Любовь, как приговор или гаечный ключ для девушки не помеха (СИ) - Лисовская Ирина - Страница 53

  Я специально завела брата. Он подорвался с кровати и начал метаться по комнате, как разъяренный тигр.

— Не бывать этому, слышишь?! — взревел он, схватив валявшуюся на стуле одежду и начиная одеваться.

  Вздернув бровь, я следила за его действиями.

— Ну, нет, милая… Так просто ты не избавишься от моего общества! — уже не общаясь ко мне, все грозился он.

  Одевшись, полез в ящик, потом вдруг застыл на месте, что-то там удивив.

— Что такое? — обеспокоенно спросила, подходя к нему, стараясь увидеть то, что так взволновало брата.

  Но он быстро пришел себя. Ухмыльнувшись, закрыл ящик и, насвистывая что-то под нос, вышел. Уже в коридоре я услышала его слова:

— Теперь ты точно никуда не денешься!

  И сказаны они были так… радостно, что ли… Открыв ящик, пыталась понять, что из всего содержимого так его обрадовало. Мое внимание ничего так и не привлекло. Куча учебников по С++, ключи от машины, еще всякая мелочь… Странно. Так и не найдя ничего такого, просто пожала плечами и закрыла ящик.

  Больше мне не было смысла оставаться в комнате. Выйдя, поспешила к себе. Уже закрывая за собой дверь, услышала, как Макс что-то завывает… Пением я это никак не могла назвать, даже с натяжкой. Но ему было явно весело…

  Отложив мысли, присела на кровать и, вставив зарядку в телефон, стала ждать подзарядки.

Стася

— Ну, Майя… — канючила я, когда подруга все не желала идти на компромисс. — Ну ведь он же мучается! — привела я следующий аргумент, на что подруга лишь помотала головой.

  Мне осталось вздохнуть. Сложив руки на груди, кинула на подругу воинственный взгляд и приняла решение за нее.

— Тогда я сама все расскажу и точка! — безапелляционно заявила.

  Майя тут же побледнела и, прижавшись к стене, стала медленно сползать по ней. Подскочив со стула, подбежала к подруге и помогла присесть на ковер. Майя тяжело дышала и пыталась скрыть подступившие слезы. Обозвав себя последними словами, горько выдохнула.

— Прости… — пробормотала, стыдливо опуская голову.

— Ты же не сделаешь этого, ведь так? — надежда так и сквозила в ее голосе.

  Но я не знала, что ответить…

  С утра подруга огорошила меня новостью о том, что я стану теткой… Вот только любое упоминание о моем братце она сводила на нет. А уж рассказывать ему о беременности и вовсе не собиралась. И я ее отчасти понимаю, ведь наверняка Максу этот ребенок, как кость в горле, но он ведь обязан знать…

— Пойми… — замолчав, пыталась собрать мысли в кучу и объяснить подруге, что я думаю об этой ситуации. — Каким бы подонком он не был, но тем не менее имеет право знать, — уверенно добавила, надеясь, что Майя прислушается.

— Не заставляй меня жалеть о том, что рассказала тебе! — недовольно буркнула она, пытаясь встать.

  Я помогла ей и подвела к кровати. Усевшись, Майя продолжила:

— Ты даже не представляешь, как важен для меня этот ребенок. А если твой брат будет настаивать на аборте? Или вообще будет и дальше выносить мне мозг, то так я долго не протяну… — горько выдохнув, она ласково погладила живот и улыбнулась.

  Я с немым шоком взирала на подругу и хотела понять, неужели она, и правда, о нем такого «хорошего» мнения? Но невольно и сама начала сомневаться в Максе. Ведь не раз он твердил, что ребенок ему сейчас не нужен. Да и помню, раз он уже попал в такую неловкую ситуацию. И чем все закончилось, могу лишь догадываться.

  Пока Майя витала в облаках, я присела в кресло и задумалась над своими проблемами. С того дня, как вернулась из командировки, прошло уже несколько недель. Матвея, к счастью, больше не видела. Но, стоит признаться, что каждый раз, приходя на работу, тайно надеялась увидеть его там. Хоть мельком… Издалека.

  Скорее всего, он уже и забыл о моем существовании и развлекается с очередной красоткой. При мысли об этом я вздрогнула, а по щеке покатилась слезинка. Мне было нестерпимо больно осознавать, что я влюбилась в него. Каждый день старалась убедить себя, что без него мне будет намного лучше. Так никто не ранит мои чувства, не предаст… Вот только сердце все же ожило, стоило лишь в моей жизни появиться этому человеку.

— Поставь себя на мое место, — внезапно Майя вывела меня из горьких размышлений.

  Я внимательно посмотрела на нее, не понимая, к чему та клонит.

— Вот представь, что ты беременна от Матвея. Расскажешь ему? — этим вопросом она поставила меня в тупик.

  Я все молчала, не решаясь выдать хоть какой-то ответ. Изначально порывалась ответить «да», но в последний момент просто захлопнула рот и задумалась. Если бы это случилось на самом деле… На лбу выступила испарина, так мне было страшно подумать о таком. Ребенок… Семья… Гриша… разбитое сердце и надежды. Наверно, я бы и сама умолчала, но ведь и ситуации у нас с ней разные…

— Это вообще не похоже на твою ситуацию! — возразила я, на что подруга горько улыбнулась.

  Мне не понравилось это. Показалось, словно она таким жестом пыталась сказать, что я просто чего-то не знаю…

— Не похоже, — все же согласилась Майя, кивнув. — Но, поверь, мне сейчас важно сохранить эту жизнь, нежели бороться с твоим братом… — она отвернулась и всхлипнула.

  Не выдержав, я подошла к ней и крепко обняла, давая понять, что готова поддержать в любую минуту.

— Почему ты так говоришь? Ну, я имею в виду… ну… — я не могла подобрать правильных слов.

  Они крутились на языке, но все было не то.

— Как так? — полюбопытствовала она, но по тону было ясно, что подруга меня прекрасно поняла.

— Ну я не знаю… ты говоришь так, словно из-за общения с моим братом у тебя может случиться выкидыш! — эмоционально выкрикнула, и сама поразилась себе.

  М-да… в последнее время я стала слишком остро воспринимать любые новости…

— Я не знаю, может или нет, но ты же должна понимать, если я буду нервничать, то это будет плохо для малыша, — Майя лишь пожала плечами и встала с кровати.

  Немного поразмышляв, согласилась с мнением подруги. В конце концов, это ее жизнь, и ей решать, как жить.

  Попрощавшись с ней, поехала домой. По дороге меня все не покидала горькая мысль о том, что больше я не увижу Матвея… Обидно было осознавать, что все его слова были фальшью…

«Мне плевать на то, что ты замужем, это все поправимо», — в памяти вдруг всплыли его слова. А, может, это я дура, сама все испортила? И зачем только ляпнула о замужестве… Сама не понимаю. В тот момент это было, как защитный кокон для меня. Но вот сейчас я уже жалела об этом. Может, стоило попробовать? Ну и плевать, что потом будет больно… Зато сколько всего может измениться в моей жизни…