Печать на устах. Рыцарь (СИ) - Романова Галина - Страница 106

Прежде эта сцена выглядела по-иному – служанка лишь молча подавала то или другое, а сам Крунху уговаривал девушку. Теперь же его слова все отдали Раэне, которая старалась вовсю. Между тем Тролль лишь тенью маячил в отдалении, то порываясь подойти ближе, то снова уходя в сторону, негромким мычанием или сдержанным ревом привлекая к себе внимание.

- Откуда они только взяли этого тролля? – тихим шепотом поделилась с дочерью супруга лорда Тарэара, занимавшая место в первом ряду. – Вчера, когда эти комедианты кувыркались перед нами на пиру, его там не было!

- Не было, - согласно кивнула девушка. – Такого я бы заметила.

- Наверное, его прячут нарочно, - продолжала ее мать. – Он же уродлив. Просто ужасно, кошмарно уродлив! Надеюсь, его убьют в конце?

- Конечно, убьют, мама, - кивнула девушка с таким видом, словно сама и написала пьесу.

- Дамы, прошу вас, - прошептал лорд Тарэар, - потише! Вы мешаете слушать!

- Слушать? Кого вы слушаете? Этого? – леди кивнула на Тролля.

- Во всяком случае, не вас! – откликнулся ее супруг.

Что до Моррира, ему было решительно наплевать на мнение всех остальных. Он сидел вместе с семейством своего воспитателя, но не обращал на женщин никакого внимания. Едва на сцене появилась Раэна, как юноша забыл обо всем на свете. Подавшись вперед, раскрыв рот и распахнув глаза, внимал он каждому ее слову, следил за каждым жестом. Сколько в ней жизни и огня! И как можно было увлечься Лионелью, когда рядом такая девушка? Как можно хоть кого-то ставить с нею на одну доску? Весь во власти своих чувств, он совершенно не замечал того, что его бывший воспитатель, лорд Тарэар всё меньше уделяет внимания самой пьесе и всё чаще посматривает в сторону бывшего воспитанника. А когда в конце акта юноша громко стал аплодировать актрисам, и вовсе забыл про сцену и глаз не спускал с Моррира, погрузившись в размышления.

Остальные сцены тоже переделали. Тролль, так и не добившись ответа – вернее, не решившись заговорить с пленницей – уходил, и на его место являлись освободители. В первоначальном варианте Лионель сама для супруга и его друга выведывала у Тролля, в чем его сила и как его можно одолеть. Но сейчас выяснилось, что служанка прекрасно осведомлена о тайнах своего хозяина, однако, согласна выдать их в обмен на спасение. Ей тоже надоело торчать в пещере, хочется на свежий воздух. Получив задание, спасители отправлялись добывать волшебный меч, которым только и можно было срубить голову чудовища.

Их путешествие на скалу, где в камне ждал своего часа заколдованный клинок, не претерпело существенных изменений. И тогда, и теперь Тролль пытался активно помешать героям, устроив камнепад. Разве что сейчас всё это не сопровождалось его репликами. Уверенный, что завалил героев камнями, но вернулся в пещеру и, довольный, прилёг отдохнуть на ложе, положив голову на колени своей пленнице.

То есть, должен был так поступить. Но бутафорские камни, с которыми силач Крунху управлялся играючи, очевидно, оказались с непривычки тяжеловаты для Лейра. Когда он, ссутулившись и вперевалочку, как того требовала роль, появился на сцене и гордо взревел, ударяя себя кулаками в грудь, Соэль заметила, что двигается он довольно скованно. Во время предыдущего действа она находилась в другой кулисе, лишь из-за складок декораций одним глазом подсматривая за представлением, и сейчас терялась в догадках, что произошло.

- Мы слышали ужасный, страшный шум, - произнесла служанка Раэна немного переделанный монолог самого Тролля. – Как будто бы столкнулись две скалы! Как будто небо рухнуло на твердь и осушило океан до дна. Упали камни! Погляжу в окно! Обрушился в ущелье камнепад!

- Ах, - вскричала и Лионель, закрывая лицо руками, - это означает лишь одно – что мой спаситель не придет назад!

Служанка Раэна подбежала к самой рампе, как бы всматриваясь в произведенные Троллем разрушения. И при этом взор ее невольно нашел Моррира. Юноша просиял и тихонько махнул девушке рукой. Сама актриса не могла ответить ему также, но нарочно задержала взгляд на принце.

Пока они переглядывались, Тролль-Лейр подполз к сидевшей на ложе Соэль и, как полагалось, устроился подле. Но девушка заметила, что двигается он как-то неуверенно.

- Все в порядке? – прошептала она. – Ничего не болит?

Ответом ей была легкая тень улыбки, и девушка от души порадовалась тому, что ее партнер лег спиной к зрителям – ни один Тролль никогда не улыбался так.

- Устал, - произнесла она зрителям. – Уснул.

Давно ожидавший этих слов, мастер Неар за сценой тихо заиграл на лютне, и девушка запела колыбельную. Предполагалось, что от ее пения где-то там сами собой камни отваливаются в стороны, освобождая рыцарям дорогу. Но в этот раз голосок Соэль звучал особенно нежно – она чувствовала, как волнуется Лейр, и невольно старалась голосом подбодрить его. И даже, воспользовавшись тем, что одну руку ее все равно не видно зрителям, тайком погладить его по плечу.

Ворвавшиеся в пещеру Реймир и его соперник прервали песню на полуслове. Лионель знаками призвала их к тишине – мол, чудовище спит, будьте осторожны. Рыцари принялись совещаться – соперник предлагал отрубить голову Тролля сейчас, не теряя времени, а Реймир настаивал, что так поступать не по-рыцарски и стоит вызвать врага на поединок и победить в честном бою. Они спорили до тех пор, пока от громких голосов сам Тролль не открыл глаза, так что пришлось герою принять бой.

Сцены с Крунху обычно играли по-другому – силач легко уходил от своих противников, кувыркаясь и прыгая туда-сюда. Но Лейр умел владеть оружием. Осваивать искусство гимнаста ему было некогда, и он, вскочив с широкого ложа, подхватил дубину – такую же бутафорскую, как и меч в руках героя Реймира.

Зрители разразились удивленными криками и аплодисментами – у рампы завязалась настоящая схватка. Противники нападали и отступали, обмениваясь ударами, которые выглядели совершенно как настоящие. Даже Соэль, забыв о своей роли, уставилась на это зрелище. И закричала от неожиданности, когда Тайн, игравший соперника, схватил ее за руку, чтобы, следуя сюжету, увести, пока Реймир был занят схваткой.

Раньше это происходило в молчании – только служанка после боя объясняла победителю, что его соперник украл его супругу. Но сейчас крик девушки услышали. Забыв о роли, Лейр рванулся к ней. Один удар бутафорской дубины – и соперник взаправду растянулся на полу, сбитый с ног мощным ударом. Но тут уже подоспел Тиар и, перехватив меч двумя руками, обрушил его на спину Тролля.

- Падай! – закричал он.

От неожиданности – удар вышел болезненным, хотя убить бутафорским мечом было нельзя – Лейр опустился на колени:

- Ыы-ы-ы?

Взгляд его нашел Соэль. Девушка тихо кивнула головой, и, подчиняясь, Тролль растянулся на полу. Чтобы он не вздумал вскочить, актриса наступила ему на плечо ногой.

Зрители были в восторге – такого зрелища давно не видели на сцене. А вот мастер Боар только качал головой – всё шло не так.

- Что делать? – просигналил отцу за кулисы Тиар.

- Заканчивайте поскорее!

Подчиняясь, юноша подал руку Соэль, а Раэна, поколебавшись, бросилась к его распростертому на полу сопернику, приводя в чувство. Удар не оглушил Тайна, и встал он довольно быстро. Служанка повисла на его локте, расточая улыбки, и Моррир, хоть и знал, что это – часть ее роли, тихо застонал от ревности. Две влюбленные пары, держась за руки, подошли к рампе, за их спинами Таша и Даррен закрыли занавес, а из боковой кулисы вышел мастер Боар, приветствуя две свадьбы вместо одной.

Неожиданная развязка порадовала зрителей. Моррир вскочил первым с места первым, хлопая Раэне в ладоши. Он был счастлив и не замечал, какими глазами смотрит на него его бывший воспитатель.

Лорд Тарэар привык в приграничье не доверять эмоциям, сдерживать свои чувства, но, если надо, действовать напрямик. Тем более, что сейчас перед ним навытяжку стоял не какой-нибудь рядовой рыцарь из гарнизона, а его недавний воспитанник, Моррир из Дома Моредара Рубинового. Наместник нарочно отправил своего сына на воспитание к старому опытному вояке, который начал военную карьеру во время Смутных Веков и еще мальчишкой сражался с полчищами восставших орков. И теперь по праву наставника лорд Тарэар не собирался разводить церемонии.