Воспитание тёмных (СИ) - Шторм Елена - Страница 67

Хорошая новость в том, что прерывать испытание в случае чего и “закрыть кран” тоже должен куратор — то есть, Азмарен подходит. Что бы я ни думала о принце, опасность рядом с ним нам и правда вряд ли грозит. А вот Соламейну…

— Возьмите и меня, — попросилась я. Демон почему-то замер, хотя по-прежнему старался не удостаивать меня лишним взглядом, а Най приложила руки к лицу.

Но спорить не стали. В итоге мы с девчонками потянулись за ящерицей и мужчинами.

Двери лабиринта всё-таки заставили напрячься. Уж слишком темно и неприветливо было за ними — даже когда Горт вызвал нам светлячка, ощущение опасности осталось. Теперь отчётливо было видно, что здесь одна часть замка отделяется от другой: ровные стены закончились, их сменили грубые пещерные своды. Всё тот же серый камень, но теперь дикий, почти живой. Узкая тропка вела, извиваясь, от входа вниз.

Ладно, почему бы не поискать позитивные моменты? Например, я увижу таинственный лабиринт до испытания — и, может, даже пару нужных поворотов запомню. Впрочем, сначала неплохо бы добраться до первого кристалла. Вот дорожка, изобразив что-то вроде спирали, привела нас в маленький круглый зальчик, где неожиданно нашлись ровный пол и ещё два светильника на стенах. Вот проход дальше — и ящерка уверенно ведёт туда, а мужчины спешат следом.

Длинный, почти прямой туннель с одним-единственным поворотом в конце. На миг мне показалось, что Азмарен замедлился, будто что-то учуял. Но принц хмуро молчал. Мы шли вперёд. А там… внезапно посветлело.

В новый зал мы выскочили резко, и может быть, именно поэтому я застыла от неожиданности.

Во-первых это место напоминало пещеру. Здоровую и почти пустую.

Во-вторых, свет мне не померещился — его неровные всполохи рождались в центре. В третьих, там же высилась статуя из гладкого камня. Чёрная и блестящая. Поверхность показалась мне странно знакомой, но не поняла сразу, почему. Сейчас волновало другое! Потому что, в четвёртых, перед изваянием женщины стоял Соламейн.

Подозрительно стоял — раскинув руки, с которых текла энергия. Как в волшебном трансе. Магия сияла, бесилась. Играла! Потоки вихрились и пытались влиться в статую, но почему-то огибали её… Это всё, что я успела рассмотреть.

Брин просто охнула, Горт двинулся, а Азмарен…

— Что вы делаете?!

Он оказался в центре зала. За спиной у эльфа. Мгновенно. Угасшая было сила взвилась, Соламейн развернулся. Мне показалось, что чертовски медленно, почти сонно. Лицо мэтра вытянулось, будто он совершенно не ждал обнаружить вокруг пятерых чужаков.

— Вы…

— Что вы делали с кристаллом?!

— Азмарен, а вы здесь… с кем?

Одновременные вопросы повисли в воздухе. С секунду мне хотелось присоединиться со своими. Проклятье! Да что происходит, в самом деле?! Я зацепилась за слово “кристалл”, вылетевшее из уст принца, и уставилась на чёрную статую. Видимо, это он и есть — мрачная волшебная глыба. Чья-то рука облекла её в неожиданную, изящную форму, но обманываться не стоит.

Эта штука должна пробудить поток. И только что, на наших глазах эльфийский мэтр над ней магичил!..

— Помогите мне, — вдруг отбросил все прелюдии Соламейн, цепляясь за нас взглядом. — Амулет, нужно его отделить.

Амулет? Как “украденный у регента амулет, способный усилить шенгов”?! Неудивительно, наверное, что на ум пришла именно эта вещь — слишком часто поминал её Азмарен, да и сам эльф помогал искать. Неужели правда? На статуе что-то блестело. Хотелось сказать “светилось и переливалось”, но вокруг мужчин от магии дрожал воздух, так что легко было ошибиться!

Так, ладно… а что, ради всего доброго, значит “помогите отделить”?

Проблема в том, что Азмарена просьба поразила не меньше моего — его стойка по-прежнему напоминала боевую, взгляд метнулся эльфу за спину. Ещё с пару секунд я отчаянно надеялась, что сейчас мы все выдохнем и обсудим ситуацию. Конечно, она странная. Соламейн ведёт себя странно. Но ведь не агрессивно же, правда? Поэтому…

Увы, додумать я не успела. Пальцы демона дрогнули и метнулись вверх.

Я не сразу поняла. И не поверила. Как и Соламейн, который отпрыгнул, мне казалось, на инстинктах. Когда рядом с его шеей проныл тёмный диск, глаза эльфа ещё затапливало удивление. Шагнул назад он с тем же лицом. Потом чересчур медленно поднял ладони вверх… а дальше мужчины сорвались с мест одновременно, и картинка попросту смазалась.

Они сцепились. Я видела, как Соламейн отскакивает от статуи, а принц его преследует. Как разноцветный поток взрывает зал! За спиной эльфа разверзлась сияющая пропасть, но он обогнул её прежде, чем из моей груди вырвался хоть звук. Азмарен швырнул пару сгустков — в его руках те походили не на шары и даже не на хлысты, а скорее на летящие ножи! Плотные, острые… опасные.

Нет. Нет-нет!

— Не надо! — провыла я. Рядом затихли: Горт что-то мычал, Брин и Най, кажется, не дышали. Орк всё-таки умудрился при этом оттеснить нас и закрыть рукой. Он что, не в себе? Спасибо, конечно, но меньше всего мне сейчас хотелось стоять за чужой спиной! Надо остановить этих двоих…

Надо ли?

Соламейн, лепя из магии нечто похожее на щит, успел выкрикнуть:

— Вы неправильно поняли…

Хороший знак. Конечно! Неправильно, дико, отвратительно! Кажется, в тот миг я поверила светлому мэтру и в панике воззрилась на Азмарена. Демон и не думал отвечать. Эльф опустил барьер, внезапно пошёл в наступление — надеясь отбиться? Чёрт, вот всегда, любое хорошее начинание в этом мире заканчивается так!

— Остановитесь…

Бестолку. Мужчины видели лишь друг друга. Да я и сама не могла оторваться от буйства красок, сердце заходилось в груди. Секунду, другую, десяток. Что же делать? Не выбегу же я между ними? Миротворец из меня вышел плохенький — нужно с болью это признать. Может, стоит понять для начала, как амулет оказался на статуе? Да, Соламейн мог сам его туда прицепить, чтобы сорвать испытание — а теперь, когда план раскрылся, пытается выкрутиться. Чудесная версия, вот уверена, что её Азмарен и выбрал! Или же… светлый мэтр пытался исправить то, что натворил кто-то другой. Что если сам он спустился сюда, в лабиринт, преследуя настоящего злодея? Который до сих пор прячется рядом…

Сжимая зубы, я оглядела зал. Статую, стены, два выхода. Делов-то — всего лишь найти беглеца в паутине ходов! Нет, нужно выслушать друг друга. Я уже почти решилась всё-таки бежать и мешать этим предложением двум дурням, но… ровно в этот момент эльф с демоном вдруг слишком сошлись.

В одном непозволительно растянувшемся мгновении, как в замедленной съёмке, я увидела удар. Не нож, не меч… кулак Азмарена влетел эльфу в лицо. Тёмные брызги всё равно хлынули во все стороны, на миг цвета окончательно сошли с ума.

А затем угасли.

Соламейн впечатался в статую спиной. Приложился он, кажется, сильно — у меня самой выбило воздух из груди. Я действительно выскочила из-под руки Горта, рванула вперёд, но безнадёжно опоздала. Увидела только, как светлые волосы беспорядочно засыпали лицо мэтра, а у его рук распадаются последние искры.

Честно сказать, сердце ёкнуло. Азмарен схватил “врага” за грудки. Кажется, тот что-то говорил, только очень тихо. Несколько фраз, и они застыли — разъярённый, тяжело дышащий демон и эльф, снова откровенно привалившийся к опоре. Серые глаза ещё некоторое время бесцельно глядели перед собой, а потом закрылись.

Азмарен медленно распрямился.

Я тоже замерла. Не в силах шевельнуться. Не зная, что сказать. Соламейн!..

— Что вы с ним сделали? — сама удивилась, что задала вопрос почти спокойно. Нет, я ни в чём не разобралась! Глазела на эльфа, несчастно, будто в тяжёлом сне склонившего голову к плечу. Пыталась уловить, как вздымается его грудь. Приложила собственные руки к шее.

Но что-то внутри меня словно решило: сейчас истерить не время. Нужно просто аккуратно сделать вдох и перевести взгляд на принца.

— Оклемается, — бросил тот, будто не желая тратить на меня слов. Отошёл в сторону. Нет. Нельзя, нельзя обвинять во всём Соламейна и уходить, не разобравшись! Эльф — он слишком откровенно защищался, за что и поплатился. Ему нужна помощь! Я безмолвно двинула губами — не представляя, как собираюсь убеждать демона, с которым мы чуть не послали друг друга ко всем чертям час назад! Но он ведь должен хоть что-то чувствовать? Некую подозрительность, неправильность происходящего?