Нарисованная красота (СИ) - Шилкова Анна - Страница 64

Совсем под вечер в ворота постучал Гарт, которого все еще не пускал горямиз. Он, казалось, был даже рад меня видеть. Рассказал, что дважды за это время был у короля — подробно рассказал ему про культ, который я невольно раскрыла своими действиями. Мои родители были адептами этого культа ровно одну неделю, как Керну удалось выяснить. Они быстро поняли, что ребята просто фанатики и сами не понимают, чего именно хотят добиться.

Через несколько лет отец случайно нашел книгу с реальной мировой историей. Что именно произошло после этого Гарт не знает, но книга в момент смерти была при нем и сам он оказался этой версией мировой истории крайне впечатлен. Мне вопросов задавать не стал, но я видела — хочет. Родители погибли за ковороду, которую выкрали и чудом успели спрятать, чтобы она не попала не в те руки. Она и не попала — попала в мои. Ее вполне надежно охраняют — человеку не пройти, так что я была спокойна и на эту часть рассказа даже бровью не повела.

Что ж, догадки, которые посетили меня после того воспоминания подтвердились, так что я лишь поблагодарила Ганта за эти известия и скомкано с ним попрощалась: не была готова объяснять, почему не испытываю по этому поводу никаких эмоций.

У самого моего забора меня поймал Гант и по-медвежьи крепко обнял.

— Спасибо, Литта! — Наконец, сказал он. — Ты даже не представляешь, что для меня сделала!

И ушел в свой двор. Чистая правда: не представляю.

— А что с Гантом? — Спросила у домашних.

— Он же прошел становление, к нему помощники пришли. — Пожал плечами Вилко.

— А жена ушла, — хихикнула Ладка, — не хочу, мол, с нечистью крышу и хлеб делить. Так у соседа нашего и дело в гору пошло и сам он счастливее стал, и дети их будто поумнели.

— Поумнеешь тут, когда тебя грамоте Найка обучает. — Прыснул в кулак Пьбриф.

— Найка любит читать и учить — кого угодно заставит грамоту любить. — Пояснили на мой вопросительный взгляд.

Ничего себе. Это он меня за свободу от сварливой жинки благодарил что ли?

Следующим утром я навестила Тамьяру и ее элитное заведение.

Выглядело приятно моему глазу: просторная светлая комната, практически зала, с одним креслом косметологическим и большим количеством диванов, стульев и кресел для слушателей, вероятно.

Я осталась на одно собрание, чтобы послушать, что будет говорить моя протеже и осталась довольна. Говорила Тами хорошо, структурированно и терпеливо отвечала на вопросы. Ее манера общения сильно изменилась с нашей последней встречи — она стала легче, терпимее. Если раньше она была высокомерной и заносчивой — настоящей благородной, то теперь она предстала передо мной самым настоящим учителем, способным донести материл до любого и не важно сколько придется подбирать для этого подходящие слова.

Коротко похвалила ее и пригласила к себе, знакомиться с новыми продуктами. К любимым клиентам, видимо, я вернусь не скоро, раз мне предстоит длительное путешествие.

— Буду рада. — Кивнула она и поднялась.

Я несколько опешила от ее готовности все бросить и идти, но решила не упускать случай проехаться по мозгам и на счет стихий тоже.

— Ты занималась? — Спросила на пол пути.

— Да, но мало. — Легкомысленно пожала плечами она. — Занималась, знаешь ли, твоими и моими клиентами.

— Это не повод, Тами. — Пожурила я. — Заниматься надо, чтобы обрести полный контроль. Ты ведь знаешь.

— Мне не нужен контроль над огнем. — Отрезала она.

— Мы говорим о контроле над всеми стихиями. — Поправила женщину. — Сама подожгла — сама потушила. Ты ведь понимаешь, что это важно…

— Литта, тебе больше меня что ли надо? — Вспыхнула Тами.

— Не исключено. — Протянула я.

— Я владею стихией достаточно, чтобы никого не убить ненароком. Этого мне достаточно. — Ровно произнесла моя лучшая ученица и двинулась дальше.

Я только нахмурилась, но больше на подначки девушка не реагировала. Дома я познакомила ее с хной и басмой, показала, как они работают на нескольких пучках животной шерсти и отпустила с образцами.

Стоило закрыться за Тамьярой калитке забора, как начала подпрыгивать коворода, требуя внимания. Она его получила, но вместо ожидаемого Крацко, там был свиток, в свитке была не очень точная карта источников и пометка — тебе мол, сюда.

— Лемая! — Позвала ящерку. — Можешь начинать собираться. Мы полезем в гору.

Эпилог

Я снова вошла на родной двор. Как же давно меня не было!

Мы с Лемаей обошли все источники, запечатали там всех пожирателей, каких только смогли найти. Последние годы это было все сложнее делать: визы проходили инициации, практически по нашему следу, и многие «жралки» уходили от источников и даже вкусная я их не привлекала. Большая часть, по крайней мере, надежно заперта около источника, для них, пищи, к концу нашего вояжа.

Каких только причудливых форм этих созданий мне не встретилось — и горные козлы, размером с кошку, и морские тритоны размером с нормальную такую лошадь (страшные, тупые и неповоротливые), и самые обычные песчаные змеи, которые исчезали в песке и появлялись так внезапно, что я опасалась из этой передряги точно не выбраться. Гинжасы тоже попадались всякие: орлы, кони, вепри и даже киты, правда не полноразмерные, где-то в четверть от натуральной величины.

Чего нам только не приходилось делать: и Белку, подвешенную в воздух спать укладывали, когда сами на деревьях спали (от хищников спасались, считая, что нет смысла их убивать, если есть возможность не вступать в бой), и воров догоняли на городском рынке, и от пиратов сматывались — на несколько книг приключений набралось.

Мы несли в массы благо гигиены и чудо макияжа — многие средства я могла уже и во сне смешать примерно к середине путешествия. По всему миру я встречала контейнеры Пата, хоть он сам мне и не встретился, но приветы и письма ему я слала исправно. За эти почти двадцать (страшно подумать) лет я открыла еще восемнадцать салонов по миру, задерживаясь для открытия уже отработанные два месяца. Ни один салон не закрылся, судя по исправно привозимым домой сундучкам с деньгами, о которых отчитывалась Ладка.

Пока меня не было Мьяла вышла замуж, родила сына и открыла целую доставку пирожков, снабжая даже дома благородных своей уникальной выпечкой. И через пару дней я к ней обязательно загляну — познакомлюсь с ее семьей, а пока что мне очень хотелось побыть дома, выдохнуть и понять, что все закончилось.

Моя верная подруга — старая Белка с радостью зашла в бывший Крынкин дом, где ее обиходил Пьюриф, который тайком смахнул слезу при взгляде на нас. Ладка поставила на стол мои самые любимые блюда, большую часть из которых я не ела уже много лет и тоже не проронила ни слова. Вилко проговорил только мое имя и куда-то делся.

Лемая выросла за эти годы во всех смыслах и теперь никто не посмел бы назвать ее ребенком — она была взрослой и современной. У нее были планы: она собиралась познакомить с современным миром, чтобы им было легче действительно помогать визам. И эта ее идея прекрасно вписывалась в мою.

Начиналось новое предприятие. Я была везде и видела много всего. И я поняла: не всем визам нужна инициация, но уметь обращаться со стихией они обязаны. Так что я собиралась, ни много ни мало, открыть школу. Леса за моим домом гектар триста не меньше, а на моей земле я могу делать что захочу.

***

Я села на землю, прикрыла глаза и возродила в голове проект здания, которое собиралась возвести. По всей видимости, у меня теперь будет низина, в противном случае без разрушений не удастся воплотить задуманное.

Выдохнула, прикоснулась ладошкой к земле и выразила свою волю: огромный каменный замок. Ганта я предупредила, а других соседей у нас нынче не было — никто не хотел жить рядом с теми, кто нечисти не боится. И никто даже подумать не мог, что как раз нам ее и надо бояться.

Сначала ничего не происходило, но скоро земля задрожала, будто обдумывая мое желание. Потом было несколько секунд тишины и послышался оглушительный грохот. Прямо из земли показались черепичные крыши, потом каменные башни с окнами, затем здания побольше, но пониже. Все «строительство» заняло около пяти часов, но я никуда не уходила — сидела на месте и ждала, пока все закончится. Сама не знала точно зачем, но знала — уходить нельзя.