Первые шаги (СИ) - Непейвода Софья Николаевна - Страница 36

— Понятно, — кивнула женщина после того, как я объяснила проблему с договором. — Как к тебе подходить: как к обычной умственно отсталой или как к умственно отсталому бывшему рендеру?

— А какая между ними разница? — не поняла я.

— В отличие от первой группы, бывшие рендеры часто являются отсталыми не из-за органических нарушений, а из-за того, что жили в очень отличающихся условиях, чаще всего — с меньшим разнообразием окружения. Бывшие рендеры, в принципе, могут стать нормальными полноценными людьми, хотя и не быстро. Но думаю, ты хотела узнать не об этом, — улыбнулась консультант. — При разговоре с первыми мы просто всё упрощаем, а со вторыми — пытаемся объяснить, сравнив с более знакомыми им реалиями.

Я недоверчиво посмотрела на тартарку. Потом кивнула.

— Давай попробуем как с бывшим рендером, а если не пойму — то по первому способу.

— Хорошо, — легко согласилась женщина. — Итак, в какой звёздной системе, на какой планете и в каком году по какому летоисчислению ты жила до ренства? Если твоя цивилизация ещё не вышла в космос, то напиши здесь принятые у вас названия на своём родном языке.

Она протянула мне большой лист гладкой бумаги и ручку. Пожав плечами, я выполнила требование. Удивительно, но почти сразу же надпись пропала и лист стал абсолютно чистым. Консультант задала ещё несколько уточняющих вопросов, а потом на бумаге проявился русский текст, кратко характеризующий Россию наших дней, перечисляющий некоторые достопримечательности, политиков, города, произведения искусства, а также соседние или влиятельные страны.

— Прочитай и скажи, совпадает с реалиями твоего бывшего мира или нет, — велела тартарка.

Почти всё оказалось знакомым, за исключением некоторых мелочей. Но думаю, так получилось не из-за неправильной идентификации, а просто потому, что я не интересовалась этими нюансами.

— Теперь подожди, — женщина поправила очки, налила себе травяного напитка и удобно развалилась в кресле.

Я сидела и нервничала: время идёт и деньги капают. А они не бесконечные. Если бы ещё понять в результате удалось, не так страшно, но пока обольщаться нет причины.

К счастью, отдых (или что-то ещё?) толковательницы продлился всего несколько минут, после чего она отставила чашку и повернулась ко мне.

— Вот теперь можно и поговорить. Общаться будем на общем языке, если какие-то термины останутся непонятыми — спрашивай, — дождавшись моего кивка, женщина продолжила. — Тебе как объяснить: с обоснованием или без?

— Если с обоснованием не намного дольше, то лучше с ним, — ответила я.

Так, если вначале не пойму, есть шанс разобраться по контексту.

— Многие разумные виды очень по-разному понимают детство. И законодательство каждой страны этот термин тоже трактуют по-своему. Например, у нас, в Тартаре, официального понятия детства вообще не существует. Ты или свободное разумное существо — и, в этом случае, несешь полную ответственность за любые свои поступки и принятые решения, или раб — и тогда за тебя решают другие, но и ответственность несут тоже они. Но у некоторых видов, в том числе и людей, дети не выживут, если сразу получат независимость. Для того, чтобы их защитить, родители сразу же после появления детёныша регистрируют его как своего раба. А когда считают, что их ребёнок уже готов нести полную ответственность — отпускают на свободу. Несмотря на то, что договор третьего типа имеет много разных нюансов, чаще всего именно он используется для защиты детей. То есть, если сравнивать с реалиями Земли, это что-то навроде усыновления или опекунства. Тот договор, по поводу которого ты пришла консультироваться, можно сравнить именно с этими понятиями твоего прошлого мира.

— Так почему нельзя было сказать сразу по-человечески, а не мудрить лишнего! — вскочив, я выплеснула возмущение на всех прошлых консультантов. — Неужели так трудно провести аналогии между рабством третьего типа и опекунством?! Ведь, наверняка, даже если в Тартаре нет понятия детства или усыновления, то в других-то странах эти понятия есть!

— Договор о рабстве третьего типа используется не только в этом качестве, и строго говоря, данные понятия нельзя сравнивать! Не забывай, что я сейчас сильно упрощаю и привожу близкие тебе аналогии, чтобы хоть как-то прояснить, что именно имеется в виду. В другой ситуации тот же тип рабства я могла бы сравнить с браком, лечением в санатории, заключением, трудовым договором, арендой животного, туристической путёвкой и многим другим!

Живое воображение тут же подсунуло сюрреалистическую картину, как один человек на полном серьёзе говорит другому: «а я в этом году денег скопил и на отпуск в рабство уйду». Нервно рассмеявшись, помотала головой, отгоняя бредовую сценку. Да уж, если тут такие аналогии проводят, то сам чёрт ногу сломит, а не разберётся. Но я всё-таки не смогла удержаться от ехидного вопроса:

— А что, у вас в Тартаре отдыхать в рабство уходят?

— Иногда да, — без малейшего смущения кивнула консультант. — Я сама пару раз в виде раба отдыхала. Очень удобно и комфортно, если, разумеется, правильно составить договор.

Вот тебе раз! Выходит, не такой уж и бред воображение подсунуло? Я несколько раз глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться. Надо вернуться к актуальным для меня темам, а с местными тонкостями мироздания потом буду разбираться.

— Ладно, пусть будет опекунство. А теперь можно попросить пройтись по всем пунктам и расшифровать, что они обозначают?

— Схемы подробно описаны в справочниках, — пожала плечами тартарка. — Могу скинуть.

— Они слишком длинные, а у меня времени мало, — честно пожаловалась я. — Мне бы пока кратко, но так, чтобы понять удалось. Как для бывшего рендера.

Женщина кивнула, снова просмотрела договор, после чего приступила к объяснениям. По её словам выходило, что меня могут использовать на низкоквалифицированных работах лёгкой и средней тяжести, ограничивать свободу передвижения и общения, но не получения общедоступной информации. Одновременно хозяин должен позаботиться о моём здоровье, предоставить достаточно свободного времени и обеспечить условия для подготовки к будущей вольной жизни.

А что, похоже, посол действительно постарался. По крайней мере, теперь, в понятном переводе, договор выглядит гораздо привлекательнее, чем раньше. Но несколько вопросов всё же осталось. Например, почему белоруну так не понравились пункты про свободу в виде наказания и особенно по взаимному согласию?

— У многих разумных есть похожие психологические особенности и стадии адаптации. Думаю, твой благодетель опасался, что во время одной из них ты можешь совершить роковую ошибку, — заметив, что этого ответа недостаточно, тартарка продолжила. — Обычно вначале рендер быстро понимает, что совсем не разбирается в реалиях Чёрной Дыры. Потом, через некоторое время, если адаптация идёт успешно, ему начинает казаться, что теперь он уже понимает происходящее. Но это только кажется — посмотрев по верхам, бывший рендер переосмысливает увиденное, ориентируясь на опыт своего прошлого мира, а не на местные реалии. Проходит срок, и человек снова осознает, что знает недостаточно. И так несколько раз. В периоды ложной уверенности ты могла согласиться или предложить расторгнуть контракт, посчитав, что уже готова к самостоятельной жизни. Вот от этого, скорее всего, и хотел тебя уберечь тот, кто оговаривал данный пункт.

Поблагодарив, я вышла и, не теряя времени, отстояла очередь в кабинет для получения гражданства. Там решительно заплатила за максимально возможное ускорение и упрощение оформления документов, после чего протянула злополучную стопку анкет:

— Что из этого надо заполнять?

Гуманоид (а мне опять повезло оказаться у его стола) забрал бумаги и небрежно пролистал.

— Ты уверена, что хочешь получить гражданство Тартара?

— Да.

Мужчина хмыкнул и передал мне кулон, очень похожий на международный паспорт, только чуть поменьше и чёрного цвета.

— Вот документы.

— А что заполнять надо? — не поняла я.