Ложное соглашение (ЛП) - Мармелл Ари - Страница 13

— Почему? — Робин отошла, когда Виддершинс перестала бороться. — Боги, что я вам сделала?

— Может, если не поймете, я объясню однажды. Вкратце. Хорошего вечера, дамы и господа. Простите, что помешал, — он бросил горсть монет на стойку, и они покатились, прыгая, по гладкому дереву, звеня, но ни работники, ни клиенты не бросились подбирать их. — Всем по кружке за мой счет, чтобы отплатить за неудобство, — Эврард насмешливо поклонился, пошел к двери, и его пальто хлопало, добавляя драматизма.

— Все хорошо, — тон Виддершинс не вязался с ее словами, но клиенты не спешили возражать. — Все в порядке. Прошу, вернитесь к своему отдыху, — она застыла в центре комнаты и смотрела в пустоту.

— Шинс?

— Хм?

Робин была бледнее обычного, возникла между Виддершинс и пустотой, в которую она смотрела.

— Он может так сделать? Забрать «Дерзкую ведьму»?

— Н-не знаю, Робин. У него нет доказательств, что завещание — подделка, но одних обвинений хватит, чтобы отец Жен оживился. Он может усложнить нам жизнь.

— Точно, — Робин выдавила жалкую улыбку. — Ведь до этого все шло гладко, — она моргнула, когда Виддершинс резко развернулась. — Куда ты?

— Я пойду за этой… змеей! Он так много обо мне знает? Хорошо! Я отвечу тем же!

Она ушла, не дав Робин даже решить, возмущаться ей или поддерживать ее.

* * *

— Вот она!

Белка проследил за указывающим пальцем друга и увидел Виддершинс, только вырвавшуюся за дверь почти бегом. Белка застыл. Она быстро, но уверенно огляделась, словно что-то искала, и направилась уже медленнее по главной улице торгового района. Она быстро слилась с толпой, пропадая порой в тени между фонарей. (А она даже не была в своем черно-сером костюме для таких дел.) Она не думала, что ее заметят.

Она искала что-то впереди и не скрывалась от тех, кто мог следовать за ней. Особенно, от тех, кто знал те же уловки.

— Хорошо, ребята, — напряженно улыбнулся Симон. — Посмотрим, что задумала этой ночью наша девочка?

Они, как и Виддершинс перед ними, пропали в толпе, преследуя добычу, не знающую о них.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Виддершинс сгорала от гнева, решимости и, да, хоть она не признала бы, страха, что не сразу Ольгун смог пробиться через крики ее эмоций и привлечь ее внимание.

— Что? Нет! — она мрачно посмотрела на ближайшего прохожего, который пялился на нее, а потом продолжила тише. — Нет, я не считаю эту идею глупой. Я думаю, что это лучшая идея за всю историю идей!

Ответ мог вызвать головокружение, она быстро бежала сквозь редеющую толпу — многие спешили домой, если были на улице так поздно вечером — и миновала два квартала.

— Мне плевать, если для тебя это плохая идея! Не ты же вот-вот потеряешь старания всей жизни лучшей подруги? Да что ты знаешь…

Виддершинс застонала и споткнулась, чуть не врезалась в потертое и бесцветное дерево стены. Она не помнила, когда еще ответ Ольгуна был таким сильным, так захлестывал. Ее желудок сжался от стыда, что напомнило ей случаи, когда она сильно расстраивала Александра.

— Ты… Ольгун, прости. Я знаю, что ты потерял. Я не имела права так говорить. Простишь меня?

Согласие было сначала неохотным, но стало все сильнее, хоть оно покалывало от гнева и тревоги.

— Но ты меня так не потеряешь. Нет, я не знаю, кто он, но мы с тобой? Мы со всем справимся, да?

Она побежала, пытаясь не упустить Эврарда из виду, и хоть Ольгун все еще был недоволен, она ощущала, что он больше не хотел спорить.

Улица из грязной тропы постепенно превратилась в брусчатку с порой встречающимися колдобинами — но и они пропали, Эврард двигался, а с ним и Виддершинс, к богатым районам Давиллона. Сомнения воровки в благородстве гостя (по крови и роду, если не в поведении) быстро пропали.

Кем он был? И откуда такая ненависть к ней?

Вечер покинул город пару минут назад, и ночь заняла свое место. Дороги не были пустыми, но прохожих было мало, а стражей — довольно много. Виддершинс лишилась толпы, где могла укрыться, ей приходилось чаще держаться теней, переулков, когда Эврард озирался, она замедлялась, и он все сильнее отрывался от нее. Она поняла с грузом в желудке, словно проглотила целого гуся — и не жареного, а пернатого и крикливого — что вот-вот упустит его полностью.

Она посмотрела на крыши, размышляя, не было бы умнее выбрать «дорогу воров», но быстро отогнала мысль. Она плохо знала эту часть города, не знала, где брешь между домами может оказаться слишком широкой. Нет, лучше придерживаться дорог, может, пожертвовать скрытностью в угоду скорости и надеяться, что раздражающий аристократ не оглянется там, где Виддершинс не сможет…

Мысль оборвалась от странного всплеска эмоций от Ольгуна, но это был не гнев, эмоции не были направлены на Виддершинс. Она постаралась собраться и поняла, что это было смятение со слабым покалыванием страха.

— Что? Ольгун, что?

Натяжение, словно он пытался ее направить.

— Нет! Ольгун, Эврард идет туда. Я не… Нет! Мне все равно, что там, я не…

Она ощутила движение воздуха вокруг себя, что-то шевелилось в ее разуме, и она узнала ощущение силы Ольгуна. Голоса нескольких прохожих вдали звенели в ее ушах, каждое слово выжигалось в ее мыслях. Она слышала шаги как удары в барабан, а ее сердце словно перебралось в голову (может, искало вид лучше).

Ощущение пропало так же быстро, как появилось. Нет, не пропало, сузилось. Она словно двигалась мимо звуков, пока не услышала то, что проходила в паре улиц справа от нее.

Всхлипы. Бег. Периодические крики, которые не были достаточно громкими, чтобы донестись до ее ушей до этого.

— Мы тут ни при чем, — настаивала она, пытаясь не упускать из виду Эврарда в темноте впереди. — Я бы не узнала об этом, если бы не твои дурацкие божественные уши, так что…

Она ощутила отчаянное любопытство Ольгуна, как свое, ему нужно было узнать, что за странную силу он ощущал в городе.

— Мне все равно. Я хочу узнать, что Эврард…

Он показал ей воспоминание, где Скрытый лорд приказывал узнать, что не дает покоя Давиллону.

— Да плевать!

Ее слух стал еще острее, и она слышала тонкие вскрики ужаса.

— Я не… ох! — мрачно взглянув на удаляющуюся спину Эврарда — а хотелось и на Ольгуна — она побежала на звуки страха, которые никто на улице не мог слышать.

Ее ощущения быстро стали нормальными — у силы Ольгуна были пределы — но его влияние уже и не требовалось. Крики из-за сильной боли и ужаса она уже слышала сама. Будь она дальше, Ольгун не смог бы понять, что его привлекает, будь патрули ближе, а не только на главных улицах, они разобрались бы с этим, и Виддершинс не пришлось бы бросать свое преследование.

— Поговорим об этом позже, Ольгун, — процедила она. Она повернула в нужную сторону и увидела здание с видом на интересующую ее улицу (магазин изделий из стекла, если она не ошиблась). Виддершинс полезла на здание. Подходить к любой проблеме лучше с неожиданного угла, да?

Улица была не шире переулков, которые она знала. Ряд заведений граничил с ней по краям, и если бы улица была длинной, а не всего в пару домой, она стала бы аллеей.

Но не вид улицы, а ее обитатели привлекли ее внимание, когда она посмотрела из-за края крыши, руки чесались, она прижимала их к грубым деревянным брусьям. Два юноши — или хорошо одетые слуги аристократа, или дешево наряженные аристократы — сидели на корточках, прижавшись к двери магазина рядом с тем, на котором сидела Виддершинс. Один держался за руку в красном и живот, и хоть, судя по крови, раны были не смертельными, ему было больно. Другой сжимал плечи друга, словно мог так защититься от атаки. Нападающий был в черной ткани; он напоминал дальнего родственника Скрытого лорда.

Но с высоты Виддершинс видела то, чего не видели жертвы на земле: вторую темную фигуру, одетую так же, как первая, держащуюся тени под крышей здания дальше по улице.

— Ольгун, ты их ощутил?