Академия. Первые дни (ЛП) - Стоун Л. С. - Страница 38

— Он больше не может пропускать школу, — сказал Кота и повернулся ко мне. — Приказы Блекборна.

Я прикрыла рот рукой, когда увидела, как Натан ковыляет по улице. Глаза Натана были темными, а на губах играла ухмылка. Было тепло, но он надел рубашку с воротничком и длинными рукавами, две верхние пуговицы были расстегнуты, а в вырезе горловины виднелась белая футболка. Я поняла, он одел несколько слоев одежды, чтоб легче было скрыть синяки на руках и на теле. На пальце была шина. Да, как бы плохо я себя не чувствовала, ему, походу, было намного хуже.

Подойдя довольно близко к остановке, Натан выпрямился, расправил плечи и обвел всех взглядом. Заметил меня и улыбнулся самыми краешками губ. Не поняла, это он ради меня старается? Хочет показать, что все в порядке и ему совсем не больно?

Натан подошел к нам и как раз из-за угла вырулил автобус. Парень тяжело вздохнул и крепче сжил ремни сумки.

— Натан? — шепнула я. Не хотелось его напрягать. Интересно, он в курсе, что случилось вчера? Он злится на меня?

— Слышал о том, что ты по мне скучала, — сказал он, повернувшись в пол-оборота, и глянув на меня. Его улыбка стала шире. — И что побила мальчишек в школе, в знак протеста, чтобы я поскорее вернулся обратно. Как это произошло?

Я глянула на Коту, он стоял немного позади нас. Парень поднял голову, отвечая на мой немой вопрос. Кота использовал меня как приманку, чтобы выманить Натана из дома!

Я взяла Натана под руку.

— Постарайся не умереть прямо сейчас, — сказала я мягко.

Он улыбнулся и двинулся к автобусу.

Кота подхватил мои вещи, хотя я немного сопротивлялась. Натан упал на сиденье первым, я скользнула рядом с ним. Кота бросил сумки нам под ноги и сел рядом со мной. Я придвинулась вплотную к Натану, чтобы дать место Коте.

— Что случилось? — спросил Натан. — Почему так тесно?

Видимо, он многое пропустил. Разве его не было только один день?

— Это только в первый день все ехали на машинах, а теперь все на автобусе, — сказала я.

— Последний раз я насчитал девяносто человек, — сказал Кота.

— Это точно больше, чем надо. Эта модель автобуса рассчитана на перевозку восьмидесяти учеников, — Натан разозлился, прижался спиной к окну и положил руку мне на плечо.

— Срочно надо что-то придумать, чтобы Сэнг могла ездить в школу с нами, на машине.

— На данном этапе это не первостепенная задача, — сказал Кота.

— Где болит, Сэнг?

Я покраснела, когда лицо Натана приблизилось к моему.

— Что с ней случилось? — спросил он.

— Вчера она помогала в кафешке, — ответил Кота. — Перенапрягла мышцы.

— Вот черт, — сказал Натан.

— Со мной все нормально, — настаивала я. Глядя на Натана, я была уверена, что ему гораздо хуже, чем мне. Так что я не хотела жаловаться.

Кота взглянул на меня.

Я вздохнула, но сдалась.

— Хорошо, мне немного больно.

Больше всего болело в таких местах, о которых я бы точно не рассказа — попа и бедра.

Когда мы наконец-то добрались до школы, Кота снова понес вещи, так мы и вошли во двор. Мне становилось дурно от одной мысли о сидении на твердых бетонных скамейках, так что я предпочла постоять.

Кота и Натан упали на скамью вместе. Натан немедленно вытащил телефон и начал копаться в нем.

Кота поставил наши вещи на землю, поманил меня пальцем и пошлепал по колену.

— Иди сюда, Сэнг, — скомандовал он.

Я подошла на цыпочках ближе, не понимая, что ему надо. Он положил руки мне на талию и потянул вниз, пока я не опустилась на его колено. Усадив меня на колени так, что я сидела, как на краешке стула, парень начал нажимать пальцами и ладошками мне на поясницу, массажируя спину вдоль позвоночника маленькими кругами.

Это было волшебно. Легкими массажными движениями он снимал болезненное напряжение. Мои глаза закрылись сами собой, а Кота продолжил массировать. Сердце бешено колотилось, потому что, во-первых, я сидела у него на коленях, а во-вторых, он прикасался ко мне; и отказаться от этого не было ни сил, ни желания.

Мой взгляд скользнул на Натана. Он только ухмыльнулся в ответ.

— Коты, ты ее испортишь! — сказал он.

— Нам нужно, чтобы она пережила этот день, — сказала Кота. — А после школы она сможет пойти домой и отдохнуть.

— Что ей нужно, так это усиленное расписание тренировок, — сказал Натан. — Нарастить мышцы.

Я ухмыльнулась, закатив глаза.

Кота работал над моими плечами, когда Габриель и Виктор появились в воротах школы. Заметили нас и потеряли челюсти.

— Какого хрена? — воскликнул Габриель, когда подошел ближе. — Какого черта ты с ней делаешь?

— У нее болят мышцы, — ответил Кота, надавливая ладонью между моими лопатками.

Я была как пластилин. Мое горло отказывалось произнести что-то большее, чем мягкий стон при его прикосновении.

Потом Габриель посмотрел на Натана, прищурился. — Твой макияж никуда не годится!

Я даже не заметила, что Натан загримировался. Взглянула на него повнимательнее. Да, на краю челюсти, на щеке, был странный оттенок.

Натан пожал плечами. — И так сойдет, — сказал он.

— Дай-ка, подправлю, — сказал Габриель.

— О, нет, только не здесь, — воспротивился Натан. — Забудь об этом.

Габриель закатил глаза и начал присматриваться к моему лицу. Взял меня за подбородок, осматривая. — Выглядишь не плохо, — сказал он. Достал из кармана пудру и передал мне. — Нужно подкраситься.

Я взяла и стала наносить матирующую пудру, пользуясь удобным изобретением человечества — зеркалом, встроенным в пудреницу. Хотела вернуть ее обратно, но Габриель покачал головой. — Оставь себе. Подправляй макияж время от времени.

Подошли Сайлас, Норт и Люк. К этому времени Кота уже закончил с массажем спины и принялся разминать бок, повернув меня так, как ему удобно.

Норт удивился, что я сижу на коленях у Коты, и хмыкнул, — Что это вы?

— Кто-то задержал ее допоздна, — сказал Кота с намеком.

Норт ухмыльнулся мне.

— Предательница. Зачем ты ему рассказала? — и опустился рядом с Сайласом на другую скамейку. Люк сидел на траве посредине.

— Тебе пора бы включать мозги, — потребовал Кота. — Мог бы подумать о последствиях. Почему ты не отправил ее домой пораньше?

— Было весело, — мягко сказала я. — Я не против помочь.

Кота поднял ноги вверх и резко опустил вниз, так, что я подпрыгнула на его коленях. Рефлекторно наклонившись к нему, схватила за плечи, чтоб не упасть. — Тихо, — шепнул мне. — Я читаю нотацию.

— Ауч, — вскрикнула я, когда от удара почувствовала резкую боль в заднице. Глаза Люка расширились, но я поджала губы и слегка покачала головой. Я не хотела никому рассказывать, по крайней мере, сейчас. Он, казалось, понял. У меня и так было проблем больше, чем надо.

— Мисс Сэнг Соренсон, — на весь двор прозвучал резкий, колючий голос.

У меня мороз прошел по коже, и я поднялась, чтобы посмотреть, кто меня зовет.

Через двор, в нашем направлении, шел мистер Маккой. Его ноздри раздувались над усами.

— Вы идете со мной в офис! Сейчас же!

Я прикусила нижнюю губу, краснея. Не могу поверить! Он что, наблюдал за нами? Глаза блестят, губы крепко сжаты. Как будто радуется, что уличил нас в чем-то.

Кота встал, скрестив перед собой руки.

— А в чем, собственно, дело? — Его зеленые глаза сощурились при взгляде на мистера Маккоя.

Мистер Маккой указал на него пальцем.

— Неуместные прикосновения, — сказал он. — И вы, мистер, тоже, пойдемте со мной.

Я начала собирать свои вещи, всем телом ощущая, что на нас смотрят все, кто был во дворе. Норт и Натан хотели что-то сказать, но Кота послал в их сторону такой взгляд, который, готова поспорить, сказал им ничего не предпринимать и отпустить нас. Мы проследовали к главному офису за мистером Маккоем.

Кота шел по коридору рядом со мной, слегка касаясь моей руки своей. Думаю, он хотел меня подбодрить, но я боялась взглянуть на него. Я чувствовала себя очень виноватой, потому что он вляпался из-за меня. Я была уверена, что это из-за меня. Мне не стоило показывать, насколько мне больно и, уж точно, не надо было соглашаться на массаж.