Академия. Первые дни (ЛП) - Стоун Л. С. - Страница 23

Натан плюхнулся животом на кровать. Он приземлился наполовину, со свешенными с кровати ногами.

— Черт.

Я забралась на его кровать.

— Поднимись.

Он оттолкнулся и прополз дальше по кровати, пока не уткнулся лицом в подушку и снова развалился. Его широкие плечи задрожали, когда он вздохнул.

Я подползла на коленях ближе к нему, открыла тюбик и сжала его посередине, чтобы выдавить белый крем на свои пальцы.

— Не думаю, что ты расскажешь мне, что случилось, — сказала я, размазывая крем по синякам на спине.

— Ты не захочешь знать, — сказал он, его слова были наполовину невнятными из-за подушки на его лице.

Я вздохнула.

— У тебя проблемы с бандой? Ты должен им денег?

Он рассмеялся.

— Не в данный момент.

Я нанесла крем по всей спине, втирая его. Я работала, молча, не зная, что спросить, зная, что ничего не могу сказать ему, чтобы получить от него правду. Когда закончила с его спиной, я похлопала его по руке.

— Позволь осмотреть тебя спереди.

Когда он перевернулся, на его ребрах и животе был еще слой синяков. Я сжала нижнюю часть тюбика, чтоб получить больше крема. Касаться его спины было одно. Теперь, когда я смотрела на его мускулатуру на голой груди, мои руки дрожали. Я прижала пальцы к синякам, пытаясь успокоить себя, чтобы помочь его травмам.

Я почувствовала его взгляд на моем лице, но не могла смотреть на него, когда касалась. Я сосредоточилась только на втирании крема. Мои щеки начали краснеть, когда я поняла, что его шортами были всего лишь боксеры. Я была слишком занята, чтобы заметить его боль. Я была в спальне с полуголым парнем.

— Что ты там делала? — спросил он, взбивая подушки под головой, чтоб распушить их.

— Я возвращалась домой от Коты.

— Я не знал, что тебе уже разрешили выходить. Разве ты не под домашним арестом?

— Разве ты не должен был быть сегодня в спортзале?

Он ухмыльнулся.

— Мне нужно было кое-что сделать.

— Ага, — я закончила втирать крем, а затем закрутила крышку на тюбике.

Он потянулся ко мне, схватив за запястье.

— Это нужно было сделать, — сказал он. Его лицо было суровым, с серьезным взглядом, который я узнавала, его голубые глаза потемнели. — Если бы это не было важно, я был бы там с тобой в классе. Я бы не оставил тебя одну.

Почему я была так важна для него? Это казалось нелепым.

— Я не беспокоюсь, что останусь одна, — мягко сказала я. — В течение длительного времени я была одинока. Я могу справиться сама. Меня беспокоит то, что в следующий раз ты уйдешь с занятий, и мне интересно, в какой больнице ты окажешься.

Рот Натана открылся, будто он хотел что-то сказать, но быстро сомкнул губы. Он держал мою руку, нежно сжимая ее, но ничего не говорил.

Я заметила, что за окном темнеет.

— Мне нужно идти, — сказала я, — тебе что-нибудь нужно?

— Я принял болеутоляющее до того, как ты пришла, — сказал он и отпустил мою руку. — Не беспокойся обо мне. Иди домой, пока не попала в еще большие неприятности.

Он слегка повернулся, будто хотел перевернуться на живот. Из его губ вырвался стон, и он сдался, снова упав на спину.

— Возможно, завтра я не пойду в школу.

— Это очень плохо, — сказала я

— Почему?

— Ты будешь скучать по супу-тако.

Я пересекла комнату, выключила свет и закрыла дверь, игнорируя вопросы, которые он задавал, когда я уходила.

Виктор: Тебе ведь завтра на урок нужна скрипка? Ты достала?

Сэнг: Все в порядке. Я объясню это мистеру Блекборну.

Виктор: Я могу достать тебе одну.

Сэнг: Не делай этого!

Виктор: Почему нет?

Сэнг: Не трать на меня деньги. Достаточно того, что ты платишь за этот телефон.

Виктор: Пожалуйста?

Сэнг: Спокойной ночи, Виктор. Перестань беспокоиться обо мне.

СРЕДА

Больше не не

видимка

Мне приснилось, что я оказалась заперта в машине. Я не знала, как ею управлять и поворачивала руль, нажимая на тормоза. Машина неслась вниз по холму, и земля уходила из-под колес. Мимо меня мчались машины. Сейчас я разобьюсь.

Резко проснувшись, я спрыгнула с кровати и побежала в ванную. Я открыла кран с холодной водой и побрызгала себе на лицо, чтобы стереть кошмарное видение, но это не помогло, так как оно врезалось в память. Когда сердце немного успокоилось, я поплелась обратно в комнату, включила свет, взяла свой дневник и писала в нем, пока не пришло время идти в школу.

Мы с Мари прошли немного пешком до дома Коты перед прибытием автобуса. Даниэла и ее брат уже были там, стоя на самом краю подъездной дорожки к его дому. Кота стоял один, опустив голову и шаркая ногами по асфальту.

— Кота, — позвала я, подходя к нему.

Он поднял голову и его лицо засияло.

— Привет.

— Натана нет?

Он сжал губы и покачал головой. Мари обошла нас и направилась прямо к Даниэле, махая ей рукой. Даниэла поприветствовала ее самодовольной улыбкой, и они начали переговариваться, склонив головы друг к другу.

— Я видела его вчера вечером, — тихо сказала я, не желая, чтобы остальные подслушивали. — Я бы не стала его винить в том, что он не появился.

Его брови взлетели.

— Как он?

Кота был не в курсе? Или просто удивился, услышав, что я ходила туда.

— Кажется, у него сломан палец, и он был весь в синяках.

Он побледнел.

— Я не знал, что все так плохо.

Было ли это правдой? Неужели Натан или Виктор не рассказали ему? Разве он не приходил к нему?

— Что будет дальше? Директор вчера спрашивал о нем, когда он не появился в спортзале, а теперь он пропустит второй день в школе.

— Мистер Блекборн говорит нам перенаправить любые вопросы учителей к нему.

— Похоже, это и ко мне относится?

Кота посмотрел в сторону ребят на подъездной дорожке и наклонил голову ко мне.

— Прости, Сэнг. Я вообще не хотел, чтобы ты была в этом замешана, но, похоже, ты оказалась в самом центре происходящего. Они не должны были спрашивать об этом тебя, но, думаю, ты просто ассоциируешься у них с нами.

Я прижала палец к нижней губе. В памяти всплыло утонченное лицо Виктора в кровоподтеках и Натан, который не мог подняться с кровати.

— Поэтому вы ничего не рассказываете мне о том, что происходит? Чтобы я могла честно отвечать, что ничего не знаю?

Кота покраснел и кивнул.

— Да, именно так.

Интересно, что перед тем, как познакомиться с Котой, я очень хотела не выделяться среди других учеников, но в результате оказалась в кругу самых странных ребят во всей школе.

Натан так и не появился. В школе мы с Котой были первыми, прибывшими из нашей группы. Мы взяли наши книги на школьном книжном складе и ждали остальных на скамейке во дворе. Кота просматривал свои и мои учебники, проверяя материал. Я стояла возле скамейки и листала книгу, когда чьи-то руки закрыли мне глаза, и я почувствовала теплое дыхание возле уха.

— У меня кое-что для тебя есть, — пропел мне на ухо Габриель.

— Гейб, не пугай ее, — услышала я голос Виктора. В его голосе зазвучали командные нотки, будто предупреждение.

Габриель убрал руки с моего лица.

— Какого черта? Я не пугал ее.

Он достал листок бумаги и дал мне в руки.

— Я исправил свое глупое стихотворение.

Покраснев, я взглянула на него. Исправил?

Оно было о принцессе в башне, принц бросал ей яблоки. Ведьма пыталась заключить с ним сделку. Она даст ему самое сладкое яблоко, которое завоюет любовь принцессы, если он обменяет свой голос на него. Он согласился, завоевал принцессу, и они вместе обманули ведьму, чтобы вернуть его голос.

Я засмеялась, когда дошла до конца.

— Ты его изменил? Что случилось с завоеванием девушек печальной концовкой?