Долг Короля (СИ) - Райз Риссен - Страница 90

— А Фрис? — удивилась Рин. — Ты же не хочешь сказать, что мы будем развлекаться без него?

— Рин, прошу тебя, можно мы хоть один день проведем вдвоем, без келпи, демонов, королей, принцесс и прочих? Дай мне шанс на полноценное свидание с тобой! Обычное человеческое свидание!

Рин пожала плечами и согласилась.

— А где Фрис живет сейчас? — спросила она.

— Я понятия не имею. С того самого дня мы не виделись. Может быть, во дворце, может быть, у Вивьен.

— Нет, у Вивьен его нет, — решительно отмела Рин, раздумывая над тем, рассказать ли о том, что узнала. — Но лучше бы ему у нее появиться.

— Зачем? — спросил Анхельм.

— Крепко сидишь на стуле? Вивьен беременна.

Лицо Анхельма вытянулось, глаза изумленно расширились.

— Как так? Ты уверена? И что, отец — Фрис?

— Уверена. Эти двое провели прекрасный вечер в первый же день знакомства. Это было девятнадцатого февраля. Ребенку едва неделя, так что отцом является никто иной как Фрис.

Анхельм вдруг захохотал. Он смеялся, спрятав лицо в ладони, а когда вновь посмотрел на Рин, его щеки и лоб были порозовевшими. Рин тихо хихикала, наблюдая за странной реакцией.

— Это… лучшее известие за день! — сообщил герцог, отсмеявшись. — Наконец-то он узнает, что такое реальная жизнь!

— Ох, Анхельм… — покачала головой Рин и поднялась, чтобы одеться.

— Я серьезно! У него одно волшебство в голове, пусть станет немного приземленнее! Это ему пойдет на пользу, чтобы дурацких советов не давал.

— Как скажешь, как скажешь… — согласилась девушка.

~*~

Чтобы выйти на улицу, Рин пришлось снова орудовать по телу кисточкой и красить кожу, и это их довольно сильно задержало. К тому же, черные как смоль корни волос неприлично отросли. Это было просто некрасиво, шляпы Рин не любила, поэтому первым делом, конечно же, направилась в салон, где ей сделали заодно и маникюр, и даже некий новомодный массаж лица. Анхельм оставил ее развлекаться, а сам направился в какую-то контору по соседству и вернулся как раз к окончанию процедур. Остаток дня они провели, прогуливаясь по городу. Никто не мешал им заходить в музеи и картинные галереи, слушать оркестр на Аллее Света и танцевать. Увидев книжную лавку, Рин затянула туда Анхельма и целый час они бродили по рядам, выбирая книги на свой вкус. Девушка купила энциклопедию флоры и фауны тропиков, справочник лекарственных растений, обновленный атлас первой медицинской помощи и парочку романов, а Анхельм выбрал себе несколько научных трудов об экономике и ту книгу, которую заприметил в кабинете Илиаса. Книги доставил в гостиницу мальчишка-газетчик за пару сотен левадийских ремов, а Анхельм и Рин отправились ужинать в ресторан у берега моря. Около семи вечера они вернулись в номер, переоделись в вечерние наряды и поехали в театр.

~*~

— Странная пьеса, — заметила Рин, глядя на покрытое легкими сизыми облаками ночное небо. После театра они решили прогуляться по набережной и так увлеклись, что дошли до диких пляжей. Где-то вдали рычал прибой, океанские волны лениво облизывали песчаный берег, а береговые крабы сновали из норки в норку, оставляя за собой тонкие цепочки следов. Луна уже шла на убыль, полумесяц висел, будто перевернутая подкова, но светил все равно ярко. Рин сняла туфли и шла, подобрав юбки. Песок приятно холодил ноги, бриз доносил причудливую смесь ароматов цветущих пальм и морской соли.

— Это Адамс, он весь такой. У него все доходит до абсурда, — ответил Анхельм.

— Я не читала. У тебя есть его книги?

— Дома найдется парочка. Ты не замерзла?

— Я дитя севера, как я могу замерзнуть в такую теплую ночь? — засмеялась Рин и прильнула к Анхельму под бок. — Тем более, когда ты рядом.

Герцог улыбнулся, достал из внутреннего кармана пиджака пухлый конверт и протянул Рин.

— Что это? — спросила она, улыбаясь. Анхельм посоветовал открыть.

— Мм-м! Там билеты в театр! — предположила она весело. Девушка открыла конверт, вынула две сложенных бумаги и бегло просмотрела. На одной из них на левадийском было написано много специфического текста, который она не могла сходу перевести, но смутно понимала, а на другой — данные ее паспорта. Рин спросила, чувствуя, как похолодело все внутри:

— Анхельм, что это? Почему здесь мое имя?

— Ты не против отправиться прямо сейчас в одно замечательное место? — ушел он от ответа.

— Анхельм! Что это?!

Сердце забилось в груди, Рин разбирала только отдельные слова в тексте, и они ей нисколько не нравились.

— Ты поймешь все сразу же, как только увидишь.

Рин ничего не ответила, лишь смотрела на него несчастным взглядом. Анхельм легонько поцеловал ее и снова попросил поехать с ним. Она растерянно кивнула, и тогда герцог вывел ее к дороге, где они взяли макину. Спустя час пара добралась до другого города. Здания здесь были не столь высокими, как в Магредине, а улицы менее оживленными. Анхельм назвал водителю адрес, и тот привез их в нужное место. Когда макина остановилась, Рин заставила себя дождаться, пока герцог обойдет макину и поможет ей выйти. Теперь они стояли перед не очень большим двухэтажным домом, рядом с которым была милая лужайка и сад с алыми розами и цветами, которым Рин не знала названия. Анхельм подхватил девушку под локоток и повел к дому. Открыл калитку, достал из кармана ключ и вручил ей.

— Открывай.

— Анхельм, не говори мне…

— Открывай, — повторил он. Рин послушно вставила ключ в замок и повернула. Герцог толкнул дверь, подхватил девушку на руки и аккуратно внес внутрь.

— А теперь объясни мне, что происходит, — попросила Рин, когда он опустил ее на пол. Анхельм прошелся по комнате, зажег единственную лампу, стоявшую на комоде, открыл окно, из которого повеяло свежим воздухом, и, наконец, сказал:

— Ну, вот теперь я могу рассказать. Через полчаса, двадцать шестого февраля, ты станешь полноправной и единственной хозяйкой этого дома, который находится по адресу улица Вичини, семнадцать, город Андринео.

Рин остолбенела. Не могла сказать ни слова, смысл сказанного Анхельмом доходил до нее с трудом.

— Рин, ты знаешь, что я люблю тебя и хочу тебе только самого лучшего. Этот дом — это меньшее, что я мог сделать для тебя, чтобы проявить свою заботу и отблагодарить за спасение жизни и все, что ты сделала для меня.

Тревожный звоночек звякнул в ее голове. Его голос звучал так странно и совсем не оптимистически. Ложь. Он лжет.

— Анхельм, нет… Только мне не говори, что ты… Ты что, меня здесь собрался бросить? — прошептала она. Он изменился в лице, в момент оказался рядом и обнял так крепко, что весь воздух из легких вышел.

— Что ты такое говоришь?! Конечно же нет, ты что!

— Тогда зачем ты даришь мне дом в стране, где я не живу? — ее голос дрожал, она не верила его словам ни на толику. Он сжал ее крепче.

— Так нужно. Это… Рин, помнишь, ты сказала, что хороша в магии причинения повреждений, а я хорош в административной магии? Вот это — моя административная магия.

— Что-то случилось? — испуганно спросила она.

— Нет, не случилось. Послушай, через полтора года ты приедешь сюда, продашь этот дом, поедешь в Альтресию и купишь дом в столице, поняла?

— Зачем? Что случилось?!

— Еще ничего не случилось. Пока еще. Но кое-что нехорошее может случиться, моя любимая, — зашептал он. — И я хочу постелить немного соломы, чтобы было не так больно падать. Просто верь в меня, моя хорошая. И не задавай вопросов, я все равно не отвечу.

Рин сглотнула. Плакать было совершенно ни к чему, но слезы потекли по щекам. Анхельм лгал, это было ясно как день. Что-то произошло, а он не хочет ей открыться. Произошло что-то, чего она, по его мнению, не должна знать? Зачем это непонятное действо с домом, который находится где-то у оборотня на хвосте? Вдруг она почувствовала, что тучи сгущаются над головой, а где-то невдалеке на пути их поджидает суровая гроза.

— Мы с тобой, как герои дурацкого любовного романа, — сказала она, борясь с дрожью в голосе.