Академия. Первые дни (ЛП) - Стоун Л. С. - Страница 29

— У нас проблемы?

— Может быть.

Виктор хмыкнул.

Директор Хендрикс наклонился к доктору Грин, чтобы что-то сказать, но его голос был достаточно громким, чтобы мы услышали его, сидя в конце класса.

— Мне жаль вас прерывать, но могу ли я одолжить на минутку Виктора Моргана?

Доктор Грин скользнул взглядом к Виктору. Я поняла, что он хотел сказать. Он тоже мог общаться лишь глазами. Доктор Грин и бровью не повел. Он повернул голову к Хендриксу:

— Конечно! Пожалуйста!

Виктор поднялся со стула. Я машинально потерла ложбинку на шее, когда он прошел к началу класса и вытянулся прямо как стрела, ожидая распоряжений.

Когда Хендрикс взглянул на него, он нахмурился.

— Что? — выдохнул он.

— Твое лицо, сынок. Ты выглядишь ужасно.

Это из-за вчерашнего происшествия? Он собирался спросить Виктора, почему тот не появлялся в школе? Виктор выглядел не так уж плохо. Его макияж держался хорошо. На щеке все еще была повязка.

Прежде чем посмотреть на директора, глаза Виктора на короткий миг остановились на мне и в них зажегся огонек.

— Чем могу быть полезен, сэр? — спросил он самым милым тоном, который я от него когда-либо слышала.

Хендрикс кивнул головой на дверь, и Виктор последовал за ним. Когда они вышли, я посмотрела на доктора Грина. Мы обменялись озадаченными взглядами. Кажется, никто из нас не знал, что происходит.

Виктора не было весь урок. Когда прозвенел звонок, я схватила его школьную сумку. Доктор Грин поднял руку, когда я направилась к двери.

— Мисс Сэнг, — сказал он. — Можете на минутку задержаться.

Я вздохнула. Его добрые глаза смотрели на меня умоляюще, не спрашивая ничего вслух.

Я перекладывала наши школьные сумки и футляр от скрипки из руки в руку, пока остальные выходили из класса. Доктор Грин скрестил руки на груди и прислонился к столу. Мне нравился его зеленый полосатый галстук, и я заметила мускулы, когда его рубашка натянулась на плечах, указывая на наличие подтянутого тела под ней.

— Как часто вы виделись с мистером Хендриксом на прошлой неделе?

Я моргнула и посчитала в голове.

— Может, раза четыре или пять.

— Это нормально для вас? Часто с вами такое происходит?

Я не была уверена, что он имеет в виду.

— Я так не считаю.

— Я тоже так думаю.

Дверь распахнулась, и в класс вошел Виктор. Его щеки вспыхнули, когда он глянул на нас, стоящих рядом.

— Виктор, — спросил доктор Грин. — Что случилось?

— Он хотел, чтобы я дал интервью одному репортеру из газеты, — ответил Виктор. — Виктор Морган теперь посещает школу Эшли Уотерс. Пресса такое любит.

Он пересек класс, забирая свою сумку из моих рук.

— Но у нас сейчас нет времени. Нам нужно на следующий урок. Пойдем, Сэнг.

Я оглянулась на доктора Грина, но он только мягко улыбнулся и кивнул, махнул руками в мою сторону, чтобы я не задерживалась и шла за Виктором.

Я поспешила, чтобы идти рядом с Виктором. Он хмурился, откидывая с лица волосы во время ходьбы.

— Чего хотел репортер? — поинтересовалась я, подойдя к нему ближе на случай, если он не хочет, чтобы нас подслушивали.

— Они делали специальную статью о новых учениках в школе, обучающихся по специальной программе.

Он вздохнул.

— Это плохо, Сэнг. Мы не ожидали, что нас подловят на таком.

— Может, нам нужно поговорить с мистером Блекборном?

— Я как раз собирался, — сказал он. — Но сначала отведу тебя в класс.

— Если тебе нужно срочно с ним поговорить, я могу дойти сама, — предложила я.

Его взгляд метнулся ко мне. Он схватил меня за руку и потащил.

— Мне как раз по пути.

Зуб и ноготь

Габриель и я были разлучены на всех занятиях в тренажерном зале, потому что парни и девушки занимались отдельно. Ребята и девочки прошли в раздевалки, чтобы попробовать комбинации на шкафчиках. Так как нам больше нечего было делать, тренер девочек заставил нас ждать в раздевалке до конца урока.

Я не могла сосредоточиться на разговоре с другими девушками. Я села подальше от них, прижав колени к груди, отделяясь. Виктор дал интервью газете. Будет ли статья о нем завтра в газете? У всех парней будут брать интервью? Мистер Блекборн позволит это? Я не понимала, что это значит, но если они должны быть засекреченными, разве это не было хуже? Виктор сказал, что это плохо. Я потерла лоб, отчаянно желая узнать эти секреты. Как мой мир перевернулся за пару дней, я не понимала. Одно дело иметь новых друзей и новую школу. Другое дело — иметь друзей с секретами из элитной Академии, о которой никому не разрешалось говорить. Далее находился факт, что почти на каждом шагу, мальчики были в опасности, и я находилась посреди этого.

Что еще мне оставалось делать? Снова стать никем? Сидеть в тени? Я знала, что другие студенты не беспокоились о вещах, о которых беспокоилась я. Как далеко я готова зайти? Внутри себя я знала ответ. Я винила свое ненасытное любопытство и желание угодить Коте и остальным. Меня зацепили их лица, их запахи, их прикосновения, и возможность причастности к ним. Они говорили раньше, что я теперь одна из них. Правда ли это? Почему у меня не было такого чувства? Это было похоже на нечто большее, чем дружба, которую я видела вокруг себя с другими студентами. Дружба Академии была сильнее. Было ли это лучше?

Когда занятия закончились, я не была уверена, стоит ли мне ждать Габриеля или идти в автобус без него. Я ждала одна в коридоре рядом с дверями спортзала и входом в раздевалку для мальчиков, высматривая Габриеля. Я не хотела оставлять его на случай, если он попытается добраться до меня.

Прошли минуты. Я была готова сдаться и отправиться в автобус одна, потому что боялась пропустить его. Крики отозвались эхом из-за угла, возле раздевалки для мальчиков.

— Эй, педик, — громкий голос завибрировал в воздухе. — Куда это ты торопишься?

Я повернула за угол. Несколько парней стояли у дальней стены коридора, окружая кого-то. Я видела нечто подобное несколько раз в моей старой школе, когда начинались драки. Моим первым инстинктом было бежать. Пригибание головы — это то, что все делали. Если это не твое дело, ты не вмешиваешься. Что побудило меня остаться и посмотреть, я не знала. Там было около десяти ребят.

Габриель находился в центре группы, у стены, прижатый большим парнем, у которого были предплечья размером с шею.

Я впилась пальцами в ладонь. Мое сердце остановилось.

Габриель что-то прошептал парню, держащему его. Мне не удалось расслышать, что именно.

— Заткнись, — парень, держащий его за плечо, оттянул Габриеля от стены, только чтобы ударить его обратно. Голова Габриеля дернулась, его глаза поднялись к потолку, но он ничего не сделал, чтобы остановить его.

— Габриель! — Мои губы шевельнулись, и я позвала его, прежде чем успела остановиться.

Кристально голубые глаза Габриеля сверкнули, сфокусировавшись на меня через коридор. Несмотря на его молчаливые мольбы, предупреждающие меня об обратном, я бросила свои вещи у стены, шагая вперед. Я не собиралась оставлять его.

Парень и его друзья, держащие Габриеля, повернулись и увидели мое приближение.

— Привет, — сказал парень, держащий Габриеля. — Откуда ты, секси? — Его коротко подстриженные кудрявые каштановые волосы выглядели жирными. Лицо было в прыщах.

Мой взгляд метнулся на мгновение к Габриелю. Я оглянулась на хулигана и дернула подбородком в сторону Габриеля.

— Зачем ты с ним играешься?

— Что? Ты имеешь в виду этого гея? — спросил парень, толкая Габриеля в плечо.

Габриель крякнул.

Мои ногти впились в ладони. Сердце застучало в груди, и губы широко распахнулись.

— Что ты такое? Какой-то гомофоб?

Парень откинул голову назад, отпустил Габриеля и указал толстым пальцем мне в лицо.

— Что ты сказала?

— Мне просто поинтересовалась, почему ты здесь играешь с мальчиками, а не с девочками.