Кто ушел и кто придет (СИ) - Руно Мария - Страница 38

— И ты туда летишь! — рассмеялась Мадлон. — А когда?

— В декабре. Я бы предложил тебя подвезти — у нас с Френком собственный корабль — но вы летите раньше, верно?

— Да, через два месяца.

— А сколько пробудете на планете?

— Три месяца.

— Тогда мы с тобой там увидимся.

— Ты летишь в командировку? Или отдохнуть? Там ведь сейчас какие-то курорты, я слышала…

Он вздохнул.

— Я уже забыл, когда ездил куда-нибудь отдохнуть! Надеюсь, в этой командировке у меня будет время хотя бы позагорать.

Когда Губерт ушел, Мадлон включила КПК и заполнила заявление на увольнение. Лучше с этим не затягивать. Хоть она и говорила Френсису о поездке как о деле решенном, но стоило ей подумать о том, что больше у нее не будет работы, как ей хотелось все отменить. Отправив заявление, она откинулась на спинку дивана и нервно застучала пальцами по столешнице. Мадлон сама не понимала, почему так переживает. Никто не станет удерживать ее, разве что попросят остаться до того времени, пока не подберут кого-нибудь на ее место, а это произойдет очень быстро. Желающих получить работу всегда хватает.

А вот и ответ. Заявление принято, она может считать себя свободной. А это что за сообщение?.. А, просто оповещение о перечислении последней заработной платы. И даже никакой просьбы задержаться — наверное, уже есть подходящая кандидатура вместо нее. Но почему ей так горько? Она же хотела изменений — так вот они! И она всегда знала, что незаменимых людей нет, и что ее тоже легко заменят. А все-таки… Там она чувствовала себя нужной. А теперь у нее нет работы, а значит, она никому не нужна!

Мадлон уткнулась лицом в ладони, но сразу отняла руки, испуганная собственной реакцией. Да что с ней?! Еще не хватало разреветься! Она никогда не плачет, ведь она не какой-нибудь Ник Метени.

«Лучше пойду где-нибудь поброжу, — подумала она, вскочила и принялась лихорадочно обуваться. — Погуляю в парке или побегаю. Надо отвлечься и как следует устать, а то из-за всех этих глупых переживаний ночью спать не смогу».

15

— Ник! Вставай, дорогой, завтрак готов. Скоро надо ехать в космопорт, помнишь, мы вчера договаривались? Дедушка прилетает.

«А я здесь при чем? — спросонья чуть не брякнул Ник, но вспомнил, что вчера обещал жене вместе с ней встретить этого ее деда. Он сам вполне обошелся бы без такого знакомства, но раз уж Конни настаивает…

— Да-да, встаю, — пробормотал он, спуская ноги с кровати.

Прошло уже три месяца со дня прибытия Ника на Нарат, и два месяца из этих трех он был женат. С Конни он познакомился еще на корабле. Она сама подсела к нему в столовой, где будущие колонисты, изможденные и бледные после долгого анабиоза, неохотно глотали стимулирующие напитки и жидкую суперпитательную кашу.

— Приятного аппетита! — услышал Ник веселый женский голос. Подняв голову, он увидел напротив улыбающуюся девушку. Ого, вот это красотка! Не Мадлон, конечно, но очень хорошенькая. Сероглазая брюнетка с прямыми волосами до плеч, с тонкой талией и грудью не меньше третьего размера. Ник вскочил, придвинул ей стул и был вознагражден очаровательной улыбкой. Девушка села рядом и сообщила:

— Слышал местные новости? Сегодня на Нарате открылся первый курорт, «Цветные скалы». Наверное, скоро сюда начнут летать туристы.

— Там горячие источники, да?

— Это долина гейзеров, вроде Йелоустонского парка, только наратские грязи намного полезнее — ну, так пишут. И разноцветные скалы в буклетах выглядят очень живописно! Я хочу там побывать. Мне дедушка рассказывал про это место, он был там много лет назад, когда работал на Нарате в самой первой экспедиции.

— Твой дед был в первой экспедиции? — восхитился Ник.

— Да. Антони Гордон, он геолог, сейчас работает в Планетологическом институте на Земле, но часто летает на Нарат. Могу тебя с ним познакомить, мало ли, вдруг хочешь взять автограф у первопроходца, — она лукаво сощурилась. — Как тебя представить?

Ник назвался.

— А я — Конни Гордон, — хорошенькая колонистка пожала его руку прохладными нежными пальцами. Обручального кольца у нее не было. Или не носит? Он, Ник, тоже не носил, это Микаэла со своим не расставалась.

— А другие твои родственники чем занимаются?

Улыбка Конни слегка потускнела.

— У меня мало родных. Родители погибли во время восстания в городе Западные Ступени. Есть брат, он еще школьник, живет на Земле с двоюродной теткой. А больше — никого, только дедушка. Я незамужем, — добавила она, как бы подводя итог, и Ник увидел в ее серых глазах озорные огоньки. Он усмехнулся и встал из-за стола.

— Я разведен. А по специальности ты кто?

— Геолог, как дедушка.

— А я… — начал Ник и перебил сам себя: — А я оператор сельскохозяйственных роботов. Пойдем, что ли? Скоро уже посадку в шаттл объявят. Может, еще увидимся на планете.

Они и впрямь увиделись, и не один раз. Конни сама отыскивала Ника, но делала это так ловко и ненавязчиво, что он оставался уверен, что эти несколько встреч — чистая случайность. Конни нравилась ему: красивая и милая, общительная, но не развязная, работящая, но не карьеристка, и без всяких командирских замашек. Скоро он сам начал искать повод для очередной встречи. Иногда Конни оказывалась занята, но обычно соглашалась. Они много гуляли, объездили все ближайшие достопримечательности, слетали в долину гейзеров. Курорт «Цветные скалы» работал, но посетителей было мало. Ник и Конни сняли домик подальше от всех и провели в долине два прекрасных дня. Гуляли среди разноцветных травертиновых отложений, похожих на развалины древних замков, купались в теплой воде источников и потом целовались, лежа в густой траве под тускловатыми наратскими звездами. Конни оказалась прекрасной любовницей, и вернувшись домой, Ник подумал: «А собственно, чего мне еще надо? Отличная девчонка!». На следующем свидании он сделал предложение, Конни с радостью согласилась, и в тот же день они оформили брачный контракт. У обоих пока еще было не много знакомых, так что устраивать шумный праздник не стали. Нику вовсе некого было приглашать, да он и не хотел, а Конни позвала двух приятельниц попить чаю вечером. Ник и с этими ее подружками предпочел бы не видеться, но новоиспеченная жена возмутилась:

— Да ты что? Это же свадьба!

Ник вздохнул. С одной стороны, он радовался, что у него такая компанейская жена — очень удобно, она все и всех знала и с любым могла наладить контакт — но иногда общительность Конни начинала его раздражать. Сильно замкнувшись после истории с Мортоном, Ник предпочел бы, чтобы и Конни была только с ним, а не с другими. Ларри в этом отношении был лучше, у него-то не было никакого своего круга общения. Но не спорить же с ней в первый день совместной жизни! Пусть приглашает своих девчонок, если без них никак.

Когда он умылся и пришел в гостиную, Конни накрывала на стол, порхая по комнате в его, Ника, футболке. Ник всегда удивлялся пристрастию жены к его вещам, но брать не запрещал. Пусть носит, не жалко, да и выглядит она в этой футболке довольно соблазнительно.

— Твой дед во сколько прилетает? — спросил он, усаживаясь за стол.

— В одиннадцать, — Конни поставила перед ним тарелку с яичницей, придвинула тосты и села напротив. Сама она предпочитала завтракать овсянкой с фруктами. — Если минут через сорок выйдем, как раз успеем.

— А ты уверена, что мне стоит туда идти? Он, наверное, тебя хочет повидать, а мне-то зачем ехать…

— Я думаю, дедушка был бы рад. А разве ты не хочешь с ним познакомиться?

— В принципе, хочу… — протянул Ник. — Просто жаль тратить на все это половину выходного дня.

— Мы совсем недолго в космопорте пробудем, дедушка сразу уезжает в экспедицию на плато Муравейник. Меньше часа потратим, а потом можно будет поехать в «Цветные скалы». Давай? Мы давно там не были.

— Ага, давай.

— Я побегу одеваться, — Конни чмокнула его в лоб и скрылась в соседней комнате. Ник отодвинул недоеденную яичницу. Все-таки надо объяснить жене, что он по утрам не любит есть, только пьет кофе. Вообще-то он говорил, но Конни ответила, что обходиться без завтрака вредно, и продолжала пихать ему то яйца, то овсянку, то еще что-нибудь. Микаэла тоже надоедала ему с завтраком. Один только Ларри не стал спорить и просто варил кофе, как он, Ник, просил, и давал с собой какой-нибудь перекус: «По дороге на работу съешь».