобы чай не остыл, ловцы-маги наложили на них чары.

Когда Кэри, в светло-голубом платье и новых серых сапожках, выглядывавших из-под юбки на три пальца, вошла в участок, там уже кипело веселье. Большая часть ловцов и караульных сидела на скамейках и стульях, хлопали пробки бутылок, кто-то громко сожалел, что ничего крепче «не положено», хрустели на зубах краснобокие яблоки. Но к главному блюду — кабанине — никто ещё не прикасался. Такой роскоши без Кэри бы никому не досталось!

По случаю её появления все двадцать четыре человека — мужчины и женщины — дружно встали и отсалютовали Кэри стаканами и чашками с ирнаром. Мэтт Криззен во главе стола зычно крикнул:

— Восславим Венделу!

Пожалуй, давно Кэри не слышала такого заразительного смеха. И очень давно не смеялась сама.

Кто-то уже подсунул ей нож — резать окорока. Ещё теплое мясо, мягкое и душистое, крупными ломтями ложилось на подставленные тарелки. Ловцы говорили одновременно и очень громко, и не разобрать о чём — кроме разве что того, что настроение у каждого было прекрасное.

Жуя удивительно сочное, пряное мясо, Кэри вспомнила о Лассе.

— Эрмох, — позвала она. — Отнеси-ка и Мармалену кусочек.

Она положила на тарелку огромный кус мяса с дольками чеснока, кинула горсть проросшей пшеницы и полила сверху клюквенного соуса. Улыбнулась, представив, как рядовой, должно быть, обрадуется её заботе.

Но передать Эрмоху тарелку Кэри не успела. По её правую руку материализовался незнакомый тип. Выглядел он на редкость солидно. Высокая фигура, широкие плечи, да и одет как важная персона. Длинное тёмно-зелёное пальто, распахнутое на груди, являло горчичный шарф в жёлто-зелёную полосу. Под пальто же виднелась ещё более длинная ряса тёмного сливового оттенка, явно из очень хорошей шерсти. Этот господин широко улыбнулся, весело поприветствовал ловцов, поздравил всех с праздником, снял с рук жёлтые перчатки и принял тарелку из рук Кэри.

— Благодарю. Рад, что меня встречают так трогательно! — церемонно заявил он.

Кэри смотрела во все глаза. Большинство ловцов и караульных притихло. Незнакомцу на первый взгляд было никак не меньше лет, чем Криззену — а ведь старине Мэтту исполнилось недавно сорок шесть. Длинные русые волосы покрывала повязка горчичного цвета, завязанная кокетливым узлом на затылке. Прищуренные глаза не давали разглядеть их цвет.

— Эдвард Гисли, дознаватель, — представился он, щурясь на Кэри.

— Я всё сделаю, — склонившись к левому плечу Венделы, шепнул Эрмох и принялся нагружать другую тарелку для Мармалена.

Мэтт прокашлялся и поднял стакан с красным ирнаром.

— Поприветствуем эна Гисли, — кисло сказал он.

Неловкое молчание длилось не дольше секунды. Звякнули стаканы — сначала неуверенно, затем — пободрее, потом кто-то затянул песню, её подхватили. Почти сразу шум застолья разросся и потёк бурной рекой между тарелок и стаканов. Кэри подвинулась на скамейке, освобождая место для дознавателя. Он скинул пальто, пролевитировав его до стены, где стояла вешалка, и сел. Кэри отхлебнула глоток терпковатого зелёного ирнара и покатала напиток на языке, чтобы ощутить приятное покалывание пузырьков. Кто-то из ловцов уже успел поставить полный стакан и перед Эдвардом Гисли, но тот словно и не обратил внимания. Он с аппетитом ел мясо, отодвигая вилкой в сторону ростки пшеницы.

— Вы прибыли один? — спросила Вендела негромко.

Эдвард повернулся к ней, на мгновение широко распахнув глаза, и тут же вновь прищурился. Кэри показалось, что у него жёлтые, словно янтари на солнце, радужки.

— Мои коллеги предпочитают праздновать дома, они появятся с утра, — ответил Гисли.

У него оказался не слишком приятный голос — будто простуженный кот мяукает. Сипловатость, хрипотца — у Кэри даже в горле заскребло. И лишь потом она осознала сказанное Эдвардом Гисли.

Прибудут с утра! Вендела забеспокоилась. С утра должен появиться также и Вильермо Лета с обещанным пополнением в виде отряда Тёмных магов.

— И кто ещё ожидается? — осторожно спросила она.

— Самое главное, что я прибыл, — обаятельно улыбнулся гость. — Но вам, так и быть, отвечу: я жду своих адъютантов и помощников, а также отряд ловцов. Простите, эна Вендела… вы ведь эна Кэри Вендела? Могу я попросить вас передать мне пирожков с печенкой?

Кэри потянулась к блюду, но на полпути остановила руку.

— А ловцы зачем?..

Но Гисли ждал пирожков. Даже пощёлкал пальцами ради того, чтобы Кэри не отвлекалась. Неприятный тип! Жест оказался до того противный, что Вендела села, скрестив руки на груди. Пусть гость сам тянется, вот что!

Эдвард всё понял — притянул блюдо к себе и изящно принялся за еду. Теперь ждала Кэри.

— Покажете мне ваших арестованных? — спросил Гисли. — Очень хочется увидеть собственными глазами сразу двух магов Страха — они ведь страшные одиночки, похлеще некромантов! Говорят, что если много магов этой ложи сразу соберутся в одном месте — то сами впадут в панику. Интересно было бы проверить!

«Вот завтра и проверишь», — чуть не сказала Кэри, вспыхивая — даже почувствовала, что уши стали горячими. Но, стараясь держать себя в руках, изобразила лишь сдержанную и очень светскую полуулыбку — нарочно для таких случаев репетировала когда-то перед зеркалом.

— У нас задержаны один маг ложи Страха и один… — тут Вендела запнулась. — Один свой. Полагаю, вас побеспокоили именно из-за него… Его ошибочно обвиняют в том, что он Тёмный, и…

— А к нам от вас сразу несколько вызовов пришло, — Эдвард Гисли пошарил в кармане рясы, видимо, очень глубоком, и вытащил аккуратную тетрадку в твёрдой, обтянутой кожей обложке. Ухоженные, тонкие пальцы перелистнули несколько страничек. — Нам велели проверить Лассена Мармалена, рядового, Кэри Венделу, старшего офицера, — тут Гисли снова широко открыл прищуренные глаза, посмотрев на Кэри быстро и лукаво, а потом снова уставился в тетрадь. — И Мэтта Криззена, старшего офицера, начальника участка.

— А его-то за что? — вырвалось у Кэри. Её также интересовало и то, кто осуществил эти гнусные вызовы. Наверно, врач-маг, мерзкий ябеда!

Пожалуй, она спросила слишком громко — кто-то из сидящих поблизости ловцов тут же повернулись к ней и Гисли. Да и Мэтт через столы посмотрел строго.