Удача (СИ) - Журавлёв Борис - Страница 33

— Хирд? Эмоции? — мои глаза раскрывались всё шире. — Ты о чём вообще?

— Чему вас в Академии учили? — Голос указал на горящий огонь — Знакомься, твой источник. — палец ткнулся в дровницу. — Твой резерв. Ты умудрилась кончить резерв, и почти загасить источник.

— Резерв? Источник? — блеснула я оригинальностью вопросов.

— Ты там наколдовалась до истощения дара. — Голос закатил глаза, поражаясь моей бестолковости. — Тебе требуется оперативненько восстановить резерв. Ещё что-нибудь интересует?

Я замялась, жалобно глядя на него. Голос вскинул брови и поощрительно кивнул, мол, спрашивай.

— Наколдовалась? — что там под головой, шея? Я была готова провалиться в шею. — Дар?

— Ты не в курсе? — Голос сел на пол, ошарашенно глядя на меня. — У тебя дар.

— Хорошо, у меня дар, я, оказывается, дэя. — я подняла руку, останавливая очередную реплику Голоса. — Оставь язвительность. Лучше ответь на вопрос, как наполнить резерв, и дар чего у меня?

— Пока ты в трансе, резерв наполняется положительными эмоциями. — Голос как-то по-новому взглянул на меня. — В реальности тебе потребуется отдых, еда, и, опять-таки, положительные эмоции. Направленность дара надо выяснять. Когда появилось полено, ты о чем думала?

— О Максиме, — я залилась краской. — Как он печь растапливал, дрова колол.

— Дрова колол? И всё? Хоть раздетым был? — собеседник иронично приподнял бровь. — Хорошо, тогда вспомни, как ты ему косу заплетала. Или, как он по пояс голый сидел, а ты его подстригала. Обжигающее тепло загорелой кожи…

Его прервал, и слава всем десяти Заступникам, грохот падающих из ниоткуда в дровницу чурок. Несколько чурбаков раскатилось по полу, Голос, ухмыльнувшись, подобрал их и забросил в пылающий зёв камина. Подставка под дрова продолжала наполняться.

— Ну всё, прекращай. — вредный сосед по голове пытался не засмеяться. — Дэй Эгра, дэй Шантар, дэя Линт, мёртвый голубь, чтоб тебе. — дробный стук резко уменьшил частоту, стих. — Теперь слушай, — я с готовностью уставилась на него, усилием воли сгоняя румянец с лица, — периодически заглядывай сюда, не приходи, просто подсматривай. Тебе нужно держать резерв, по возможности, заполненным. Источник жги как тебе угодно. Если не ждешь подвоха от судьбы — можешь пригасить, один-два полешка. И свой свет пригасишь, если не хочешь заявлять, что ты с даром, всем, способным видеть. Яркий источник даст более сильную отдачу дара, но и, сама понимаешь, резерв будет исчезать, как вино у выпивохи. Хотя, — тут Голос снова расплылся в ухмылке, — наполняешь ты резерв точно так же, как выпивоха очередной стакан. — Голос снова оглянулся на забитую дровами подставку у камина. — Колет дрова, надо же. Ты со своим мужем еще не спала, пока меня не было? Мде, если твой вояка умеет обращаться с женщинами, этот кабинетик рискует превратиться в дровяной склад.

— А как направленность дара определить? В Академии этому не обучали, у меня ведь дара не нашли. — поспешив уйти от темы взаимоотношений жён с мужьями, спросила я.

— Я вообще поражаюсь, как вас учат. Я, если ты не помнишь, подселился к тебе перед выпускным. От твоих воспоминаний я отстранился, можно было себя потерять. Так что, увидев огонь и запас дров, я решил, что про дар ты знаешь, но тебе запрещено им пользоваться. Ты вилланка и тебя не этому обучали. Необученным плескать силой запрещено, а ты, уж извини, слишком послушна. — Голос задумчиво потер подбородок. — Ты чем занималась перед попаданием сюда?

— Танцевала вокруг костра, на празднике. — я пожала плечами. — Потом Эгра с друзьями прискакал, потом он упал. Всё. Ох! — я опомнилась, схватившись за голову. — Там же барон с друзьями! Как обратно выйти?

— Элементарно! — Голос подхватился с пола и упруго, с предвкушающим оскалом, шагнул ко мне.

— Прекращай! — взвизгнула я, вскинувшись.

С кровати?

Ага, вернулась. Ну, Голос. Устрою я тебе жизнь веселую. Где там мой муж? Вторые сутки замужем, лежу тут, нецелованная. Я осмотрелась. Знакомое место, хижина. Супруга опять нет рядом. Вот прямо традиция уже, просыпаться в одиночестве, не помня, как укладывалась. Потянув с табурета юбку, я, привычно уже, подхватила одежду кушаком и вышла во двор. Максим обнаружился на завалинке, недалеко от двери. У меня отлегло от сердца, баронские дружки не озорничали. С них бы сталось.

— Цел? — я потянула супруга за плечо, и тут же смутилась под взглядом оглянувшегося мужа.

— Да нормально всё. — Максим достал трубку и кисет. — Ногу сломал только. — успокоившееся было сердце вновь зашлось бешеным ритмом. — Обойдётся.

— И ты так спокойно об этом говоришь? — я поражалась его выдержке. — Надо же осмотреть, вдруг смещение, лубки наложить. И что, не больно совсем? — у него наверно шок, преподаватель по целительству рассказывала, что первое время люди могут не чувствовать увечий. Осознание недуга накатит позже, вместе с дикими болями. В голове замелькали лекции по травам. Я лихорадочно вспоминала, растет ли у нас баранец, его желтые цветочки обладали некоторым обезболивающим эффектом. На первое время должно хватить, а там я и сборов насушу.

— Ну ты скажешь, не больно. — муж усмехнулся набивая трубку табаком. — Нога же. Орал так, деревья в лесу ложились. — он взял мундштук в зубы. — Уголька с печки не выцарапаешь? Или сиди, я сам, пить ещё охота. — он попытался встать.

Я в ужасе вскочила, усаживая его на место. Он что, вообще боли не чувствует? И гости тоже хороши, разошлись, оставив его в таком состоянии. Стоп. Он же, говорит, орал от боли.

— Ты под снадобьем каким, что ли? — я попыталась разглядеть в сумерках приближающегося утра его зрачки.

— Под снадобьем? — Максим удивленно посмотрел мне в глаза. Правильно, пусть смотрит, главное, чтоб не моргал. Вроде не расширены, шока нет. — Я же обещал, ничего, крепче простокваши. С чего ты решила?

— Ну ты так спокоен. Сиди, — заметив повторную попытку встать, я придавила его плечи, принудив усесться, — я принесу всё. Сейчас уже не болит?

— Откуда я знаю? — муж пожал плечами, снова безуспешно пытаясь встать. — Его дружки сразу в замок увезли. И с чего я за него волноваться должен? А ты с чего так за барона всполошилась? — я пресекла еще одну попытку подняться. — Белка, что ты меня усаживаешь, я курить хочу.

— Сиди, куда ты с такой ногой? — я отступила от мужа, ныряя в горницу. Воды и огня — прикурить. — При чём здесь Эгра? — крикнула я из хижины, ковыряясь в топке, в поисках не прогоревшего уголька. Опять в очаге огонь ищу.

— Не знаю, тебя спросить надо. — мне послышалось, или муж вдруг вздумал обидеться? — Ты тут интересуешься, как он себя чувствует. А что у меня с ногой не так?

— Сломана, нет? — я озадачено выглянула на улицу. — Погоди, это, получается, барон увечье получил? Что ж ты мне голову морочишь? Да сдался мне этот барон. — массу камня, упавшего с души, я не могла даже представить.

Под насмешливым взглядом абсолютно здорового супруга я скрылась в хижине, не дала мужу самому огонька раздобыть — придётся пыхтеть. Подпалив, наконец, лучину, я подала её мужу. Воды еще надо.

— Белка, нам в трёхдневный срок земли барона покинуть надо, — раскуривая трубку, будто между делом сообщил он, — ты как к переезду относишься?

— Нейтрально. — я снова выглянула, испуганно прикидывая, как к этому может относиться сам Максим.

— Какие-нибудь предпочтения по месту переезда есть? — муж выпустил подряд три дымных кольца.

«Алатана, прости пожалуйста, что влезаю, но тебе не кажется это странным?» — Голос выглядел озадаченным.

Хм, интересный вопрос. Последние два дня мне всё кажется странным. Уточнил бы хоть.

«Следи за мыслью. Твой Максим жил себе, имел нормальный заработок. Вполне возможно даже начал приглядываться к девушкам. И тут в одночасье всё кувырком. Женитьба, переезд. Следишь? Отлично. Внимание, вопрос. Почему он так спокоен?»

И к чему ты ведёшь? Я уже, если ты не заметил, двое суток в легком шоке. Все наставления из книги «Благовоспитанным жёнам» с ним не работают. Это он ведет себя не так, как положено.