Проклятие Щелкунчика (ЛП) - Риркерк Марго - Страница 39

Остановись, сказала я себе, прежде чем мои мысли побежали бы по кругу. Я не должна беспокоиться об этом, пока не доберусь до Гумпольдскирхена. Мистер Дроссельмейер знал бы, что делать, и помог бы мне, потому что у меня был меч Мышиного Короля.

Прежде чем мы вошли в лабиринт, Гризельда покопалась в кустах, где, как я догадалась, располагались аэрозоли. Затем она повела меня через лабиринт к лодке, на которую бросила тяжелое одеяло.

— Оно непроницаемо и защитит вас от кислоты, — пояснила она.

Я провела Эйса на лодку и вернулась за Бисквит. Я была так сосредоточена на них, что только когда лодка отошла от берега, я поняла, что Гризельды в ней нет.

— Запрыгивай, — крикнула я, но она покачала головой, грустная улыбка играла на ее губах.

— Твое предложение великодушно, Клара. Но я не заслуживаю возвращения в Шенбрунн после всех страданий, которые я причинила. Для двора и твоих подданных я всегда буду дочерью женщины, которая пыталась убить принцессу, или девушкой, которая прокляла принцессу. Я хочу остаться здесь и начать все сначала, посмотреть, смогу ли превратить этот обездоленный замок во что-то стоящее.

Я была так далеко от нее, что мне пришлось кричать, чтобы меня услышали.

— Я уверена, у тебя все получится. Но если захочешь уйти, дай мне знать. И, пожалуйста, напиши мне. Я скучала по твоей компании.

Я подумала, что мое последнее предложение — это слишком, но тут до меня донесся ответ, мягкий, как колыбельная.

— Я тоже скучала по тебе, сестренка.

32

. Клара

На другом берегу мы пришвартовали лодку, и Бисквит постучала рогом по порталу, открывая его. Мы проскакали через него, оставив Перевернутое Королевство и вернувшись в лес, Эйс и Филип последовали за нами.

К счастью, конец клубка все еще лежал на земле. Стремясь освободить Филипа от деревянных оков, я пришпоривала Бисквит и Эйса, мы едва останавливались, чтобы отдохнуть, поесть или попить. Нить, казалось, продолжалась вечно, но, наконец, сладкая мелодия достигла моих ушей и передо мной открылась деревня Гумпольдскирхен, окруженная синим сверкающим светом. Мы приехали. Как и в прошлый раз, полдюжины грифонов окружили меня. Несмотря на то, что они позволили мне пройти раньше, холодная дрожь пробежала по мне от их грозных орлиных когтей, острых клювов и сильных львиных задних лап.

— Что ты здесь делаешь, человек? Ты не должна быть здесь. Это территория волшебного народца, — сказал самый большой гриффон.

Я почтительно кивнула.

— Меня зовут Клара, принцесса Австрийская, и я вернулась в Гумпольдскирхен повидаться с мистером Дроссельмейером и отдать ему меч, который он просил меня достать, — я обнажила клинок Мышиного Короля и держала его обеими руками в неопасном жесте. — Я также пришла за советом для моего друга, — я указала на деревянную фигуру Филипа.

Грифон наклонил голову и кивнул, секунду спустя.

— Она говорит правду.

— Она говорит правду, — эхом отозвались пятеро грифонов за его спиной.

— Ты войдешь и сделаешь то, за чем пришла, — сказал вожак. — Но как только ты закончишь, то должна уйти, человек.

— Понимаю, — ответила я.

— Очень хорошо. Можешь пройти, — грифоны поднялись, и я шагнула в голубой свет, через барьер. С другой стороны сочная трава и мощеная дорога приветствовали меня. Благоговейный трепет охватил меня при виде высоких деревьев, вершин которых я не видела, и при виде грибов размером с овцу, которые росли по спирали. Группа гномов с молотками и тяжелыми сумками, перекинутыми через плечи, перешла дорогу, но на этот раз мне не нужно было просить их о помощи, зная, куда иду. Я прошла мимо пруда, в котором плескалась русалка. Затем прошла мимо толстого дерева со стручками на ветвях, размышляя, была ли это Дафна или другая пикси, которая передала маршрут моего путешествия к Леону. Я покачала головой. Это не имело значения, это было в прошлом.

Я остановилась у дома с соломенной крышей и темно-синими окнами и слезла с Бисквит.

— Оставайтесь здесь, — сказала я ей и Эйсу, затем постучала. — Мистер Дроссельмейер, это я, Клара. Я вернулась.

— Входи, — ответил хриплый голос. Я вошла в мастерскую, встретившись с единственным здоровым глазом Мистера Дроссельмейера.

— Ты сняла проклятие, но потеряла товарища, — спокойно прокомментировал он, не выдавая никаких эмоций.

— У нас закончилось время. Проклятие активировалось, и я начала превращаться в деревянную куклу. Я не могла отделить крючок держателя, поэтому Филип попытался. Он преуспел и скормил орех Щелкунчику, затем сделал семь шагов назад, но споткнулся на седьмом шаге на одной из голов мертвого Мышиного Короля. Проклятие обрушилось на Филипа.

— Вижу, — мистер Дроссельмейер погладил свою остроконечную белую бородку.

Его небрежность заставила меня напрячься.

— Мне нужна ваша помощь, — я сжала кулаки, чтобы руки не дрожали.

— Я ничего не могу поделать. Не мне разрушать проклятие.

Мне хотелось закричать на него и затопать ногами, но вместо этого я достала клинок Мышиного Короля и протянула его.

— Если вам нужен меч, вы поможете мне, — я вышла, надеясь, что мистер Дроссельмейер последует за мной. Увидев Филипа, он, несомненно, поймет, насколько ужасна ситуация, и поможет.

Мистер Дроссельмейер уставился на деревянную фигуру Филипа и повторил:

— Я не могу отменить проклятие. Я ничего не могу сделать.

Я покачала головой, отказываясь верить.

— Должно быть что-то, что вы можете сделать.

— Боюсь, что нет.

Я заткнула меч за пояс и скрестила руки на груди.

— Я не отдам вам меч, пока вы мне не поможете.

— Меч был платой за волшебный клубок пряжи, а не за какие-то будущие услуги.

Я уставилась на свои ноги, не в силах встретиться с ним взглядом. Он был прав; он уже заплатил за оружие. Без клубка пряжи я бы никогда не смогла найти Кракатук и разрушить проклятие. Но разве мистер Дроссельмейер не видит, как важен для меня Филип? Как он мог позволить невинному человеку страдать? Отсутствие сочувствия у мистера Дроссельмейера задело меня за живое, но это не давало мне права нарушить обещание.

Я неохотно протянула ему рукоятку меча.

— Пожалуйста, если вы что-нибудь знаете, скажите мне, — я повернулась к неподвижной фигуре Филипа. — Я не могу жить без тебя Филип. Я люблю тебя. Ты мне нужен. Ты мой друг, мой доверенный. Без тебя я не была бы такой, какая есть сегодня.

Воздух вокруг Филипа замерцал. Крошечные частицы золотой и серебряной пыли двигались в завораживающем танце. Постепенно глаза Филиппа приобрели глубину и ясность. Он несколько раз моргнул, словно проснувшись ото сна, а затем открыл рот. Сначала ничего не выходило, но потом он произнес:

— Я тоже люблю тебя, Клара.

Не успела я опомниться, как он спрыгнул с Эйса. Поднял меня за талию и закружил.

— Не понимаю, — всхлипнула я от радости.

— Только настоящая любовь может разрушить чары, — сказал Дроссельмейер. — Я не мог помочь тебе, Клара, потому что ты должна была сделать это сама.

Как только Филип опустил меня на землю, я посмотрела на мистера Дроссельмейера.

— Значит, вот оно что? Проклятие разрушено? — я вытащила Щелкунчика. — Он больше никогда не сможет причинить мне боль?

Мистер Дроссельмейер кивнул.

— Щелкунчик безвреден. Проклятие уничтожено раз и навсегда, но это не значит, что ваше путешествие закончилось. Понимаю, не многие знают о ваших отношениях с Филипом.

Мой восторг прошел. Отец никогда бы не позволил мне выйти замуж за Филипа. Впервые в жизни мне было все равно. Я вернусь в Шенбрунн, чтобы сообщить отцу, что я в безопасности, но я не останусь. Я устала чувствовать себя виноватой за то, кем была, и пытаться быть кем-то, кем не была. Я любила отца, но не могла пожертвовать собой и стать оболочкой самой себя, чтобы он гордился мной.

Я сжала руку Филиппа.

— Я отрекусь от своего титула, чтобы быть с тобой.

Его глаза наполнились слезами.