История Одной Оптимистки (СИ) - Егер Ольга Александровна - Страница 147

— Не уверен, — отказался оставлять ее на попечение сомнительной личности менеджер. — Вы собираетесь ловить кэб?

— Нет! — сквозь зубы процедила Джулия, не позволяя Ричарду и слова проронить, ухватила его за локоть и уже подталкивала в сторону ближайшего супермаркета. — Мы сначала в магазин, за… э… лекарством, витаминами там… и домой.

Мысль о том, что эта чахоточная девица, наконец, вспомнила о еде, обрадовала Честера, поэтому он позволил ей уйти в компании чудаковатого типа.

Спустя каких-то три часа Сара открыла дверь и… снова захлопнула ее перед носами притащивших с собой четыре бутылки виски друзей. Но в итоге впустила их в дом и пила со всеми, а потом за компанию водила хороводы вокруг телевизора, напевая при этом «Yellow submarin», дико и глупо хохотала, ползала по полу, изображая то ли свинюшку, то ли собачку (короче, гибрид указанных животных)… Потом были звездочки. Они кружились, подмигивали и не давались в руки.

Утром ее разбудила фраза: «Ну вот! А ты от меня бегала. Пряталась. А сама вон с замашками лесбиянки!».

Распахнув глаза, модель с ужасом обнаружила себя лежащей на пышной груди украинки, которую, собственно говоря, беззастенчиво сжимала вместо подушки. Впрочем, подруга флегматично продолжала валяться на полу и пялиться в потолок. Сара мигом отползла в сторонку.

— Хорошо сняли стресс! — констатировала Джулия, подымаясь и усаживаясь удобнее. — А где наш сумасшедший шляпочник?

Девушки заглянули под диван, под столик, но знаменитого и нетрезвого режиссера не обнаружили. А он, оказалось, мирно спал на коврике в прихожей, развалившись в позе умирающей черепахи. Пускал слюни и похрапывал одновременно. В общем-то, его и нашли по звуку.

— Не дошел! — поняла Джулия, заметив, что тело режиссера продолжало тянуть руку к двери.

— Ножницы? Краска? Лак? — перечислила все пришедшие в голову возможные издевательства модель и плотоядно покосилась на сопящий предмет интерьера.

— В лом! — махнула рукой Джулия, и пошла на кухню за стаканом с водой, который безжалостно вылился на голову мирно дремавшего мужчины.

— Садистка! — вместо «Доброе утро, милые дамы» выдал Ричард.

— Я знала, что ты меня любишь! — нашлась украинка. — Подымайся! Мне скоро выходить на работу, а оставлять тебя наедине с Сарой я боюсь… — и посмотрела на модель. — Мало ли, чего она тебе сделает!

Ричард тоже посмотрел на блондинку и испугался: «Действительно, если они живут под одной крышей, значит, обе ненормальные!».

Глава 37

Предчувствия

Однажды вечером, не изменяя традиции, Джулия отправилась в Центр. Уставшие от учительницы-зомби дети устроили ей допрос с пристрастием, отказавшись репетировать, если им не предоставят честные ответы. И вот они сидели вокруг стола. Джош и Дориан заняли места по обе стороны от девушки.

— Что с вами? — вкрадчиво поинтересовалась одна из старших девочек.

— Все хорошо, — соврала учительница, ложь которой мигом раскусили.

— Ага! — фыркнул Джош. — Наш дохлый попугай тоже прекрасно себя чувствует в земле на заднем дворе!

Джули «поблагодарила» мальчишку за такое сравнение. Дориан был с ней солидарен и только покачал головой.

— Хорошо. — Сдалась девушка. — Я расскажу вам сказку. Слушайте внимательно и анализируйте. Итак, двое скалолазов решили покорить самую высокую гору. Один из них уже совершал подобные подвиги, а второй был новичком. Они обвязались страховочной веревкой и стали подниматься, полные уверенности, что смогут преодолеть любое препятствие. Первый, профессонал, шел впереди и протягивал руку более слабому. Постепенно они вскарабкались так высоко, что вокруг увидели снег. Было так красиво — просто дух захватывало! Но внезапно поднялась метель. Белая пелена застилала все, а наши скалолазы карабкались все выше и выше. Ведь пока второй видел спину первого, своего надежного друга и товарища, они могли преодолеть даже непогоду. Вдруг порвался трос, связывавший скалолазов. Тот, что слабее, упал со скалы вниз. Он не разбился насмерть — сломал ноги, ребра. Его паек рассыпался. Ориентир потерялся. Он лежал в сугробе и понимал, что напарник за ним не вернется. Вот этот неудачливый скалолаз с поломанными ногами — я. Что делать дальше?

Вопрос она задала себе, но ответить попытались дети.

— Ждать весны? — робко предположил Дэниел.

— Без пропитания и с переломами шанс выжить минимальный! — резонно ответил Шей из старшей группы.

— Тогда нужно позвать на помощь! — чуть ли не срываясь на слезы проговорила Грейс.

— Вокруг никого нет. Рация не работает. Двигаться нельзя. — Покачала головой Джулия, отбросив и эту идею.

— А как же второй скалолаз? — задумалась Нора. — Он ведь тоже один и обречен потеряться. Он тоже погибнет?

Сердце Джулии вдруг больно сжалось, чувствуя беду. Она побледнела настолько, что дети испугались и уже собирались звать Меган. Но девушка заверила их в своем отменном здоровье и быстро ушла домой. Мерзкое ощущение неотвратимого не прошло ни на следующий день, ни на грядущий…

Он не мог подняться с кровати, и даже набрать номер продюсера, чтобы предупредить о плохом самочувствии. Стоило подумать о еде, и его тошнило. Даже если он и не представлял ничего некогда вкусного и аппетитного, все равно становилось дико плохо и, тошнота накатывала с новой силой. В номере отеля Ромео с недавних пор жил абсолютно сам, поэтому помочь ему, принести воды или хоть как-нибудь помочь было некому. Жалея самого себя и ненавидя весь окружающий мир, он лежал на полу в уборной, скрючившись от боли.

Замок двери скрипнул, послышались шаги. Он нашел в себе силы, чтобы повернуть голову и рассмотреть посетившего его призрака. Девушка с длинными косичками прошла к нему, в испуге произнесла его имя… Но принесла с собой только разочарование. Она была вовсе не той, кого он хотел бы увидеть в такой тяжелый час.

Рома терял сознание, корчился в муках…

Его повезли в скорой. Он различал сначала потолок машины, а потом без особого интереса, просто чтобы отвлечься на что-то, кроме боли и тошноты, рассматривал стены больничной палаты… Потом пришли врачи, поставили диагноз: «аппендицит» и на каталке звезду музыки отвезли в операционную.

Кое-кто другой так и не дождался помощи. Он не мог пошевелиться. Кровь стекала со лба прямо на глаза. Сверху лился дождь. Он лежал на холодной земле, смотрел в серое грозовое небо и, это было все, что осталось в его памяти до того, как сознание проиграло битву боли…

— Все! — сдалась Габи, прерывая занятие. — Вытяни перед собой руки!

Ее терпению пришел конец. Она полтора часа наблюдала, как подопечная не может не то, что сконцентрироваться и попасть в ритм, — вообще дрожит как осиновый лист, шатаясь по паркету в образе недобитого лебедя. Как и предполагалось, руки девчонки тряслись.

— На чем ты сидишь? — строго спросила женщина, а менеджер с замиранием сердца приготовился услышать ответ.

— Что? — искренне удивилась Джулия. — Ты о наркотиках и всякой такой фигне? Ни на чем!

— Тогда что с тобой? — Габриэла не собиралась продолжать занятие, пока все до конца не проясниться.

— Мне страшно. — Опустила голову девушка и говорила тихо-тихо. — Очень. С утра сердце колотится как сумасшедшее. Выпила успокоительного, но ничего не помогло. И самое ужасное в этом то, что подобное уже происходило… Когда мне было семь…

Девчонка села на пол посреди зала. Габриэла заняла место перед ней, чтобы смотреть в лицо ученицы.

— А что тогда случилось? — более тихо прозвучал вопрос танцовщицы, впрочем менеджер хотел узнать то же самое, поэтому подошел ближе.

— Взрыв на шахте… Но я тогда ничего не смогла сделать. Я была маленькой. — Прохрипела, содрогаясь, Джулия.

Чес и Габи замерли, подозревая худшее.

— А там работал…? — подтолкнула к рассказу тренер.

— Папа, — с хрипом сорвалось с губ побледневшей девчонки, и она подняла глаза, а мужчина и женщина едва сдержали желание отшатнуться, при виде глубины горя на дне зрачков. — Вы не против, если я позвоню?