Филофобия (СИ) - Волк Диана - Страница 41

— все хорошо. Ты главное не волнуйся.

У меня поднялась паника. Я посмотрела на лицо Егора и заметила, что он сам какой-то дерганый и в глазах плескался ужас.

Липкий страх расползающийся по всему телу заставляя покрываться мурашками, ноги начали заметно подрагивать.

Тут я заметила знакомого врача. Он потирал свои очки белоснежной тряпочкой и куда-то спешил.

Я обогнула Егора и поспешила к врачу.

— извините, скажите пожалуйста, что происходит? Что с Киром?

— вы меня извините. Некогда говорить. У Оперируемого сердце остановилось.

Он куда-то убежал дальше, а я осталась стоять на том же месте. Глаза заволокла пелена из слез. В груди что-то оборвалось и похолодело. Если бы не Егор, я бы упала прямо на середину коридора.

Он оттащил меня к краю и усадил на лавку щелкая пальцами перед глазами.

Казалось глаза стали стеклянными они видели все через маленькую щель.

По коридору тащили электронный аппарат. Кажется, дефибриллятор. Они проехали дальше, а я смотрела им вслед пытаясь унять дикую ломку по телу. Какая-то часть меня сейчас отрывалась, принося невыносимую боль.

В сознании что-то щелкнуло и совсем затуманило мозг, отказало какое либо здравое мышление.

Егор что-то мне говорил, но я совсем его не слышала. Я вдруг сделала резкое движение и Егор, не ожидав такого расклада растерялся и не смог меня задержать.

Я со слезами на глазах бросилась по коридору в поисках той самой операционной.

Нашла заветную дверь. Оттуда доносились странные звуки и разряды. Слышался командный голос врача, который руководил всем процессом.

Я не теряла времени. На негнущихся ногах подбежала и толкнула дверь в операционную.

— Настя, стой!

Крикнул сзади Егор.

Я вбежала туда и увидела лежащего без чувств Кира. Он был сильно бледен. На лице не было былой задорной улыбки, его черты лица сглажены и не пропускали ни одной эмоции. Бледные руки были исколоты у вен и черные огромные синяки…

— Кииир!

Я бросилась к нему не веря в то, что его лицо больше не озарит такая родная улыбка.

Меня схватили сзади не подпуская к нему. Как бы я не вырывалась и не кусалась, меня сжали стальными клешнями.

— Кирюша… открой глаза! Посмотри на меня!!! Посмотри!!!

Я кричала, хрипела, брыкалась, но все было безуспешно.

Душу разрывало на части, безумная боль не давала сделать глубокого вдоха. Кажется, я умирала вместе с ним. Тело меня совсем не слушало. Я бы давно свалилась на пол в беспамятстве, если бы не дикое желание оказаться рядом, встряхнуть его, вцепиться и не отпускать никогда. Он сейчас должен очнуться! Должен!

— Кирюша!!! Очнись!!! Ты слышишь меня!? Открой глаза!!! Ты обещал!!!

Мой безумный крик сорвался и я могла только хрипеть, но я не останавливалась и кричала в надежде что он как и раньше почувствовал мою боль и откроет глаза, успокоит, обнимет как раньше…

С глаз ручьем катились слезы с сильно покусанных губ капала алая кровь. Я не замечала боли которую приносили мне мои движения. Я больше не слышала звуков, только звон в ушах. В теле не осталось сил, но я не сдавалась и сопротивлялась, пытаясь достигнуть своей цели. Мне нужно к нему! нужно его тепло!

Тело сопротивлялось абсолютно всему, усталости, стальным рукам сковывающим мои движения… оно подчинялось обезумевшему умирающему сердцу.

Тут в глазах начало мутнеть. Я почувствовала иглу в теле. Не смотря на мое дикое состояние тело начало слабеть и наливаться тяжестью. В глазах начало двоиться, и я больше не могла видеть его лежащего на операционном столе. Я опустила взгляд на руки. Кулаки были сжаты с такой силой что с одного сжатого кулака капала алая теплая жидкость. В сжатой руке была старинная монета, которую еще недавно он вложил в мою ладонь, и она была залита моей кровью что сейчас крупными каплями капала с моей ладони на белоснежно чистую плитку.

Стальные руки отпустили меня и я упала на колени от помутневшего до конца разума я больше не могла сопротивляться уже не физически не морально.

Я грохнулась на холодную плитку не имея возможности больше держаться в сознании.

— Кирюша… на бросай меня…

Все на что хватило сил это последний взгляд на Кира, который так и не открыл свои безумно синие глаза.

глава 18

***

《Я провела кончиком пальцев с его волос до шеи.

— спи давай мучительница…

Хриплым голосом сказал мне Кир. Я тут же убрала руку и посмотрела в его расширенные зрачки. Прости Кирилл! Тебе, наверное, тяжело…

— А расскажи мне сказку?

Неожиданно попросила его я. Мне никогда не читали сказок, никогда не рассказывали. Я лишь только слышала, как это может быть приятно.

— про маленького лохматого кошмарика?

Хитро взглянул на меня Кир.

— Да! Про маленького, лохматого кошмарика.

— ну слушай, — я поудобнее улеглась у Кира на плече прижавшись к боку и вдыхая такой родной аромат, закрыла глаза — жил однажды маленький, лохматый кошмарик. — начал сочинять мне он, поглаживая мои волосы — И был он совсем один. Он был таким лохматым, что его маленьких глазок совсем не было видно. Думал он что весь мир черный и не красивый. И вот ходил он и постоянно ударялся, спотыкался, падал из-за того, что он совсем ничего не видел перед собой. он думал, что весь мир его обижает, что все хотят его покалечить и он постоянно забивался в разные углы пытаясь спрятаться от жестокого мира. Пока однажды в поисках еды он не наткнулся на большую и глубокую яму. Кошмарик совсем ее не заметил и провалился в нее не понимая, как так могло случиться. "снова эти монстры решили надо мной поиздеваться" подумал кошмарик пытаясь выкарабкаться из темной ямы. Как не пытался бедный кошмарик, у него ничего не получалось. В конце совсем отчаявшись кошмарик сел обессиленно в эту яму и давай плакать горькими слезами. Тут на встречу к нему вышел…》

мой приход в сознание был очень болезненным. Более того я не хотела приходить в себя. Мне во сне так хорошо, а внешнего мира я начала бояться.

Я с трудом разлепила глаза. Первое что я увидела, это белоснежный потолок. Послышался размеренный писк больничных приборов.

Может это был кошмар на нервной почве?

Моей руки коснулась теплая ладонь. Я вздрогнула от этого прикосновения и сердце застучалось как ошалевшее.

— Кир?

Я перевела взгляд на человека, сидящего рядом и из глаз невольно покатились слезы. Передо мной сидел Игорь Владимирович и поглаживал мою руку смотря куда-то отстраненным глазами.

— Игорь Владимирович, где Кир? Почему он не пришел?

— тихо девочка. Тебе нельзя волноваться.

я начала истерично озираться по сторонам. Пожалуйста, скажите, что это просто кошмар!

— где он? Почему его нет? Он обещал мне! обещал, что вернется!

Сердце рвалось на части. Снова? Боль стала невыносимо давить на душу острыми когтями впиваясь до самого основания. хотелось сдохнуть и не мучатся. Хотелось к нему безумно. Моя жизнь рушилась, и я хотела хотя бы погрузиться снова в сон где есть Кир рядом такой нежный и заботливый.

— Настя, успокойся. Он не придет. Он не сможет…

— он обещал! Обещал!

Я попыталась встать с кровати, но ноги и руки были прицепленный. Я пыталась вырваться, кричала, у меня снова началась истерика.

Такой боли я еще не испытывала. я чувствовала, что в этом мире его уже нет, но отчаянно противилась этого доводя себя до безумной истерии и дикого психоза. От сердца оторвали крупный кусок и отправили его в огонь.

Я жила его душевной теплотой, укрывающей меня от всего злого и плохого, а сейчас жить мне нечем.

Я не слушала уговоры Игоря Владимировича. Я пыталась встать с кровати, вывернуться, но все было безуспешно. Меня всю трясло от истерических рыданий. Все тело пробивало на дрожь.

— врача сюда! у нее истерика!

Снова почувствовала иглу после чего провалилось в очередное беспамятство. Не хотелось больше существовать. В глубине души все провалилось и умерло вместе с ним. Теперь там ничего нет. Только пустая и холодная бездна.