Упырёк (ЛП) - Лю Эдвина - Страница 5

— Тут другое, — сказал Лассе. — Я читал, что маги ложи Смерти этого явления сами боятся. Но и стремятся познать, что надо сделать для такого состояния.

— Ты считаешь, что человек, убивший священника, хотел провести именно такой ритуал? — уточнила Кэри.

Ей тут же вспомнилось, что в церкви нашли следы троих людей — если считать высохшего отца Штавана. Они вполне могли втянуть его или же оказаться самим втянутыми в действо, так сказать, ритуального характера.

— Возможно, — пролепетал Мармален, застеснялся и совершенно потерял нить разговора. Вендела уже знала, что в таком состоянии из него мало что можно вытянуть, поэтому похвалила его за проделанное исследование.

— Не ожидала от тебя таких познаний, — сказала она. — Послушай, нам, возможно, всё-таки понадобится консультант по некромантии. Может быть, ты сумеешь занять это место?

Лассен только и смог, что отчаянно помотать головой. Кэри взглянула на часы. К Криззену она уже опаздывала — так что можно было рассчитывать разве на его хорошее к ней отношение. Пользоваться этим преимуществом Кэри приходилось не впервой, но она каждый раз надеялась, что её личные заслуги в конце концов перевесят отеческое покровительство старины Мэтта над нею.

Отчёт, бумаги, новые задачи по делу заполнили остаток дня. Но Кэри почувствовала полную бесполезность действий и оттого — упадок и апатию. Шлейф магии в зависимости от силы эмоции сохраняется на месте от часа до двенадцати, редко — больше, если на место или предмет кто-то не наложил каких-нибудь стойких чар. В церквушке магическое возмущение, судя по всему, всколыхнулось неслабое, но поблизости не оказалось никого, способного зафиксировать его вовремя. А ведь если маг проходил регистрацию, по этому шлейфу его можно было отыскать достаточно быстро. При регистрации с эмоций Тёмных снимали так называемый «слепок», у каждого индивидуальный, а самому магу присваивали номер и ставили метку. И выдавали заодно бумагу — подтверждение регистрации.

Отряд Венделы опоздал настолько безнадёжно, что дело грозило остаться нераскрытым. И хотя время было потеряно не по их вине, Криззен не упустил возможности уязвить этим Кэри. Выговор не вкатил, но был строг. Кэри пыталась настроиться решительно, говорила себе — надо сделать всё, что возможно, не стоит отчаиваться, но всё зря. Уныние постепенно отвоёвывало себе новые и новые рубежи.

День подошёл к концу, и ловцы расходились по домам. В участке оставались лишь трое караульных и два дежурных ловца — на тот случай, если что-то произойдёт ночью.

…Кэри вспомнила, что хотела взять на завтра выходной, слишком поздно — Мэтт Криззен уже ушёл. Быть может, оно и к лучшему. Провести ещё один тяжёлый день на службе, наверное, будет немного легче, чем сидеть в одиночестве в пустой квартире. Вендела вздохнула, мрачновато оглядела себя в зеркало, одёрнула приталенный серый с жёлтыми нашивками и золотистыми галунами мундир и вышла из кабинета, заперев дверь на замок.

Лассе вился у выхода, где стояли и курили караульные. Слышались оживлённые разговоры и сочный смех, пахло табачным дымом дешёвых папирос.

Едва Кэри прошла на выход, как смех и шутки стихли. Рядовые замолчали, вытянувшись струнками, и проводили Кэри, как ей показалось, недобрыми взглядами.

— Всем добрых снов, — сухо пожелала Вендела, хотя спать караульным вроде как не полагалось.

Но покойный старший офицер Сэнди Андерсон всегда говорил именно эти слова, покидая участок.

В городе Сольме ранняя весна — коварная красавица. Постоянные ветра, яркое солнце днём и заморозки ночью. Вот и сейчас, едва стемнело, на улицах тут же подморозило. Мокрые и грязные ботинки Венделы, забытые ею в участке, уже не казались ей такими страшными на вид. В туфлях Кэри оскальзывалась чуть ли не на каждом шагу.

Возможно, поэтому она, пройдя до угла, на минутку задумалась. Если повернуть направо — через один квартал будет дом, где царят вожделенные покой и тишина. Как в склепе. Наедине с ужасными призраками — ах, если б то были тени потерянной любви! Но нет: Кэри грызли страх и совесть. Да, можно вернуться домой, пройти в спальню, не снимая одежды и не зажигая света, и дать страху и совести жрать тебя с разных сторон.

Но если пойти прямо, то по пути окажется немало питейных заведений. Прямо и прямо, до речного порта — и до кабака, где можно напиться, подраться и вообще провести вечер так, чтобы забыться. Чтобы отключились дурные мысли, чтобы прошла, наконец, мутная головная боль и отпустило бы душу хоть на миг проклятое ощущение, что жизнь кончена навсегда и безнадёжно. Кэри постояла, кутаясь в пальто, накинутое поверх мундира. Сняла с головы сползающее кепи, сложила его пополам и сунула под клапан на плече пальто. И лёгким, осторожным шагом кошки на охоте пошла прямо и вниз, к знакомой таверне под коротеньким названием «Хо». Там варили прекрасное пиво и жарили рыбу на углях. Половина таверны находилась на плоту и плавно покачивалась на речной волне, что нравилось посетителям, особенно подвыпившим. От предвкушения этого покачивания уже стало немного легче на сердце. Осталось лишь разделаться с совестью — её просто так было не убить.

Когда она уже почти дошла до таверны, откуда-то из темноты вынырнул Мармален. Уличные фонари в порту не горят, свет идёт разве что от окон многочисленных питейных заведений. Но Венделе не требовался свет, чтобы опознать, кому принадлежит долговязый и нескладный силуэт.

— В чём дело, рядовой? — спросила Кэри, внутренне застонав. Похоже, сопляк решил не давать ей прохода ни днём, ни ночью.

— Я с вами, — сказал Лассе.

— Тебе сюда нельзя, — попробовала отбиться Кэри. — Ты слишком юн и…

— Но я…

— Лассен, мне не нужна компания! Я хочу побыть одна, понимаешь?

Мармален вздохнул.

— Понимаю. Завтра — два месяца со дня, как пропал офицер Андерсон… Старший офицер Вендела! Разрешите подождать снаружи?

Вендела с вожделением посмотрела на манящие окна «Хо». Она рассчитывала пробыть там достаточно долго. Авось Лассе устанет ждать и пойдёт домой.

— Можно, — сказала Кэри наконец. — Но что, если на тебя нападут?

— Я выстрелю, вы услышите и придёте на помощь, — произнёс Лассе.

— Хорошо, но тогда не начинай без меня, рядовой, оставь мне парочку негодяев для разборки, — Кэри хлопнула мальчишку по плечу.

Смешной он всё-таки. Охранник… позовёт, если что, на подмогу… смешной и трогательный.

Она поднялась по двум ступенькам в таверну «Хо», отворив дверь изящным пинком. Едва не поскользнулась при этом. Закрывая дверь, обернулась. Лассе прислонился к перилам крыльца. Один столбик перил предупреждающе затрещал. Всё как обычно.

Треск. Кай Уиллерт вздрогнул и огляделся. Никого поблизости. Вендела вошла в дрянную таверну «Хо», и ему надо позвать сюда Десмета. Неизвестно, долго ли она там пробудет. Скорее всего, уйдёт не сразу. Ей, кажется, надо выпить. Её эмоции отдавали шлейф, хотя она и не думала пользоваться магией. Идёт на выгорание. Как свечка.

Уиллерт не раз говорил Десмету — она не совсем то, что ему надо. Она скоро кончится. Но Десмет на ней почему-то зациклился. Возможно, считал, что она знает больше остальных. Но как бы то ни было, Уиллерт изобразил в воздухе несколько крупных, ярких треугольников вершиной вверх и чертой под нею. Знак Ордена Теней. Пусть Десмет выходит на охоту. Всегда есть надежда, что жертва окажется сильнее охотника. Пожалуй, из этих двоих Вендела Каю нравилась немного больше. Во всяком случае, она куда как деликатнее…

Он укрылся в тени. Втянулся в раковину, словно рак-отшельник. Ощутил, что его сдавливает и накрывает, и понял, что снова сумеет освободиться нескоро. Он поспешно отошёл подальше. Нельзя, чтобы его увидели. Подал знак — и этого Десмету должно быть достаточно. Мимо кто-то пробежал, спотыкаясь, и Уиллерту, уходящему в тень, вдруг почудилось странное: словно бегущий держит свою голову в руках. Ему захотелось вернуться на середину улицу и вглядеться в фигуру убегавшего, но носитель начал сопротивляться сильнее. Придётся, видимо, снова уснуть. Некоторое время Уиллерт боролся со своим соседом и выигрывал, но увы.