Первые шаги (СИ) - Непейвода Софья Николаевна - Страница 21

После сегодняшнего разговора короткая поездка за границу, с целью выяснить, что и как, стала ещё актуальнее. И теперь очевидно, что затягивать с ней не следует: Белокерман уже дал мне всё, что мог, и дальнейшее пребывание в нем равнозначно бесполезной трате времени и здоровья. Чтобы сохранить тайну, обожду несколько дней, уволюсь без подозрений, и вперёд, в новые земли.

7 – 15 июня 617132 года от Стабилизации

Белокерман

На следующий день после работы я спустилась в спортзал и присоединилась к знакомым белорунам. Сообщила им о вчерашнем недомогании (эту версию предложили защитники), а потом, выбрав подходящий момент в разговоре, пожаловалась, что, к сожалению, срок моей жизни в Белокермане подходит к концу, и, если в ближайшее время не переселюсь в подходящие условия, то серьёзно заболею. Вот так, с использованием преувеличения, но без прямой лжи удалось поставить народ перед фактом моего отъезда. Выслушав соболезнования «друзей», ненадолго составила им компанию в играх, а потом, сославшись на подпорченное из-за близящегося расставания настроение, отправилась на прогулку.

Сейчас, после того, как раскрылись хотя бы некоторые тайны и нашлось время подумать, кое-какая часть головоломки сложилась. Неудивительно, что я почти не встречала детей. Наверняка, их организм более чувствителен к агрессивной местной среде, и они просто-напросто не могут выжить вне специальных, искусственно созданных условий. Логично предположить, что и беременных не видно по этой же причине: все они находятся в больницах, под присмотром специалистов, чтобы, не дай бог, не потерять младенца. И кто знает, что на самом деле символизирует вычитанное в интернете «право на одного ребёнка»: ограничение это или, наоборот, гарантия помощи?

Всего за пару суток настроение исправилось, а прошлые переживания отошли на задний план. Хотя я и боялась перемен, но они же внушали надежду на лучшее будущее. Ближе к воскресенью с удивлением констатировала, что даже первоначальная обида на Некола отступила, позволив посмотреть на его поведение с другой стороны. Да, может, он и выказывал дружеские чувства, на деле их не испытывая, но смогла бы я освоиться, не будь такой, пусть даже строящейся на обмане, поддержки? Сомневаюсь. Любому человеку важно чувствовать себя нужным, быть принятым в общество, а не стоящим на отшибе. И, говоря откровенно, вряд ли хоть кто-то из местных получил материальную выгоду от общения со мной. Тогда в чём их винить? В высоких моральных качествах? Или в социально-ориентированных обычаях? Нет, их не за что судить, наоборот, надо признать большие заслуги за этой страной и её народом. Они, ни больше ни меньше, дали мне шанс на выживание и помогли сделать первые шаги в этом мире.

Уволиться с работы удалось без проблем. За всё время жизни в Белокермане я избегала покупок сверх необходимого, поэтому вещей набралось немного (за исключением обстановки квартиры, но и она минимальна). В результате сборы получилось закончить всего за несколько минут: запасное платье и пара нижнего белья, одеяло, фонарик да вещи с Земли. Подумав, оставила большую часть последних дома. Всё равно они сейчас вряд ли пригодятся, а я ещё вернусь. Запаковала остальное, внесла квартплату на месяц вперёд (на всякий случай, чтобы не возникло проблем), попрощалась с Неколом и отправилась в Аркабен, а точнее — в международный аэропорт.

К сожалению, когда удалось разобраться и запустить поиск на терминале так, чтобы отфильтровались только рейсы в подходящие мне по жизненным кодам места, выяснилось, что выбор не просто невелик — его почти нет. Только два города, один в Тартаре, а другой в некоем Огеране, причём цена на билет и в первый, и во второй пункт назначения, очень кусается. Нет, до тарифа на исследование пищевых кодов не дотягивает, но в обоих случаях превышает тысячу рублей. А если выезжать сначала ненадолго — получается больше трёх тысяч. Конечно, у меня есть запас денег, но если ими так разбрасываться, его быстро не станет. Я задумчиво поглядела на экран со списком рейсов. Иммигрировать сразу? Или сначала съездить куда-нибудь поближе и подешевле? Может, уже в соседней стране нет таких ограничений на информацию и удастся узнать больше? Решившись, выбрала самый дешёвый рейс и направилась к кассе.

— Есть билеты до Угырха? — Белорун согласно повел рукой. — Тогда дайте мне... — но договорить я не успела.

— Ты зря считаешь, что мы будем рады видеть одного из вас после того, что вы натворили! — раздался сзади злой мужской голос.

Кассир среагировал мгновенно: вскинул голову и впился взглядом мне за спину. Я сразу же почувствовала воздействие поля покоя: не прямое, а лёгкое, опосредованное, как когда проходишь мимо находящегося под его влиянием. Но даже такого поля хватило, чтобы стать спокойной, как удав. В этот же момент меня схватили за плечо и развернули лицом к нежданному собеседнику.

Человек или кто-то очень похожий — с любопытством констатировала я. И, судя по всему, не под действием поля покоя, по крайней мере, мимика живая и вполне соответствует словам. Увидев моё лицо, он явно испытал разочарование и лишь пренебрежительно скривился. А вот служащий белорун вызвал у нападающего бурные эмоции.

— А ты что смотришь?! — яростно спросил мужчина кассира, направляя на него напоминающее пистолет оружие. — Не удастся взять меня под контроль! Глупцы! На каждого крутого найдется ещё круче! — он истерично засмеялся.

Пользуясь тем, что его внимание переключилось на другого, я осторожно отступила, не желая связываться с безумцем или находящимся на грани сумасшествия. А это очевидно хотя бы по той причине, что любое разумное существо, даже умея защититься от оружия органов правопорядка, не станет кричать об этом во всеуслышание.

К человеку уже спешило несколько защитников.

— Не подходите, или я его убью! — ткнул дулом в сторону кассира агрессор, но не успев воплотить угрозу, обмяк и рухнул на пол. Если у него действительно есть защита от поля покоя, то в чём причина такой реакции? Впрочем, глупо было бы рассчитывать, что у белорунов из оружия только поле. Но что ещё? Ран на нападавшем не видно, да и я не заметила, чтобы хоть кто-то в него целился.

— Всё нормально? — спросил у меня один из защитников и, дождавшись подтверждения, присоединился к остальным у неподвижного тела. Обыскав его, белоруны забрали пистолет и спрятанную на груди пластинку величиной с ладонь.

— Опять тартарцы, — констатировал защитник, осмотрев пластинку. — Когда же они, наконец, угомонятся? Уже третий за неделю.

Охрана удалилась, забрав с собой бессознательную жертву, а кассир облегчённо вздохнул, отключая поле покоя, и с ожиданием посмотрел на меня.

— Спасибо, но я ещё подумаю, — отказалась от намерения покупать билет я. Посмотрела на терминал, а потом отошла к стене и села на пол, ожидая, пока вернусь в нормальное состояние. Что-что, а решение о пункте назначения лучше принимать, когда спокойствие, навеянное действием поля, отступит.

— Я бы не советовал ехать в Угырх, если ты не по делу, — рядом приземлился низкорослый кряжистый молодой мужчина. Судя по живому лицу и вполне узнаваемой мимике, он вполне мог бы быть представителем Homo sapiens. Да что такое: то месяцы своих бывших сородичей увидеть не могу, то за один день сразу нескольких! Хотя они с такой же вероятностью могут оказаться не Homo, а просто похожими по внешнему облику видами...

— Ты Homo sapiens?

— Только наполовину, — покачал головой юноша.

— Я уже поняла, что ехать в Угырх не стоит. Но почему тот человек с пистолетом вёл себя настолько агрессивно?

— У вас война, — беззаботно махнул рукой собеседник. — Белокерманцы им за последнюю неделю (не местную, а нормальную) два города разбомбили.

— Война, — как эхо повторила я. «Всё мирно и спокойно». Вот после этого и верь новостям в интернете для неполноценных граждан.

— Угырхцы тоже пытались до Аркабена долететь, но толку мало было — тут отличная система обороны... Слушай, не накормишь обедом голодного путешественника? — без паузы перешёл полукровка. Я задумчиво на него посмотрела. За один раз не разорюсь, а польза очевидна.