Этикет & шпионаж (ЛП) - Кэрриджер Гейл - Страница 28

— Я везде бываю, где хочу, если не поднимается тревога.

— Должно быть, здорово. — Софрония весело обменялась взглядом с Мылом.

— Ну — ка, собери малость черненького для леди, а, Вив? — Мыло мотнул головой в сторону угольного холма.

Вив смерил верзилу взглядом и припустил рысью к цели.

— Упрямый чертенок, — ласково произнес Мыло, как только тот оказался вне пределов слышимости.

— Полагаю, будешь таким при такой — то тете, — философски заметила Софрония.

Вив вернулся с оттопыренными карманами. Софрония переложила уголь в черный вельветовый ридикюль, который был ее лучшей вечерней сумочкой, зато единственной, на которой не видно угольной пыли.

— Отличное хранилище, — похвалил сумку Вив.

— Спасибо.

— У Вив наметанный глаз на такие штучки.

— Мне и красивые шляпки на леди нравятся, — снисходительно заметил Вив, отправляясь по своим делам.

— Девять лет, говоришь?

— Ну, когда твоя мамочка — француженка и ее фамилия Лефу, то поневоле будешь подражать. Мое последнее творение помнишь? Которое видела в прошлый раз. Так вот, оно Вив.

Софрония поразилась.

— Я думала, тачку построил ты.

— Не, я ее испытывал. Башка у Вив варит.

Софрония наклонила набок голову и посмотрела на Мыло.

— Ну, не знаю.

Он намеренно долго тянул себя за ухо.

— Э… мисс.

Софрония пыталась придумать, как выйти из этого вдруг ставшего неловким разговора.

«Будешь знать, как флиртовать за пределами класса».

Вдруг один из тепловых котлов взревел, и издалека она услышала, как зазвенели сигналы тревоги с верхних палуб.

— О, проклятье! Думаешь, там заметили, что я не в постели?

Мыло толкнул ее к входному люку и подержал его открытым, пока Софрония выбиралась наружу.

— Нет, мисс. Тревога по всему периметру, как есть. Нападение на школу. По инструкции вы должны остаться здесь, на месте с нами.

— Если меня поймают, то с тем же успехом могут поймать и снаружи. Для моей репутации так будет лучше.

— Я тоже так считаю. Удачи, мисс.

«Должно быть, налетчики. Вернулись за прототипом».

Софрония повесила сумочку с углем на шею и полезла вверх по веревочной лестнице. Что хорошо — никто из учителей не остался в своей комнате. А плохо то, что можно столкнуться с кем — нибудь из них на палубе, когда она попытается пробраться в свою спальню.

Софрония подумала было спрятаться на балконе леди Линетт, пока не утихнет тревога, но если это обещанное нападение налетчиков, то хотелось бы посмотреть, что будет дальше. Они угрожали вернуться через три недели после первой неудавшейся попытки. А школа, должно быть, ускользнула от них еще на несколько дней. Бесцельное парение корабля под действием ветров, носившихся над туманными пустошами, затрудняло отслеживание его как с воздуха, так и с земли.

Софрония стала упорно карабкаться по борту корабля. Это было труднее, чем продвигаться вдоль борта. Приходилось искать опоры для рук и ног в досках, чтобы пройти через места, где одна палуба стыковалась с корпусом, а другая выступала снова наружу. Софронии это удавалось, пока она не смотрела вниз.

Минуя середину, она утешила себя мыслью: «Даже если я упаду, то приземлюсь на нижней палубе. Ничего страшного. Ну сломаю пару ребер и всего — то».

Слабое, но утешение.

Софрония посмотрела вверх и увидела над собой скрипучую палубу. Еще раз собрались мехасолдаты: их выставленные наружу пушечки целились куда — то внутрь. В середине, разумеется, стоял профессор Светлякоуп с арбалетом. Судя по всему, нападавшие находились с другого борта корабля, где их не видела Софрония.

Она карабкалась вверх, пока не очутилась прямо под скрипучей палубой. Пришлось воспользоваться уже привычным методом — скользить по перилам вдоль борта на противоположную сторону корабля. Когда она обогнула последнюю палубу, то увидела, что на самом деле налетчики вернулись с подкреплением.

Софрония насчитала двенадцать шлюпок и позади них два воздушных судна побольше. Ничего похожего на школу, но большие дирижабли, которые, по слухам, производились для заморского транспорта.

Софрония осматривала пассажиров, выискивая того скрытного джентльмена.

«Он должен быть там».

Было темно, и она так сильно щурилась, что заработала головную боль, но умудрилась разглядеть его на одной из шлюпок. Очертания человека, облаченного не для гонок на лодках, как другие налетчики, а в полном вечернем наряде, включая цилиндр. Софрония не сомневалась, что лента на цилиндре зеленая. Он стоял позади — и как прежде казался скорее наблюдателем, чем соучастником.

Софронии стало любопытно, видит ли он ее в халате, с вечерней сумочкой на шее, свисающей с борта корабля.

Она предположила, что дирижабли должны принадлежать небесным пиратам, которых считала, как в свое время налетчиков, творениями легенд. Два дирижабля плавали в толпе маленьких лодок, как утки среди выводка утят. И будто оружие и флаги были только внешними атрибутами, а дирижабли по их виду предназначались для чего — то более великого, чем угрожать какому — то институту совершенства. Софрония пришла к заключению, что их, как галеоны в старину, захватили у правительства.

Один из налетчиков приложил ко рту трубу и прокричал:

— Отдайте нам прототип!

Учителя хранили молчание.

С одного из дирижаблей открыли огонь, вспышка от пушки на палубе, и в их сторону понесся большой объект. Он просвистел прямо рядом с вцепившейся в перила Софронией и пролетел мимо школы.

Софрония подавила крик.

— Огонь, профессор Светлякоуп, — услышала она приказ леди Линетт.

В два быстрых вампирских прыжка профессор очутился у борта, на виду у Софронии. И нацелил маленький арбалет на выстроившуюся перед ними флотилию.

Софрония сомневалась, что такой изящный арбалет способен нанести хоть какой — то урон.

Профессор выстрелил.

Все как один механизмы, чьи пушечки все время целились в профессора, повернулись, отслеживая дулами путь стрелы.

«Они целятся в стрелу, — поняла Софрония. — Надеюсь, профессор Светлякоуп меткий стрелок».

Так и оказалось. Стрела воткнулась в борт одной из шлюпок, прямо ниже края корзины, вне досягаемости тех, кто в ней находился.

Показалась леди Линетт, которая подошла к боковому поручню и потянула за что — то там спрятанное.

С оглушительным шумом солдаты дали одновременный залп

Софрония поморщилась, ей захотелось закрыть уши, но поскольку она висела, то руки были заняты.

Палуба исчезла в облаках порохового дыма. Приятный металлический запах доплыл вниз до Софронии. Когда дым рассеялся, она увидела, что одна из шлюпок накренилась набок, два из ее шаров повредились. И шлюпка стала по спирали спускаться с неба.

Одна из шлюпок ответила залпом. На этот раз целились выше. Ядро проделало основательную дыру в среднем баллоне школы. Софрония задрала голову, пытаясь заглянуть в отверстие и оценить ущерб. Однако до баллона была еще одна палуба, да и слишком темно, чтобы что — то разглядеть. Одна сторона баллона немного обвисла, и корабль стал крениться в этом направлении.

— Пошлите туда «угольков»! — услышала Софрония крик профессора Светлякоупа, показывавшего на поврежденный воздушный шар.

Профессор быстро пробежался по планке в кабине пилота, вероятно, чтобы связаться с котельной.

Леди Линетт подошла к выступавшим впереди поручням скрипучей палубы. С таким выдающимся голосом мегафон ей не понадобился.

«Кто бы в этом сомневался, она, должно быть, приобрела изрядный опыт на сцене».

— Прекратите стрельбу. Мы отдадим прототип. Присылайте посредника.

«Они очень легко сдались, — подумала Софрония. — Кажется, разыграно как по нотам, возможно, чтобы передать фальшивый прототип? Чтобы выиграть время?»

Налетчик с мегафоном проорал в ответ:

— Идет.

Глава 10