Этикет & шпионаж (ЛП) - Кэрриджер Гейл - Страница 15

— Погодите, профессор. Мы учреждение высшего образования и высших манер. Мы просто — напросто не можем стрелять первыми, так не полагается. С этого момента запомните, мисс Тряпочертик, — леди никогда не стреляет первой. Она сначала задает вопросы, а потом стреляет.

— Да, леди Линетт, я запомню, — пригвожденная к месту, пообещала Софрония.

Флотилия шлюпок теперь подобралась достаточно близко к Софронии, чтобы различить фигуры в корзинах. Они были одеты, как их соратники ранее этим днем: в защитные очки и верховую экипировку. Однако один мужчина странно выделялся. Слева в самой дальней шлюпке. Стоящий позади в позе, свойственной церемониймейстеру в театре, походил на джентльмена. Софрония не могла различить его черт, но одет он был в черное и носил цилиндр. На шее зеленый шарф, как и лента на цилиндре. И, несмотря на великосветский наряд джентльмена, оставался в тени.

— Почему вы не стреляете, профессор Светлякоуп? — спросил справа от Софронии властный голос с французским акцентом. Это из ближайшего люка появилась профессор Лефу, являя собой сплошную угловатость и неодобрение.

— Нет достаточных оснований, — пояснила леди Линетт.

— Но там преступники. Налетчики. Нам не нужны иные основания.

— Терпение, Беатрис. Мы должны выяснить, что они от нас хотят.

— Мы знаем, что они хотят! Они хотят прототип!

— Ты выведала его нахождение у Моник?

— Нет, та как в рот воды набрала. Некоторые наши уроки она хорошо усвоила.

— И поэтому?

— Поэтому я понизила ее до статуса дебютантки. Посмотрим, сможет ли развязать ей язык скука, когда придется все заново учить с новенькими девочками.

Софронии не понравилось сказанное. Не означало ли это, что на всех ее уроках будет присутствовать Моник?

Один из налетчиков что — то поднял на край шлюпки.

Профессор Светлякоуп насторожился и нацелил арбалет в ту сторону.

— Рано, — предупредила леди Линетт.

Предмет издал громкий чпок! и выстрелил. К ним полетел белый ком и с чавканьем приземлился на палубу около профессора Светлякоупа.

Профессор принялся кашлять и махать ладонью перед лицом и в тоже время подался назад. Он задышал с хрипом, а из глаз у него полились слезы.

Однако ни на одну леди, кажется, предмет не оказал такого неприятного действия. Профессор Лефу подошла и наклонилась, чтобы исследовать белое вещество.

— Чесночная кашица, — бесстрастно заявила она.

— Какая мелкая пакость! — вомутилась леди Линетт. — Вы справляетесь с отравлением, профессор?

Тот чихнул.

Профессор Лефу принялась ногами собирать месиво чеснока в кучу, которую потом прикрыла носовым платком.

Превозмогая хрипы, профессор Светлякоуп спросил:

— Теперь я могу в них прицелиться?

Он поднял вверх арбалет. Тем временем механизмы продолжали наставлять на него пушечки. Во всяком случае машины видели в профессоре великую угрозу.

«Должно быть, из — за усов», — подумала Софрония.

— Нет, нет. Это был всего лишь предупредительный выстрел, чтобы вызвать сумятицу.

— Фто? Предупреждение, говорите? Апчхи! Ну, похоже, сработало.

И профессор Светлякоуп потер глаза свободной рукой.

Софрония зачарованно наблюдала, как на одной шлюпке выбросили белый флаг на конце швабры и подошли поближе. Маленькое воздушное судно понеслось в одном направлении, потом свернуло, будто сбитое с толку.

— Они хотят переговоры? — скептически спросила профессор Лефу.

— Пойдем навстречу. Посмотрим, что они хотят сказать.

Когда шлюпка очутилась лишь в нескольких мерах длины, налетчики внутри подняли катапульту на край корзины и метнули что — то еще на скрипучую палубу.

Это нечто грохнуло и покатилось по доскам, остановившись у основания одного из механизмов. Объект развернулся и превратился тоже в механическое устройство, только куда меньше, чем стоявший страж. Оно совсем не походило на человека, даже никакой попытки выглядеть по — человечески.

— Мехазверь! — закричала леди Динетт. — Все в укрытие!

Софрония нашла убежище за одним из грозных механизмов, следуя примеру своих учительниц. Профессор Светлякоуп не подчинился команде. Он твердо стоял на ногах. Чихать он стал меньше и продолжал целиться арбалетом в шлюпку.

Маленький песик, такса, кажется, не понял, чем вызван испуг. Он доверчиво поспешил к профессору Светлякоупу, махая механическим хвостиком, как идеальные часики — тик — так, тик — так.

Добежав до профессора, песик остановился и потом — Софрония покраснела — присел и выпустила из зада стеклянную трубку.

Профессор Светлякоуп вытаращился, наклонился, вытащил трубку и встал, не выпуская из виду цель. Он явно не желал расставаться с арбалетом, поэтому вытащил пробку из трубки зубами. Пробка накололась и застряла на одном из них, но профессор не заметил. Внутри трубки находился крошечный свиток бумаги с напечатанным посланием.

Решив, что механическое существо опасности не представляет, учительницы вышли из укрытия.

— Ну, что там? — потребовала леди Линетт.

Профессор Светлякоуп начал читать, но слова искажала пробка.

— Шам говориша што…

— Профессор, у вас что — то застряло в зубах, — прошипела леди Линетт, явно смутившаяся за него.

— Фто? Фто?

Профессор Лефу потянулась и сдернула раздражающую пробку.

Профессор начал снова:

— Там говорится, что они хотят получить прототип. И дают три недели на то, чтобы мы его сделали, иначе по истечению срока они вернутся с подкреплением.

— Абсурд! Какое подкрепление могут иметь какие — то налетчики? — взорвалась профессор Лефу.

Леди Линетт была не столь уверена.

— Если они достаточно заплатят…

— Фто, думаете, за ними стоят Засольщики?

Профессор Светлякоуп скатал записку между длинными белыми пальцами.

— А кто ж еще? — спросила профессор Лефу, а потом кивнула: — Положительная сторона дела состоит в том, что если они нам угрожают, значит, еще его не добыли. Никто его не достал. Куда бы его ни спрятала Моник, она спрятала ото всех.

— Фто, слишком хорошо ее обучили?

Профессор издал неодобрительный смешок.

— У маленьких кувшинчиков большие уши, — напомнила леди Линетт, кивнув в сторону все еще прятавшейся за механизмами Софронии.

Софрония вышла, размышляя, что теперь от нее требуется. Очевидно, ничего, раз взрослые снова перестали ее замечать. Она все также сгорала от любопытства, что за протип такой, но, увы, о нем ничего не было упомянуто.

Профессор Светлякоуп помахал запиской налетчикам на ближайшей шлюпке и приподнял шляпу.

Восприняв этот жест как завершение миссии, весь парад маленьких воздушных судов повернулся и лениво поплыл прочь.

— Три недели, — пробормотала леди Линетт. — Предполагаемый план действий?

— В данный момент имеющийся не в счет, фто, девочка очевидно спрятала прототип довольно хорошо?

— Мы можем сделать им временную замену, — предложила профессор Лефу.

— Хорошая идея. Думаешь, сможете? — повернулась к ней леди Линетт.

— Не вижу препятствий. У меня есть старые наброски предыдущей модели.

— Превосходно. Привлеките несколько старшеклассниц, для них еще и польза, фот. Тогда мы сможем попросить бансонцев собрать зверюгу.

Профессор Светлякоуп кивнул, напряженно улыбаясь. Потом вручил леди Линетт трубку с запиской и убрал стрелу из арбалета. Механизмы — защитники все как один опустили пушки и закрыли нагрудные люки.

Профессор Светлякоуп вернулся к оловянному ящичку, открыл его и переключил внутри рычаг.

Поскрипывая шестеренками, механизмы укатились прочь. Профессор подошел к профессору Лефу и предложил ей руку.

— Какой исходный материал лучше всего, по — вашему?

— Ну, подозреваю, что намагниченное железо лучше всего имитирует оригинал. Медь тоже может подойти. Нам следует немедленно разогреть печь.

— Фто, железо? Превосходная мысль. Превосходная.

Вдвоем они двинулись к выходному люку. Профессор Лефу возвышалась над своим миниатюрным мужским эскортом. Софрония рассеянно смотрела им вслед.