До неба трава (СИ) - Шишкин Артемий - Страница 44

  Пока Искрен и бородатый парень разглядывали друг друга, отряд остановился перед входом в башню.

  Вся громада столба крепости покоилась и опиралась на массивные, узловатые, иссушенные ветрами до каменного состояния, исполинские корни. Они служили и фундаментом, и пьедесталом дивного, нерукотворного строения. В эти могучие корни бывшего древа, что вгрызались в земную твердь, словно когти беркута в плоть жертвы, были вделаны высокие, полукруглые, двухстворчатые ворота. На каждой из створ лицом друг к другу были вырезаны два дивных животных, вставших на дыбы, и склонивших рогатые птичьи головы. Их обрамляли лиственные орнаменты и вязь ветвей. Два стражника, всё в таких же чёрно-серебристых латах, приветствовали путников. Воины были немного ниже и коренастей тех, что сопровождали отряд Искрена, а их чёрные панцири отливали синевой. Рог стражей был также отличен тем, что, недлинный, но очень широкий и мощный, он разветвлялся на два, образуя как бы рогатину с вогнутыми вовнутрь острыми краями.

  - Это Мощнорогие. Воины племени Уграсарак, - склонившись над следопытом, прошептал Даранхамара.

  Отличий в нагрудном щите следопыт рассмотреть не успел, так как мощные стражи-привратники взялись каждый за своё кольцо и потянули створы ворот.

  - Сарланы не используют и не разводят лошадей. - Продолжал объяснять Даранхамара и, посмотрев ещё раз на коня Диментиса, добавил. - Но на этого коня под попоной соберутся посмотреть многие наши люди. По преданиям, на таких конях сражались в древности наши предки, и из таких коней Огнебог сотворил тарандра.

  Искрен успел отметить, что сарлан ещё раз назвал своих сородичей людьми, как ворота распахнули свой огромный зев, и отряд вошёл внутрь твердыни.

  Покои крепости были обширными, светлыми и с высокими потолками. Здесь не чувствовалась замкнутость пространства, как это бывает даже в больших залах и пещерах. Было свежо и сумрачно. Закатные лучи солнца, пробиваясь сквозь бойницы высоко под потолком, на пределе сил освещали огромное помещение, но висящие по стенам в кольцах факелы, ещё не зажигали. Искрена здесь поразил не столько объём пространства, сколько то, что всё вокруг было сделано, а точнее вырезано из единого и в едином куске дерева. Не было также ни столба или колонны, которые бы подпирали высокий потолок. Дальнюю стену следопыт видел плохо, но был уверен, что и там, как и на всём, куда бы ни падал его взор, были вырезаны искусной рукой лиственные и растительные орнаменты.

  "Это всё дело рук мастеров-резчиков стружей". - Догадался следопыт. "Но сколько же понадобилось времени, труда и самих стружей, дабы сотворить такое...?!"

  Ворота за ними закрылись, и весь эскорт, кроме Даранхамары, отправился по направлению к широкой лестнице. На нижних её ступенях стояли двое - седая женщина в возрасте, и таких же лет безволосый мужчина.

  Накидка на женщине была с капюшоном, что скрывал её голову, и, спускаясь книзу, она шелестела по полу своими длинными концами. Знакомая Искрену сканная гривна с древом в середине и письменами по кругу, блестела золотом на длинной шее сарланки. Руки её были сложены на животе и спрятаны в широкие рукава. Украшений больше следопыт не увидел, но лик женщины соперничал с любым золотым украшением и каменьями. Острые, благородные черты лица выдавали знатное происхождение и чистоту крови. Все линии на лице: нос, подбородок, губы, скулы были словно вырезаны из камня резцом великого мастера. Когда она подняла глаза на вновь прибывших, заря вспыхнула и зажгла большой камень в обруче на лбу женщины. Её глаза и сами были способны зажечь солнце. Острые и проницательные, они спорили с янтарём в красоте и с закатом в яркости.

  Мужчина, хоть и пожилой, но стройный и осанистый, был одет в чёрные штаны и чёрную же рубаху, перепоясанную ремнём с дорогой отделкой. На его ногах были небольшие кожаные сапоги, а на плечах - красная накидка, заколотая серебряной фибулой в виде трёхчастного косого креста, составленного из голов рогатых птиц. Голова мужчины была без волос, борода и усы коротко стрижены и седы, а его собственный рог был похож на рог Ардагдаса.

  - Добро пожаловать в Крепость Древа, - громко и чётко сказала женщина. - Я Зарсия, помощница матриарха. А это Хадин - правая рука верховного сара.

  Рука Зарсии выскользнула из рукава и указала на мужчину рядом с ней. На запястье блеснули электровые браслеты. Все пришлые люди отряда Искрена, все, кто мог, поклонились встречающим. И те, в свою очередь, склонили головы. Искры затерялись в седых прядях сарланки.

  - Передайте своих усталых лошадей нашим людям, и мы позаботимся о них. Вы же и ваши товарищи можете найти приют в нашей крепости, сколько вам будет необходимо, - закончила она. - Следуйте за мной. Вас ждёт покой и отдых.

  Зарсия поклонилась и, повернувшись, пошла вверх по лестнице. Следопыт и его дружинники передали лошадей подошедшим сарланам, которые так же, как и встречающий Хадин, были одеты в простые одежды и блестели совершенно безволосыми головами. Путники, взяв лишь некоторые сумы с крупов лошадей, двинулись за женщиной. Носы с раненым и павшими собратьями, завёрнутыми в плащи, понесли вслед за ними сарланы. Хадин замыкал процессию.

  Широкая лестница, дойдя до площадки, раздваивалась и шла дальше, всё выше и выше, в двух противоположных направлениях. Их повели по правой лестнице и, в появляющихся то там, то тут бойницах, люди увидели обратную, рассветную сторону леса. Сама крепость давала здесь большую тень, и поэтому казалось, что закат уже избыл себя, и солнце скрылось за горизонтом, принеся глубокие сумерки. Зажгли факелы, и Искрен, поднимаясь вверх по лестнице, стал разглядывать резьбу. Узоры листвы и звериные мотивы здесь присутствовали повсеместно, забирая всю свободную площадь стен и невысокого потолка. Сама лестница шла спиралью, слегка заворачивая по кругу, огибая всю башню по периметру. Наконец, на большой площадке она встретилась и вновь разминулась со второй своей сестрой-близнецом. По ходу шествия, по обе стороны коридора, частенько попадались разного размера двери, и даже двухстворчатые ворота. И вот когда процессия сделала очередной полукруг, и в бойницах забрезжило изрядно откромсанное горизонтом, но всё же выглядывающее тонким серпом над ним, закатное солнце, Зарсия остановилась подле большой и высокой, даже для роста сарлана, обитой железом двери. Она отворила её и та, не запертая, раскинула за собой длинный коридор с дверями по обеим сторонам. Углубившись по коридору, провожатая остановилась у первой же двери.

  - Это ваши покои. Располагайтесь и будьте уверены в защите ваших жизней и жизней ваших коней. Хадин поможет вам устроиться.

  Зарсия поклонилась и пошла вместе с Даранхамарой далее вверх по лестнице. Хадин отворил дверь большим железным ключом и, толкнув её, гостеприимным жестом пригласил дружину следопыта войти.

  Зажжённые в кольцах факела не нарушили красивое зарево, освещавшее три просторные комнаты с большими окнами и одной маленькой - тёмной и прохладной. Мебель и обстановка были простые, но добротные и очень удобные. Как раз для того, чтоб усталый путник нашёл себе прибежище и отдых. По стенам стояли широкие лавки, на одной из которых стопками лежали перины, покрывала и подушки. В передней комнате, светлице, пол был ничем не застлан, но в её центре стоял большой стол со скамьями и стульями. На небольшой балкон выводила дверь, а глухую стену красил камин. Две другие горницы радовали босые ноги мягкими половиками, а глаза красивыми коврами на стенах. В них тоже были лавки и свежее спальное бельё. Искрен приказал положить раненого Ярого в одну из комнат с окном, а павшего в тёмную комнату без оного. Сами воины разместились во второй горнице с выходом на балкон.

  - Наша жрица посетит раненого и сделает всё, что сможет. А мёртвого упокойте по вашим обычаям, - сказал Хадин, когда все вроде бы расположились. - Матриарх предоставляет вам для упокоения наш курганный холм с должным уважением и необходимыми ритуалами. Птица света сопровождает каждого павшего и умершего нашего брата и сестру, но ваши обычаи мы не нарушим.