Первые шаги (СИ) - Непейвода Софья Николаевна - Страница 72

Удивительно, но сон опять (как и в институте) оказался на редкость спокойным и полноценным. Настолько, что даже возникло подозрение, что дело отнюдь не только в лучшем здоровье. Ведь если подумать, после серьёзных дневных переживаний кошмары — норма, а не патология. Мой же сон был безмятежен и вдохновлял на новые свершения. Успокаивал. Может ли оказаться, что к этому приложила руку лидирующая личность, загадочный свекер-правитель? Если так, то большое спасибо за такую помощь. Без неё было бы сложно восстановить силы.

Следующим утром на багажную полку заглянул осьминог, и я невольно сжалась. Захочет, всё равно щупальцами дотянется и вытащит. Но ведь теперь у меня заплачен налог, так что не должен. Не должен ведь?..

— Я за едой, — заявил гигант. — В смысле — сейчас за едой пойду. Тебе что-нибудь купить?

— Нет, спасибо, — поспешно отказалась я.

— Тогда просто одежду давай, — безапелляционно сказал моллюск.

— Не дам, самой нужна, — на всякий случай задвинув влажные вещи подальше, закрыла их телом. — У меня налоги заплачены, не имеешь права отбирать!

— Реакция типична для псевдотартарца, нервозность повышена, — констатировал нежеланный собеседник. — Давай одежду, по пути в сушилку заброшу, когда возвращаться буду — верну. Бурзыл уже через пару часов, в мокрой замёрзнешь.

Паника чуть отступила, да и оспорить правоту гиганта сложно.

— Сколько стоит сушилка? — опасливо поинтересовалась я.

— Сам заплачу, — заверил он. — Ты забавный гуманоид, детям понравилось.

Ещё мгновение поколебавшись и вспомнив о видеорегистраторе (и, соответственно, что все разговоры записываются), передала большую часть вещей. Моллюск скрылся из виду, а я недоумённо прокручивала тот ужас, который пришлось пережить вчера. Сравнивала с самым первым впечатлением (когда помогли забраться наверх), нынешним поведением — и не понимала, что к чему.

Одежду действительно вернули, причём сухую. Более того, когда пришло время двигаться в тамбур, где я и планировала одеваться, другой взрослый моллюск предложил донести.

— Промокнешь, замёрзнешь, — лаконично пояснил осьминог на мой недоумение.

Подавив страх, с трудом приняла разумное решение. В результате до тамбура меня пронесли быстро, подняв над водой и даже не забрызгав.

— Если совсем плохо будет, звони, — сказал гигант, опустив меня на пол. — В рабство возьмём.

Я кисло улыбнулась.

— Надеюсь, что справлюсь.

— Все надеются, — заметил моллюск. — Но так хоть не на удобрение пойдешь.

«Обнадёжив» таким необычным образом, сосед по купе ушёл к себе. А я осталась ждать станции. К счастью, в Бурзыле из пассажиров этого вагона больше никто не выходил: город считался мелким и провинциальным, а остановка — очень короткой. Поэтому в тамбуре оказалось пусто и одеться удалось спокойно. А позже и покинуть поезд.

Уже стоя на перроне, ожидая Ликрия и глядя вслед скрывшемуся в туннеле составу, я начала понимать. Ну, или так показалось. Что, если моллюски не издевались, хотя немного, в тартарской манере, провоцировали? Если они выросли здесь, то такое поведение вполне может оказаться для них естественным и без малейшего желания оскорбить. А, с учётом остального, и вовсе вежливым и приветливым. Вон, даже помогли и симпатию выразили. Да, небольшую, без обещаний способствовать введению в нормальную жизнь или возможности свободы, но всё равно. Глупо, но почему-то стало приятно. Тартарцы странные, но среди них немало идейных и благородных людей. Даже среди нелюдей.

В этот момент подошёл Ликрий.

— Как доехал? — поинтересовалась я, сочувственно оценив его помятый вид.

— Приемлемо, — отмахнулся мужчина. Принюхался и добавил: — Ну что, сначала добычей пропитания займёмся?

Кивнув, я предложила ему часть остатков — всё равно мокрое, пусть и уже подмерзающее, месиво лучше долго не хранить. Ликрий отказываться не стал, набросившись с такой жадностью, будто несколько дней не ел. Всё-таки в плане питания ему гораздо тяжелее. Если дефицит компенсировать не удастся, то могут начаться большие проблемы.

Вскоре мы разошлись, договорившись связаться, если кто-то найдёт приемлемое место для ночлега или ещё что-то хорошее.

Зябко поёжившись, я втянула шею, пытаясь защититься от ледяного ветра. Даже на подземной станции он оказался сильным, холодным и пронизывающим. Более холодным, чем в Шесефесе. А сверху, вне туннелей, и вовсе завывала метель. Она замела дороги большими сугробами и быстро заставила отказаться от идеи исследовать верх города. Ещё раз поёжившись, я бросила последний взгляд на улицу и спустилась обратно. Надеюсь, мы сюда ехали не зря. Иначе слова соседа по купе могут оказаться пророческими.

10 января 617134 года от Стабилизации

Бурзыл, Тартар

Надежды оправдались и даже более того. Выбор на мусорках Шесефеса не шёл ни в какое сравнение с таковым в Бурзыле. А вот аллюсов пока вообще не встретилось, хотя несколько оплативших (примерно на моём уровне) налоги конкурентов всё-таки попалась. Странно. Усевшись перекусить, я поискала в сети информацию на насторожившую тему и выяснила, что местные жители отстреливают аллюсов... то есть тех, у кого не заплачены соответствующие налоги. Просто так, ни за что, в превентивных целях, «чтобы заразу не разносили». Судя по разговорам, многие даже настройки себе такие поставили, чтобы если в пределах видимости появлялся кто-то без налогов, компьютер подавал соответствующий сигнал и указывал на жертву. А на городском форуме существует специальная тема «берите, кто хотите», в которой принято сообщать место убийства, вид и примерную оценку состояния жертвы. По типу «белорун, молодой самец, внешних признаков болезней нет, худой, одну ногу уже забрал». Впрочем, отписывались в ней достаточно редко, судя по всему, потенциальные аллюсы слишком хорошо понимали, что их ждёт и спешили покинуть опасную территорию. Как бы то ни было, пока налоги заплачены, отстрел не грозит — это успокаивает.

Бурзыл действительно маленький город. Даже по Земным меркам — население не дотягивает и до пятидесяти тысяч. Но подземные улицы охватывают всю территорию и пользуются ими весьма активно. Как и общественным транспортом (его тоже неожиданно много). Судя по описанию, город построили на пересечении нескольких крупных трасс, пролегающих через короткие пути. Соответственно, и основная статья доходов населения связана с данной сферой. Даже университета всего четыре: городской, деревенский, транспортно-технический и дорожно-извращенский (тот самый, в который мы собираемся поступать). Ненадолго оторвавшись от сети, посмеялась над самой собой. Новая жизнь постепенно меняла восприятие. Раньше никогда бы не сказала, что в городе «всего» четыре университета (именно центральных, не считая филиалов). Теперь же, в условиях тартарских реалий, такое число действительно кажется небольшим.

А ещё в Бурзыле на удивление много представителей рода Homo, даже пара человеческих районов есть. Местный народ, судя по мусору, в целом не бедствует, а то и вовсе зажиточный. Иначе бы не выбрасывал столько всего ценного.

Только переехав в Тартар и живя у Шаса, я недоумевала на его манеру складывать все пищевые отходы в оригинальную упаковку от соответствующего продукта, а порой и остатки готовых блюд ссыпать в какую-нибудь ёмкость или пакет и подписывать пищевой код перед тем, как выбросить. Но ближе к концу рабства поняла причину, а сейчас высоко оценила этот... пусть не обычай, но знак хорошего тона для тартарцев. Естественно, не все продукты были промаркированы, но очень многие. Чуть ли не восемь из десяти. Очень удобно, и гадать не приходится.

Удивляет кое-что другое: пока я ни разу в Тартаре не столкнулась с сортировкой мусора и вторичной его переработкой — для высокоразвитой цивилизации это кажется странным. Ну, да мне же лучше.

К полудню удалось не только насобирать пищи, но и прибарахлиться: пара драных штанов (велики, но так даже лучше) и поеденный молью большой, с одеяло, шерстяной (или из похожего материала) кусок ткани помогли утеплиться и повысили настроение. Да что там — позволили почувствовать себя чуть ли не зажиточным человеком. А вот с поиском укрытия не заладилось: заброшенных и полузаброшенных коридоров много, вот только тепла в них не найти.